Архив категории »Личное «

Одноклассники

29 июня 2007 г., 1:00
Люберцы, Подмосковье

Неделю назад состоялась у меня встреча с одноклассниками. Как-никак 20 лет окончания школы. Жутко становится от такой цифры – неужели прошло столько времени? Неужели я стал такой старый? Почему-то даже мой возраст 37 лет не так пугает, как осознание того, что с момента окончания школы прошло целых ДВАДЦАТЬ лет!

Я слышал много «страшилок» от друзей и знакомых, которые ходили на встречу с одноклассниками. О том, как все изменились и стали ужасные-толстые-скучные-противные-распальцованные, и ничего, кроме разочарований, эта встреча им не принесла. Поэтому и я шел на эту встречу с некоторой настороженностью.

До 8 класса я учился во французской спецшколе, где языку обучали со 2 класса и даже ряд предметов преподавали на французском. К 8-му классу мы язык знали почти в совершенстве, и многие из нашего класса ездили на стажировку переводчиками во Францию. Кроме того, насколько мне известно, все поступавшие из нашего класса на иняз, поступили без проблем – настолько сильное было преподавание языка.

9-10 класс я провел в физмат школе, куда меня родители перетащили буквально силком за руки, за ноги, за уши и за прочие мало-мальски выступающие части тела. За что я им, впрочем, потом был весьма благодарен. Однако именно во французской школе у нас сложился хороший и дружный класс. Нас тогда было 34 человека, из коих мальчиков всего 10, остальные – девочки.

Примерно в таком же соотношении мы пришли на встречу: трое мужиков и 8 тёток. Хотя, какие мы, к черту, мужики с тётками – оказалось, что за 20 лет почти никто не изменился! Все друг друга узнали мгновенно, и первая реплика от каждого была примерно такой: «Кирюха (Сашка, Ленка, Юлька, Олька, Витька), а ты совсем не изменился (-лась) за 20 лет!!!» И это не было лукавством. Все выглядели на удивление здорово, молодо, красиво, свежо и весело! И что характерно, все достаточно обеспеченные, но при этом без лишних понтов.

Собрались мы в ресторане «Мадам Галифе» (если честно, то ужасное место с заоблачными ценами!) на проспекте Мира в 19:00. Я машину специально оставил дома, чтобы можно было выпить. Но никто «в зюзю» не упился – все было интеллигентно, умеренно и безумно здорово и весело. После четырех часов в ресторане мы поехали в ночной клуб, где продолжили веселье. Домой я вернулся в районе 3 часов ночи. Столько позитива за один отдельно взятый вечер я не припомню уже очень давно! И если бы девчонки наши так сильно не курили, то вполне вероятно, что и ночь для меня осталась бы не менее незабываемой…

На следующий день мы друг с другом списались и поделились впечатлениями, которые оказались схожие практически у всех! Было принято решение снова повторить подобное мероприятие в августе, но в уже расширенном составе, поскольку в последнее время одноклассники стали обнаруживаться просто с пугающей скоростью! И все это благодаря одноименному сайту, создателям которого только за одно это, я считаю, надо поставить памятник при жизни!

Квартирный вопрос

1 ноября 2006 г., 17:56
Москва

За последние полгода произошло три значительных события. Первое – после долгих стараний наконец-то мне удалось издать свою книгу, над которой я работал почти пять лет. Книга вышла тиражом в 5000 экземпляров. В сентябре на международной книжной ярмарке в Москве была презентация, затем дискуссия с моим участием о судьбах цивилизации, а 13 ноября намечается какое-то заседание какого-то философского клуба тоже зачем-то с моим участием. Из всего этого я понял, что человек я абсолютно не публичный, выступать на людях не люблю, но после написанного теперь приходится «отвечать за базар», никуда не денешься…

Второе событие – я открыл собственную фирму в Москве. Впрочем, «открыл» – это громко сказано. Скорее, просто зарегистрировал. Если бы я заранее знал, сколько головной боли (образно выражаясь) и геморроя (еще более образно выражаясь) с этим будет сопряжено, в жизни не стал бы связываться. Просто повезло мне выиграть тендер на создание веб-проекта – на минуточку, для Евросоюза, а деньги там платят немалые, ради чего и пришлось городить весь этот огород.

И третье событие, которое для меня, пожалуй, имеет наибольшее значение – я обзавелся собственным жильем, или, говоря проще, купил квартиру. Вот об этой эпопее я и хочу поведать в деталях.

В последние годы цены на жилье в России, особенно в московском регионе, росли, как на дрожжах. Но за прошедший год происходило что-то невероятное, и «прыжки» в 6-7% в течение одного (!) месяца поражали воображение. Не могло это не сказаться и на стоимости аренды, которая для меня была $350 в 2002 году, а сегодня уже составляет $600 в месяц. Что, впрочем, для 3-комнатной квартире в Коптеве считается практически даром. Для себя же я решил, что как только скоплю достаточно средств на первый взнос (10% стоимости квартиры), сразу же начну искать жилье и подам заявление на ипотечный кредит. По моим прикидкам это должно было произойти к лету. Речь идет, разумеется, о вторичном рынке, поскольку вкладываться в новостройку я не хотел.

Вкратце схема покупки жилья в кредит в России выглядит следующим образом. Сначала необходимо получить собственно кредит. Выбирается банк, заполняется заявление и собирается пакет документов, на основе рассмотрения которых банк либо дает добро, либо отказывает. Если кредит утвержден, то открывается кредитная линия на определенную сумму на определенный срок. Другими словами, потенциальный покупатель в течение отведенного банком срока (обычно 4 месяца) должен подобрать жилье в пределах выделенной банком суммы.

…Около года назад на меня вышел один товарищ по рекомендации общих знакомых «коней», которые ему дали наводку с тонким намеком, что я, дескать, обладаю дисковым пространством на веб-сервере в Штатах. Товарищу, назовем его Данилой, необходимо было разместить в виртуальном пространстве один файлик, который наверняка зарубили бы отечественные провайдеры, а буржуям было бы на него наплевать. Отчего ж не помочь хорошему человеку? Все прошло гладко, и Даня по русскому обычаю сказал, что если он может быть мне чем-то полезен, то всегда к моим услугам. Ими-то я и не преминул воспользоваться. Можно сказать, мне очень повезло: Данила работает в банке, причем в кредитном отделе, причем в подразделении, которое занимается как раз ипотечным кредитованием!

Вообще-то, чтобы получить кредит на хороших условиях, необходим как минимум документально подтвержденный доход. А поскольку в России зарплата у большинства населения неофициальная, то такие справки предоставлять бессмысленно. Поэтому каждый изворачивается кто как может. У вашего покорного слуги официальный доход составляет чуть больше $100 в месяц, и понятно, что никакой кредит мне не светит при таком раскладе. Однако, как известно, связи решают всё. Я прикинул свои потребности по жилью и сопоставил с суммой, которую я реально смог бы потянуть каждый месяц. На основе этих данных Данила мне сказал, какой доход необходимо документально подтвердить для получения заветного кредита.

Я начал прессовать хозяев квартиры, которую сейчас снимаю, но они оказались не готовы ее продавать на данный момент времени. Пришлось обратить свой взор на рынок. Идею квартиры в черте города я отмел сразу – по двум причинам. Во-первых, экология за городом все же получше. Хотя, вообще говоря, в ближнем Подмосковье она уже мало отличается от парковых зон Москвы. А во-вторых, цены за пределом МКАДа пока еще несколько ниже. Установив себе верхнюю планку в 180 тысяч долларов, я принялся искать жилье. На дворе тем временем был июль месяц.

Предпочтение я отдавал восточной части прилегающего Подмосковья (Реутов, Новокосино, Люберцы), поскольку именно там, в Люберцах, находится моя работа, да и сообщение туда достаточно удобное: два шоссе и железная дорога с экспрессом «Спутник», доставляющим пассажиров от станции «Люберцы» до Казанского вокзала за 22 минуты! Так что даже в случае смены места работы добраться от дома до центра Москвы за 30-40 минут я смогу при самом плохом раскладе. Найдя пару изумительных вариантов 3-комнатных квартир в пределах 180 тысяч, я решил, что съезжу в отпуск, а после возвращения займусь жилищным вопросом. Я собрал необходимый пакет документов, который отдал на рассмотрение в банк 14 июля, и с чистой совестью поехал на 2,5 недели в свой любимый Коктебель…

Отдохнул я знатно, со всеми атрибутами холостяцкого отпуска, ни в чем себе не отказывал, завел курортный роман, покорил наконец-то вершину Сюрю-Кая и вернулся домой, отдохнувший душой и телом и полный радостных ожиданий и предвкушений.

Хорошая новость пришла практически сразу: 17 июля кредит был одобрен на искомые 180 тысяч баксов на 15 лет под 10% годовых – о более приятных условиях и мечтать не приходилось! Смущало только одно: первый взнос должен составлять не 10%, а 20% от стоимости жилья. Таких денег у меня не было. Однако Данила успокоил меня, сказав, что и эта проблема легко решаема. Каким образом? Придет время – расскажет. Он порекомендовал своего риэлтора, с которым к тому времени провел уже не одну сделку и которого считал надежным партнером. Таким образом, у меня теперь было 4 месяца, чтобы подыскать жилье.

И тут меня постиг первый шок. За те 2,5 недели, что я купался в Черном море, пил крымские вина, прыгал по горам, играл в пляжный волейбол, жарился на южном солнышке и нежился в женских объятиях, цены на недвижимость уползли вверх настолько, что найти хорошую 3-комнатную квартиру в пределах выделенной мне суммы оказалось делом очень проблематичным. Первая же встреча с риэлтором Михаилом повергла меня в уныние, и предоставленные им распечатки, равно как и мой собственный поиск в Интернете, огорчали все больше с каждой новой неделей. И с каждым новым днем шансов найти что-то подходящее оставалось все меньше. Все, что мне предлагали, это либо квартиры в новостройках без отделки, либо в новом районе с полным отсутствием инфраструктуры, либо рядом с полигоном захоронения бог весть каких отходов. Среди не менее полутора десятков отсмотренных мной вариантов встречались, конечно, неплохие. Однако каждый раз приходилось себя уговаривать, что, может быть, этот вариант действительно не так уж и плох, и если здесь сделать так-то и так-то, там подправить, сменить люстру и переклеить обои, то будет вполне даже сносно, а если в соседнем доме через полгода соорудят магазин, а за углом вывезут гору мусора лет через 5, то станет еще лучше. Однако душа явно не лежала к тому, что я видел. Это все равно, как если бы жениться пришлось не по любви, а путем оценки качеств потенциальных невест, а потом заниматься самоуспокоением и самовнушением, что вот эта девка не так уж и страшна, если смотреть на нее только в темноте, а вон та готовит вроде неплохо, хоть и фригидна, и, может, со временем все наладится, а если взять ту барышню, то у нее лицо красивое, а на прыщавые плечи надо внимания не обращать и кривые ноги закрыть джинсами, а стерву можно перевоспитать, зато она в постели неподражаема… Нет, в своих мечтах я видел все совершенно иначе.

Впрочем, отчаяния не было. Ведь в любой ситуации можно найти свои плюсы, и я бы не был собой, если бы так не считал. Если с квартирой все обломится, то на собранные 25 тысяч долларов можно позволить себе что-нибудь эдакое вполне приятное! К примеру, очень приличную машину. Или недельный отдых VIP-класса где-нибудь в Италии или на Кипре, а то и на Багамах. Я уже почти начал желать, чтобы с квартирой ничего не вышло, настолько радужную картину я сам себе нарисовал…

Михаил же настоятельно советовал отказаться от поиска «трешек» и обратить свой взор на 2-комнатные квартиры, пока можно было за эти деньги приобрести таковую, причем очень неплохую и с хорошей ликвидностью. Но это бы означало полностью перерисовать для себя перспективу. Ведь изначально в моих планах было купить квартиру и осесть окончательно и бесповоротно, чтобы никуда больше не двигаться. Но с течением времени я начал все отчетливее осознавать, что такой вариант не прокатит, и надо теперь искать что-то временное, но обязательно хорошее и ликвидное, что можно будет продать лет через 5-10 с выгодой, то есть искать квартиру не только для жилья, а еще и как хорошее вложение средств с прицелом на будущее. Здесь всплыло еще одно обстоятельство – я настолько привязался к своему району, так полюбил его, что уезжать отсюда очень не хочется, и теперь далеко на горизонте замаячила перспектива снова вернуться в Коптево, купив здесь в будущем хорошую 3-комнатную квартиру. Видимо, в этот момент и произошел перелом в моем сознании, и впервые я включил в критерии поиска 2-комнатные квартиры.

Из найденных вариантов один мне показался особенно интересным. Не откладывая дело в долгий ящик, я тотчас же позвонил по контактному телефону и договорился о просмотре. Вечером того же дня после работы я поехал на объект вместе с Михаилом. Ухоженный дворик с футбольной коробкой и детской площадкой. Повсюду клумбы с цветами. Сам дом построен всего 2 года назад. Вылизанный до блеска подъезд с консьержкой, повсюду цветы. Два лифта, один из которых грузовой. Едва ступив на порог квартиры, я понял: это моя квартира! Не нужно было себя ни в чем уговаривать или убеждать; это была, если хотите, любовь с первого взгляда. Решение я принял мгновенно – беру!

Квартира находится на 10 этаже 14-этажного современного монолитно-кирпичного дома, расположенного в самом начале Люберец на Октябрьском проспекте (продолжение Рязанского проспекта). Окна квартиры выходят во двор, да еще и на южную сторону. Шикарный евроремонт. Встроенная кухня со всей необходимой техникой, включая даже посудомоечную машину (правда, за отдельную плату). Общая площадь – 67 кв.м., что в полтора раза больше «трёшки», которую я сейчас снимаю. Кухня – 11 кв.м., а я всегда мечтал о большой кухне. Комнаты – 21 и 14 кв.м. соответственно. Потолки 2,72 метра. Две огромные застекленные лоджии. Не квартира – сказка! И на рынке такие явно не залеживаются. А самое приятное – это цена: всего 170 тысяч долларов. Инфраструктура в порядке, а, учитывая, что через полтора года здесь будет метро, выгода вложений средств становится более чем очевидной. Похоже, мне опять повезло! На дворе тем временем было 24 августа.

Встреча с риэлтором со стороны продавца состоялась на следующей неделе, где был внесен аванс, подтверждающий намерение приобрести квартиру, и подписан предварительный договор о намерении. Дальше мне оставалось только ждать, пока мой риэлтор отрабатывал свои комиссионные и носился по всей Москве, занимаясь сбором документов и подготовкой сделки. Пришлось и мне по требованию банка застраховать свою жизнь и здоровье на весь период действия кредита, предварительно пройдя медосмотр. Была проведена и независимая экспертиза, которая оценила стоимость квартиры на сентябрь месяц в 192 тысячи! На сегодняшний день она оценивается уже около 200, так что можно считать, что я просто «украл» ее, а такими темпами уже через год она будет стоить больше, чем я выплачу за 15 лет, включая все проценты!

2 октября состоялась сделка: подписание кредитного договора с банком и договора купли-продажи с продавцами. И тут я в полной мере оценил, как красиво и даже изящно решился вопрос с недостающими 10% начального взноса. Замечу, что любая внесенная сумма, имеющая отношение к сделке, идет в зачет этого взноса, включая любые комиссионные. Я с Михаилом составил договор, согласно которому я ему в качестве комиссионных оплачиваю 10%, то есть $17000 – типа он такой рвач жуткий, а я типа такой лох невероятный, которого он типа так ловко развел. Этот договор мы показали банку как «подтверждение», что в дополнение к реально внесенным $17000 теперь было якобы внесено еще столько же. Банк посмотрел бумагу, выдал деньги, после чего этот договор мы с Михаилом разорвали на мелкие кусочки и отправился в корзину для мусора. А я аж целую минуту держал в руках невероятную сумму в $160 000 наличными. После чего она была упрятана в банковскую ячейку до момента получения мной на руки всех документов.

19 октября я получил свидетельство о собственности и регистрацию сделки и теперь являюсь полноправным владельцем недвижимого имущества. Таким образом, с момента получения кредита до момента получения квартиры в собственность прошло ровно 3 месяца. 19 ноября я получаю ключи от квартиры, а на 25 ноября запланирован мой переезд. Что же получается в сухом остатке? 15 лет кабалы по $1634 ежемесячно. Зато в собственной просторной и теплой квартире. Прорвемся!

Как я провёл лето-2005

18 июля 2005 г., 22:18
Москва

Как-то так повелось, что предпринимая ту или иную поездку – будь то в отпуск или по делу, – я стараюсь сделать так, чтобы одним «выстрелом» убить сразу с десяток зайцев. Даже приезжая в былые времена в гости из Америки, я старался подгадать свой приезд под пару-тройку футбольных матчей. А полтора года назад я совместил свой приезд в Лос-Анджелес со слушанием в налоговой службе Калифорнии.

Не стало исключением и нынешнее лето. Вообще, должен сказать, что планы на отпускной сезон у меня были грандиозные, почти наполеоновские: я собирался съездить к морю, слетать на Байкал и отдохнуть в Болгарии, куда меня давно зовет в гости бывший одноклассник. Двухмесячный отпуск, даже полу-оплачиваемый, позволял распоряжаться первыми двумя месяцами лета по своему усмотрению.

Казалось бы…

Молодежный чемпионат Европы по баскетболу, который непревзойденные титаны мысли из ФИБА решили проводить в середине июля в Чехове, встрял костью в горле и разбил мой (да и не только мой) отпуск, а вместе с ним и амбициозные планы, в пух и прах. Российская федерация баскетбола (РФБ) попросила меня обеспечить все техническое оснащение турнира и задобрила свою просьбу такой солидной суммой, что отказаться я просто не смог – не так часто за 10 дней работы (из которых два дня – выходные) предлагают почти полторы месячные зарплаты, да еще и с проживанием на всем готовом!

Все это было данностью на начало июня. Сезон баскетбольный завершился, и можно было спокойно планировать оставшееся время. 25 июня как раз ЦСКА играл в Ростове очередной футбольный матч. Кроме того, в этом чудном городе на Дону обитает мой бывший шеф: ныне подполковник в отставке, а в годы моей службы в рядах Советской Армии капитан – Кац Александр Семёнович, который меня любил и опекал, как родного сына, и под чьим чутким руководством весной 1989 года я впервые в жизни познал прелести женской плоти. После Ростова я планировал навестить знакомых в Луганске, с которыми мое знакомство ограничивалось виртуальной реальностью через Интернет. И, наконец, из Луганска рвануть в Крым – пожариться на коктебельском солнышке и окунуться в Черное море, откуда приехать вечером 6 июля аккурат к началу чемпионата.

Вечером 24-го июня я двинулся в путь. Фирменный поезд «Тихий Дон» отходил в 18:10, а в 11:35 следующего дня прибывал в Ростов. Такие поезда мне нравятся гораздо больше, чем ночные экспрессы, как, к примеру, до Питера. Здесь можно успеть и вдоволь налюбоваться пейзажами за окном, и пообщаться с попутчиками или с попутчицами (что предпочтительнее), и пропустить стопочку-другую коньячку под горячий ужин в вагоне-ресторане, и, в конце концов, просто выспаться и приехать в пункт назначения в бодром расположении духа, а не с красными, как у кролика, глазами.

Семёныч накрыл шикарную поляну!Поезд прибыл в Ростов с точностью до секунды. Семёныча я узнал сразу – удивительно, но он почти не изменился за те 16 лет, что мы с ним не виделись. Разве что поседел. В остальном же – все тот же уверенный взгляд, размашистая походка и пышные усы. Оказалось, что я в свое время здорово переоценил его возраст. В 1989-ом году я думал, что ему было уже под 50, а оказалось, что всего 38. Зато и сейчас, в свои уже 54 года, он остался верен себе, покоряя женский пол с той же страстью, что и в 38-летнем возрасте.

Семёныч меня встретил окрошкой и коньяком. Ужравшись – иначе и не скажешь – до отвала отменной окрошки и пропустив грамм по 150 коньячку, мы отправились на стадион. Правда, Семёныч просто проводил меня и даже не собирался на матч, не сомневаясь в том, что Ростов проиграет. Положа руку на сердце, я тоже в этом не сомневался.

Снова вдали от дома табуны знакомых конских морд, переполненный мечтающими о чуде ростовчанами стадион «Олимп XXI век», и снова чуда не произошло – победа ЦСКА со счетом 2:0 все расставила по своим местам.

Первую половину следующего дня я посвятил прогулке по городу и изучению местных достопримечательностей. Большого количества таковых я не заметил, поэтому скорректировал свои планы на более прозаичные – купить сандалии и чехол для фотоаппарата, поскольку мини-кофр, который был в моем распоряжении, отличался на редкость неудобным ремнем, да и в целом был ужасно непрактичным. Объяснить покупку данного изделия я могу только тем, что в тот момент я, видимо, находился под влиянием демонов, потусторонних сил, алкогольного и наркотического опьянения, влюбленности, полнолуния, магнитных бурь и удара тяжелом предметом по голове, поскольку в своем уме я бы держался подальше от такого извращения. Я даже не берусь предположить, под влиянием чего находился производитель этой сумки. Результатом моих многокилометровых прогулок по улицам города-на-Дону явился компактный чехол для фотоаппарата и килограмм черешни, который я приобрел для Семёныча и его любовницы-студентки (силён мужик!) в знак благодарности за теплый прием. С сандалиями дело обстояло сложнее – не было то моего размера, то приемлемого стиля, то удобоваримой цены, и я решил отложить их покупку до лучших времен.

Общественный транспорт в Ростове представляет собой стандартный «джентльменский набор» – автобус, троллейбус, трамвай. Метро в Ростове нет. Проезд стоит 6 рублей – в 2 раза дешевле, чем в Москве. Оплата проезда осуществляется непосредственно водителю при выходе из транспорта – только через переднюю дверь. Это зеркальное отражение того, что сделали в Москве: в наземном общественном транспорте установили турникеты, и вход по магнитным карточкам происходит только через переднюю дверь – полный идиотизм, учитывая то количество народу, которое в нем ездит, поэтому в часы пик посадка на конечной станции в автобус может занимать до 15 минут.

В целом же Ростов оставил приятное впечатление обычного российского города – всё при нем, но без излишнего пафоса. Такого восторга, как Волгоград, он у меня не вызвал, однако же и отвращения тоже никакого. Простой народ, чудесные девушки…

Рейсовый автобус Ростов-Луганск отъехал от автовокзала в 17:30. Ровно на полпути – государственная граница. Сначала российская. Автобус остановился, и всех нас выгнали из него вместе с багажом в аккуратное одноэтажное здание, охлаждаемое кондиционерами до комфортной температуры. Пассажиров пропустили через металлоискатель, а багаж – через рентгеновский аппарат. Затем – паспортный контроль, как в аэропорту. Вся процедура заняла меньше получаса. Мы вернулись в автобус, и через 300 метров нас ожидала украинская граница. Обветшалые будки, полуржавый навес, похожий на старый ангар, зато никто никого никуда не выгонял. В автобус зашел пограничник и собрал паспорта и миграционные карточки. Через 10 минут другой пограничник обошел пассажиров со стандартными вопросами: «Где проживаете?», «Что везете?», «Откуда и куда едете?». Еще через 10 минут первый пограничник вернул проштампованные паспорта и дал добро на отправление автобуса. В общей сложности обе границы были пройдены ровно за час.

Притом, что из России в Украину мы въехали совершенно свободно, очередь автомобилей в обратном направлении впечатляла. Сразу вспомнилось, как мы на машине из Сан-Диего ездили в мексиканскую Тихуану: туда – совершенно свободно, а обратно – километровая пробка. То же самое наблюдалось и на въезде из Украины в Россию.

Дорога от границы в сторону Луганска заслуживает отдельного описания. Особенно отрезок до города Краснодона. Вы думаете, вы знаете, что такое плохая дорога? Ничего вы не знаете! Вы не видели плохой дороги, если не ездили от российско-украинской границы до Краснодона! Вот оно, истинное испытание для вестибулярного аппарата! Центр подготовки космонавтов может выбросить на помойку все свои бестолковые центрифуги и сэкономить вагон денег – будущих космонавтов надо лишь пару раз провезти дорогой до Краснодона. Не сомневаюсь, что если бы все пассажиры этого автобуса отправились из Краснодона прямиком в космос, такой полет показался бы им легкой прогулкой. Порой создавалось впечатление, что эту дорогу решили оставить со времен войны нетронутой – со всеми выбоинами, воронками от бомб и, вполне возможно, минами…

А это поляна в ЛуганскеВ 21:40 по украинскому времени автобус прибыл в Луганск. Я их узнал сразу! Оксана и Влад стояли у машины и курили. И хотя я впервые в жизни видел этих ребят живьем, создавалось впечатление, что мы знакомы всю жизнь. Влад провез нас по центру города, где толпами сновала местная молодежь. Как оказалось, сегодня, 25 июня, на Украине праздник – День молодежи, и в честь него в 22:00 был дан салют.

По дороге мы заехали в супермаркет и прикупили крепкие и не очень напитки. Дома Оксана быстро накрыла стол – оказывается, к моему приезду готовились! Коньяк, три салата, горячее, пирожки – все как полагается. Мне даже как-то неудобно стало за свои излишне скромные подарки, которые я привез. А когда ребята мне подарили еще и роскошную бутылку местной Луганской водки «Белая королева» и хит сезона – торт «Шахтерский», мне стало совсем неловко. Надеюсь, что я не ударю лицом в грязь, когда и если они нанесут мне ответный визит в Москву.

Кондиционером в квартирах теперь здесь мало кого удивишь, но этим чудом техники меня ночью продуло так, что наутро здорово болело горло, да и общее самочувствие было достаточно паршивое. Этого мне только не хватало – в день отъезда на юг подхватить простуду, причем не какой-нибудь пустяковый насморк, а не дай бог ангину. Решив не откладывать дело в долгий ящик, я начал лечение в тот же день – Ингалиптом, Фалиминтом и народными средствами: коньяком и чаем с медом и лимоном.

Собор в ЛуганскеВсё время моего пребывания в Луганске – почти сутки – Влад страдал вопросом: «Чем же тебя удивить?» Видимо, бытует на украинских просторах стереотип, что москвича удивить нечем, ибо он все видел и все на свете знает. Я ему посоветовал просто расслабиться и не пытаться меня ничем удивлять. Закончилось все поездкой на машине по городу. Помимо традиционных памятников, скверов, храмов и церквушек, меня очень порадовал железнодорожный вокзал – красиво и оригинально оформленный, с отлично разработанными подъездными дорогами.

Железнодорожный вокзал в ЛуганскеМой поезд Луганск-Симферополь стоял на первом пути. Оставив Оксану сторожить вещи около вагона, мы с Владом отошли посетить мужское заведение в здании вокзала. Когда мы через 5 минут вернулись, на улице разыгрался нешуточный ливень. «Оксана же там мокнет!» – хором озвучили мы одну и ту же мысль и помчались по перрону в сторону поезда. Оксана, как верный сторож, так и стояла перед вагоном и под проливным дождем стерегла мой неподъемный для ее женственных ручек чемодан. Вихрем мы влетели вместе с Оксаной в вагон, прихватив и багаж. Дождь стоял стеной, и ребятам понадобилось некоторое время, чтобы собраться с духом и, попрощавшись со мной, рвануть обратно в здание вокзала, а затем – к машине.

Купе оказалось пустым. Я уж было порадовался, что до самого Крыма поеду один, но через час в купе вошли бабушка с внуком, а еще через час окончательно укомплектовал наш состав парень лет сорока. Я собирался ложиться спать, но Владимир – так звали нашего нового попутчика – так настойчиво предлагал мне разделить с ним пол-литрушку коньяка «Кара-Даг», что дальше отказываться означало просто обидеть его. Владимир, хирург по профессии, оказался превосходным собеседником, и мы в итоге часа три чесали с ним языками за жизнь.

Проснулся я около 7 часов утра, и уснуть уже не смог. Яркое солнце на безоблачном небе пекло в окошко и возвещало о близости жаркого юга, моря, гор, долин с виноградниками, нескончаемых рек вина и великого разнообразия свежих фруктов по смехотворным ценам.

В 10:40 поезд прибыл в Симферополь, и как только он остановился, его тут же, как мухи, облепили таксисты и туроператоры. Первые предлагали доехать в любую точку Крыма, вторые – отдохнуть в этой самой точке. Я же цель себе наметил сразу – меня интересовал пансионат «Голубой залив» или частный сектор поблизости от него. Женщина из «Панорама-тур» предложила мне номер в доме отдыха «Якорь», но его удаленность от моря (600 метров) меня несколько смутила, и я решил, что поеду самостоятельно и уже на месте разберусь.

Что касается передвижения, то для себя я заранее наметил верхний предел стоимости проезда до Коктебеля – 50 гривен (около $10). А в идеале, конечно, хорошо бы найти маршрутку. Правда, определенные неудобства поездки в маршрутке мне доставлял мой багаж. Отмахиваясь от назойливых таксистов, я зашагал в сторону автовокзала. Всю дорогу они кружили вокруг меня, как мошкара, выкрикивая разные суммы, словно это был аукцион. Причем суммы эти постепенно снижались. Началось всё со 100 гривен, и когда, наконец, я услышал заветное число «50», то немедленно согласился.

Здесь же всевозможные обменщики предлагали поменять рубли и доллары на украинские гривны, убеждая, что именно у них самый наиэксклюзивнейший и наивыгоднейший курс, а на побережье курс сильно занижен. Конечно же, эти сказки были рассчитаны на лохов. Я, слава богу, не первый год сюда езжу и знаю, что на побережье курс как раз значительно лучше. Меня настолько добивало это наглое враньё, что я вынужден был самому настырному меняле сказать открытым текстом все, что я думаю о его курсе. Весь мой открытый текст уложился всего в два слова: «не пизди!».

Попутчиками моими оказались Саша и Лена – совсем молодая семейная пара, и на лице у них крупными печатными буквами было написано, что в Крым они поехали в свадебное путешествие. В их дилемму, куда податься – Судак или Коктебель – я внес определенную ясность, а окончательную точку поставил таксист: «Один раз побывав в Коктебеле, вы захотите возвращаться туда снова и снова». Я с ним был солидарен, и вопрос был решен.

Въезд в КоктебельПосле полутора часов дороги, наконец, появилась знакомая развилка: налево – Феодосия-Керчь, направо – Коктебель-Судак. Еще спустя 15 минут мы въехали через большие ворота в Коктебель – «страну коньяков». Вдали возвышался величественный Кара-Даг, и опять я не сразу смог поверить в реальность происходящего. Приезжая сюда каждое лето, я не могу насладиться этим удивительным местом, и первые день-два проходят, словно во сне – кто там был, тот меня поймёт.

Вид из номераМы договорились с ребятами встретиться в 17:00. Они поехали искать жилье в частном секторе, а я бодрой походкой, почти как к себе домой, направился в регистратуру пансионата. Здесь меня ждало разочарование – свободных номеров не было! Вернее, были, но только люксы. Которые стоили от 290 гривен ($58) за номер в сутки. Скорее из любопытства я решил поселиться на пару дней в люксе и пожертвовать лишним стольником зеленых. В течение этих трех дней я намеревался подыскать себе альтернативные варианты проживания.

Вечернее небоЛюкс по сравнению с обычным номером был и в самом деле шикарным. В номере – ремонт под «евро» со стеклопакетами и кондиционером, гарнитурная мебель, телевизор, холодильник, электрочайник, две чашки с блюдцами, два стакана. В ванной – обогреватель, обеспечивающий постоянную горячую воду. Сама ванна огорожена шторой. Повеселило еще наличие в ванной комнате пластикового ведра, тазика и ковшика. А в целом – все аккуратно и чисто. И лишь при ближайшем рассмотрении я не обнаружил ни мыла, ни туалетной бумаги, а штору в ванне не мыли, наверное, с момента ее появления на свет. С таким безобразием я мириться, конечно, не собирался, и пошел к администратору: если уж этот номер называется люксом и сдается за такие деньги, то неплохо бы сделать так, чтобы его суть все же соответствовала его статусу. Впрочем, удивляться тут нечему – у меня с первого раза всегда возникали проблемы с заселением. Помнится, даже во время медового месяца на Гавайях мы дважды переезжали – сначала нас поселили в номер с муравьями, потом был номер с совершенно идиотской планировкой, и, наконец, в третьем номере мы угомонились, но и в нем перед нашим отъездом засорился унитаз…

До обеда оставалось около часа, и я решил прогуляться на пляж. Я твердо убежден, что конец июня – самое удачное время для поездки на юг: народу еще мало, цены на жилье еще низкие, а лето уже в разгаре, хоть и не такое стабильное, как, к примеру, в июле-августе. На пляже было полно свободного места, солнце жарило нещадно, но купающихся я не приметил. Немудрено – на табличке при входе на пансионатский пляж значилась температура воды +16 при температуре воздуха +27. Я пощупал воду, и действительно – желания продолжать контакт с ней у меня не возникло.

Вернувшись в номер через 15 минут, я с удивлением обнаружил, что мыло и туалетная бумага были на месте, а штора тщательно отмыта. Неужели нельзя было сразу так сделать? Да, называйте меня занудой, но я привык в полном объеме получать то, за что плачу!

Между тем кое-какие изменения в пансионате за прошедший год все же наметились. Во-первых, новые чайники в столовой сменили своих совковых, а то и послевоенных, предшественников. Во-вторых, новенькие телевизоры со спутниковым вещанием в холлах спальных корпусов пришли на смену «Рубинам», «Рекордам» и прочим «Радугам» 20-летней давности. В-третьих, как мне по секрету поведала администратор, к следующему лету наконец-то будут отремонтированы и все остальные номера в пансионате, чтобы стать пригодными для жилья. Потенциальный минус в том, что и цены соответственно подрастут, и за $18 в сутки с питанием поселиться уже вряд ли получится. С другой стороны, из явных минусов по сравнению с прошлыми годами можно выделить исчезновение со стола свежих фруктов и вина на ужин, а также зелени на обед. И если вино и фрукты давали по выходным, то обеденная зелень, похоже, окончательно стала достоянием истории. В целом же питание нареканий не вызвало, тем более у такого неприхотливого и практически всеядного зверя, как я. А свежие фрукты были в изобилии и на рынке.

Я и мои попутчики - Лена и СашаВечер я провел в компании Саши и Лены, для которых я стал гидом на все время своего пребывания в Коктебеле. Я показал им все достопримечательности поселка, главным из которых был, естественно, рынок. С черешней по 5 гривен за килограмм и абрикосами по 10. С разливными винами. С копчеными окунями, форелью и катраном. С вареными раками. С шашлычками из мидий и рапанов. И прочими разносолами и вкусностями. Вещевой рынок – это вообще какой-то ужас: проходя через него, каждый раз приходилось с остервенением себя уговаривать: «мне ничего не нужно… мне ничего не нужно…». Ага, свежо придание…

Прошли мы и по набережной, где Лена, как и подобает девушке, останавливалась у каждого лотка и мечтательно воздыхала по красоте изделий из ракушек, оникса и прочего экзотического материала. Меня же многие там встречали почти как родного – обменщик денег, представитель экскурсионного бюро, где у нас сломался автобус, продавцы сувениров. Узнавали, здоровались, приветливо улыбались, разве что на шею не бросались.

Следующий день выдался таким же, как и предыдущий – жарким, ветреным, с холодной водой. Горло все еще меня беспокоило, поэтому купаться я снова не рискнул, тем более в 17-градусной воде. Однако, учитывая, что в Коктебеле мне было отведено всего 6 дней пребывания, отдыхать надо было по интенсивной программе, и если уж мне пока не удается искупаться, надо хотя бы начать загорать. Тоже по интенсивной программе. Два часа я жарился на солнце, к вечеру я стал похож на рака, и на ночь обтерся пантенолом.

Когда и на третий день, 30 июня, повторилось всё то же самое, я решил, что хватит ждать у моря погоды, в буквальном смысле. Мое горло меня достало, и, решив, что хуже все равно не будет, а вообще-то клин клином иногда вышибают, я нырнул в 17-градусную воду. Обожгло! Короткий заплыв метров на 15 от берега и обратно оставил странное ощущение: прыгнув в море, хотелось сразу же из него выпрыгнуть, но, оказавшись на берегу, снова хотелось прыгнуть в море. Что еще более удивительно, горло мое к вечеру чудесным образом перестало болеть и больше меня не беспокоило. Клин клином действительно иногда вышибается…

Квартира, которую я снялВечером 30 июня я отправился искать себе жилье. Мне надоело переплачивать, и пора было уже найти что-то поскромнее. Вдоль улицы Ленина через каждые 5 метров сидели люди с табличками «жилье у моря», «жилье на выбор», «жилье под ключ» и так далее. Осмотрев в общей сложности около шести вариантов, я сделал свой выбор: всего за $20 в сутки я снял однокомнатную квартиру с евроремонтом и кондиционером, с балконом и прекрасной кухней, содержащей всё необходимое. Питаться я решил продолжать в пансионатской столовой, и это мне обошлось еще $10 в сутки. Хотя в квартире было все, чтобы я мог самостоятельно готовить еду, тратить на это время не хотелось. Таким образом, сократив расходы вдвое, я прогадал лишь в одном – в отличие от пансионата, квартира находилась не в 30 метрах от моря, а в 300. Невелика потеря. Зато рынок практически под окнами! Ну да, тот самый, в котором мне ничего не нужно. Абсолютно ничего! Ага, скажите это моему чемодану, который никак не хотел потом закрываться – исключительно потому, что мне ну просто совершенно ничего не было нужно на рынке!

Зловещий Кара-Даг1 июля небо заволокло тучами, которые плыли так низко, что скрывали за собой половину Кара-Дага – таким зловещим я его еще никогда не видел. При этом над пляжем удивительным образом светило солнце, и было достаточно жарко. Ветер стих, вода прогрелась. Два дня прошли почти под копирку: в перерывах между приемами пищи я валялся на пляже, купался, загорал, общался с Сашей и Леной и иногда знакомился с девушками. Правда, эти знакомства были исключительно с целью разнообразить процесс облучения ультрафиолетовыми лучами. Никаких романов я заводить не собирался, ибо 6 дней – срок по моим меркам явно не достаточный для чего-то серьезного, а девочки на одну ночь меня не интересовали.

Вода в море с каждым новым днем становилась все приветливее, и количество купающихся стремительно прибавлялось. Новый заезд в пансионат очень быстро наполнил пляж белокожими отдыхающими, на фоне которых я со своим аж трехдневным загарным стажем ощущал себя почти негром. Адаптация прошла на удивление быстро, и я мог уже по 3-4 часа в день валяться на солнце, не испытывая дискомфорта и не боясь сгореть. Красный цвет кожи постепенно сменился бронзовым, и смотреть на собственный загар теперь было просто чертовски приятно, особенно в тех местах, где он контрастировал с белым. Меня тогда еще посетила мысль, что на нудистском пляже загорать плохо – именно потому, что трудно потом оценить интенсивность загара, ибо сравнивать не с чем…

Одной из главных задач в Коктебеле для меня по-прежнему оставался подъем в горы. С первого дня я указал Саше на пик Сюрю-Кая и высказал ему намерение добраться до него. Он, ни секунды не сомневаясь, изъявил желание составить мне компанию. Человек жаждал острых ощущений: он хотел полетать на дельтаплане, нырнуть с аквалангом и полазить по горам. Впоследствии первые два пункта он вычеркнул из-за чересчур кусачей цены, а вот последнее сулило море ощущений, и лишь в худшем случае – взяткой леснику.

3 июля после обеда мы взяли курс на вершину. В отличие от прошлого раза, когда мы с Ириной подбирались к пику с правой стороны, в этот раз мы подошли к нему слева. С самого начала мы взяли хороший темп, и всего за час поднялись на высоту порядка 300 метров, где вдоволь нафотографировались. Всю дорогу я, как одержимый, мчался впереди, Саша – чуть позади, и замыкала нашу процессию Лена. Подъем стал круче, но мы продолжали наш путь по тропинке, ожидая в любой момент встретить лесника. Удивительно, но мы никого так и не встретили.

А вершина была так близка!..Когда до вершины оставалось каких-то жалких 500 метров, Лена заявила, что она устала и дальше идти не может. Мы с Сашей пытались уговорить ее, но когда мы ей показали, куда нам предстоит подняться (да-да, на самый пик!), она окончательно заупрямилась, но сказала, что подождет нас, пока мы с Сашей поднимемся. Понятно, что Саша оставлять ее одну не хотел. Я, конечно, мог подняться один, а они бы меня подождали, но мне это тоже показалось не совсем правильным – вроде как я их сюда притащил и в какой-то мере чувствовал ответственность за подрастающее поколение. Саша в этот момент пожалел, что взял с собой Лену, поскольку желание добраться до вершины горело в его глазах. Что ж, вершина снова осталась непокоренной. Говорят, бог любит троицу – значит, через год, с третьего раза, на ней все же будет водружен флаг ЦСКА, который я специально взял с собой.

Последний день прошел в блаженном ничегонеделании. К тому же, море прогрелось уже до +22, и вылезать из него решительно не хотелось. Время пребывания в воде и на суше становилось примерно одинаковым. Вторую половину дня я потратил на закупки вина, сувениров и всего, что я собирался привезти с собой в Москву. Включая то, что мне было совершенно не нужно. Под такое количество добра пришлось купить еще одну сумку. Вечером я последний раз посидел с ребятами в кабаке, уплетая копченого окуня под разливное пиво. А на улице начал накрапывать дождик, словно выражая мою неохоту покидать это чудесное место.

5 июля после завтрака я последний раз искупался и поймал последние лучи южного солнца. Заказанное накануне такси прибыло точно в срок, и, сдав хозяину квартиру с обещанием обязательно в нее вернуться, я попрощался с Коктебелем до следующего лета.

В Москву я возвращался в полупустом вагоне поезда Феодосия-Москва, и к вечеру 6 июля был дома.

А на следующее утро поехал в Чехов. Пожалуй, я нисколько не жалею, что подписался работать на этом турнире. Помнится, когда-то я вскользь упоминал санаторий «Русское поле» – именно там мы жили 2 дня во время Финала Четырех в феврале. Тогда я мечтал поехать на недельку в этот санаторий отдохнуть, и вот сбылась мечта идиота: нас снова в него поселили, но уже на целых 10 дней, пока продолжался чемпионат. Нас – это всю судейскую делегацию из РФБ и меня вместе с ними.

Санаторий "Русское поле"Летом здесь еще прекраснее, чем зимой! Огромная территория, повсюду зеленые насаждения и клумбы с цветами. Условия проживания потрясающие: огромные номера с 3-метровыми потолками, большой ванной и лоджией. 6-разовое (!) питание – завтрак, второй завтрак (обычно морс или фрукты), обед, полдник, ужин и кефир перед сном. Всё питание заказное, и кормят, как на убой! Также имеется бассейн, сауна, массаж, дискотека, столы для бильярда и пинг-понга, кинозал… В вестибюле стоят огромные шахматы с фигурами размером приблизительно с двухлитровую бутылку пепси-колы, и если соперник начинает нагло выигрывать, то в него всегда можно метнуть пешкой или лучше конём – у него больше острых углов. Остается добавить, что это заведение – бывший санаторий КГБ, и надобность в дальнейшем описании отпадает.

Санаторная баняК сожалению, испытать все эти прелести нам все равно в полной мере не удалось, ибо сразу после завтрака мы уезжали во дворец спорта, работали 4 матча подряд и возвращались обратно только в 9 вечера. Как работала наша делегация – вопрос отдельный. Вернее, та часть делегации, которая жила не в санатории, а в гостинице рядом с дворцом спорта, то есть непосредственно организаторы турнира. 6 июля, въехав в Чехов, все синхронно ушли в запой. Каждый вечер они квасили до очумелого состояния, каждое утро опохмелялись и шли на работу. И так все 10 дней. При этом всё было организовано безупречно и на высшем уровне, ни одного сбоя за все время, и самые высокие оценки ФИБА – лишнее тому подтверждение. Видимо, это и есть русское ноу-хау, абсолютно непостижимое для иностранцев.

Гигантские шахматы15-го июля был выходной – один из двух на этом турнире. И если на первый я мотнулся в Москву, то на второй я решил, что полноценно отдохну, раз уж суждено мне было поселиться в санатории. Сходил в баню и в бассейн, посидел в шезлонге на балконе с книжкой, взял напрокат велосипед и проехался по лесу, сходил на дискотеку, а главное – воспользовался всеми шестью приемами пищи!

На дискотеке я себя ощутил пионервожатым на фоне всех остальных: старше 17-ти лет там, похоже, вообще никого не было. Эх, как бы много я отдал, чтобы десяток лет сбросить сейчас! Не помню я такого количества очаровательных девочек в дни своей молодости. И вообще, я сделал для себя неутешительный вывод – я старею… Потому что на молодежной дискотеке я чувствую себя не в своей тарелке… Потому что 20-летние девчушки в самом соку обращаются ко мне на «Вы»… Успокаивает только то, что мне больше 30-ти никто не дает, а значит, если набраться достаточно наглости, то можно себя и за 25-летнего выдавать. Главное, как говорится, есть еще порох в пороховницах и ягоды в ягодицах!

Тем временем, из оздоровительного детского лагеря «Сокол» по соседству с санаторием периодически доносились знакомые до боли мелодии горна – подъем, обед, отбой… Нет, пожалуй, десятка лет долой маловато будет, я бы все двадцать с удовольствием сбросил. А вообще, посетила меня мысль поехать в лагерь вожатым – думаю, это будет интересно. Видимо, этим летом я уже опоздал, а вот на будущее – почему бы и нет?

Дворец спорта "Олимпийский"Но это все мечты. А в реальности после второго выходного предстояло отработать последние два дня – полуфиналы и финалы.

Противостояние Россия-Литва в финальном матче само по себе вызывало огромный интерес. Еще в советские времена грандиозные матчи ЦСКА–«Жальгирис» производили такой ажиотаж, что, говорят, все улицы Литвы в это время вымирали, и худшим врагом любого литовца был тот, кто осмеливался в этот момент оторвать его даже на мгновение от телевизора. С тех пор, конечно, страсти немного поутихли. Тем не менее, исторический подтекст финального матча сделал свое дело. К этому стоит добавить, что Литва в прошлом году была чемпионом Европы среди первых национальных команд.

Поистине, это был матч двух достойных соперников. Литовская «молодежка» под руководством легендарного Римаса Куртинайтиса бойко начала турнир, но немного «подсела» к решающим матчам, чуть ли не с сиреной вырвав в полуфинале победу в одно очко у достаточно средней сборной Израиля. Российская команда, наоборот, начала турнир неважно, но по ходу соревнования разыгралась, а ключевой в психологическом плане была игра против Италии, когда россияне героически вытянули казалось бы безнадежно проигранный матч, отыграв отставание в 21 очко и закончив встречу с разницей в +4. В полуфинале сборная России, ведомая Евгением Пашутиным, на удивление убедительно разобралась с командой Сербии и подошла к решающему поединку, что называется, в оптимальной форме.

Аншлаг за час до финального матчаЗа год работы во дворце спорта «Олимпийский» в Чехове такого аншлага я не наблюдал ни разу. За час (!) до матча трибуны были практически заполнены. А когда команды вышли на площадку, то не то, что яблоку, а зернышку негде было упасть: забиты были все места, все ложи, почти всё пространство за щитами; люди сидели и стояли в проходах, на ступеньках и на коленях друг у друга, разве что с потолка не свисали. В зале, рассчитанном на 3500 зрителей, находилось никак не меньше 4000, а шум стоял такой, что, барабанные перепонки готовы были лопнуть. В такой атмосфере проиграть означало взять на душу несмываемый грех!

И зрители не обманулись в своих ожиданиях – поединок вышел достойный финала и проходил, что называется, на качелях: интрига не спадала практически до последней минуты. И все же, победив со счетом 61:53, сборная России впервые в истории стала молодежным чемпионом Европы. С чем я всех и поздравляю!

Александр Семёнович Кац

22 ноября 2004 г., 22:23
Москва

Недавно, разгребая старые бумаги, я наткнулся на блокнот времен своей службы в рядах советской армии. В блокноте были типичные солдатские стишки, полные надежды, что служба обязательно когда-нибудь закончится, и философские измышления о том, что все девчонки продажные, и только мать нас по-настоящему всегда ждет домой. В другом разделе блокнота содержались невероятно умные мысли, такие как: «Солдат, помни! Ты сейчас охраняешь сон своей девушки и сон того парня, который с ней спит». Хоть у меня в то время и не было девушки, чей сон я мог охранять, я наверняка тоже кого-то от чего-то охранял, только не с автоматом, а с лопатой и носилками, а позже – с пишущей машинкой.

В кармашке этого блокнота я обнаружил фотографии кота Маркиза, девушки Инны, с которой гулял в увольнении, а также группы «Модерн Токинг». Вот такие у меня были разносторонние привязанности в бытность солдатскую.

Ради интереса я решил просмотреть и телефоны своих бывших сослуживцев. В числе прочих нашел координаты капитана (а ныне подполковника в отставке) Каца. Александр Семенович – личность уникальная, и я считаю огромным везением то, что судьба меня с ним свела – даже ценой моей полуторагодичной службы в стройбате. Будучи начисто лишенным всяческих комплексов, он во всем полку уважал только одного человека – командира полка. Все остальные были ему не указом, и он мог без лишних вопросов набить морду главному инженеру или даже начальнику штаба – к слову, махровому антисемиту. Благодаря Кацу я получил «теплое» местечко на должности личного писаря командира полка, и второй год службы (вернее, то, что мне довелось прослужить до горбачевской «амнистии») просидел в штабе. А самое главное для меня было то, что именно под чутким руководством Александра Семеновича я поимел первую в своей жизни женщину. Впрочем, это громко сказано, и кто кого поимел, еще вопрос. А вообще, эта история заслуживает отдельного описания и выходит далеко за рамки данных заметок.

Набрал я телефонный номер, но трубку никто не поднял. В блокноте также был записан почтовый адрес в Ростове-на-Дону, принадлежавший его родителям. Это была единственная зацепка. Я нацарапал письмо, в котором оставил все свои московские координаты и просил переправить их Александру Семеновичу. Впрочем, особо я ни на что не рассчитывал. Да и уже запечатанное письмо в конверте я носил с собой почти месяц, забывая опустить в почтовый ящик, и сделал это лишь когда поехал в Питер на футбол в конце октября.

Неделю назад раздался звонок на мобильный телефон: «Это Виктор Павлович?»

Я узнал его сразу! За 15 лет, прошедших с нашего последнего разговора, я не забыл этот тембр, который невозможно было перепутать ни с каким другим! А еще спустя неделю я обнаружил в своем почтовом ящике письмо из Ростова-на-Дону. Бумажное письмо, написанное от руки! Я уже успел подзабыть, какое это удовольствие, держать в руках бумажное письмо. С живым почерком. Где Семеныч описывает свою жизнь с момента нашей последней переписки 10-летней давности…

Своя ниша

17 октября 2004 г., 21:47
Москва

 

Позавчера в «тесном кругу ограниченных людей» отпраздновал вторую годовщину возвращения домой. С удовольствием и уже некой вальяжностью могу констатировать, что последняя партия скептиков повержена. Собственно, это уже их проблемы, глумиться над ними я не собираюсь, есть дела и поважнее.

Пожалуй, самым ироничным итогом моего возвращения на Родину из «страны неограниченных возможностей» можно считать то, что именно в России я нашел работу своей мечты. После года работы в баскетбольном клубе я могу утверждать с полной уверенностью, что нашел свою нишу, и это доставляет мне колоссальное удовольствие. Конечно, у меня и в Америке была интересная работа, но порой ее офисное однообразие вызывало желание что-то поменять, хотя я и не представлял себе, что именно. А главное, как? Я понимал, что не полностью себя реализую, просто сидя за компьютером и строча программы.

Но работа сама меня нашла. А ведь я, дурак, еще думал, соглашаться мне или нет, и даже практически отказался. Но, стыдно сказать, лишний стольник баксов в месяц все же склонил чашу весов в пользу положительного решения. Каким же я был бы идиотом, если бы отказался – с этим ли стольником или без оного!

За эти два года я усвоил и еще одну важную истину: жить по средствам намного приятнее и проще, чем жить в кредит. Удивительно, но у меня полностью поменялся взгляд на свой образ жизни. Если раньше я думал о том, на что бы еще потратиться, поскольку есть свободные деньги, то здесь, в России, я думаю о том, нужно ли мне что-то еще, даже если я могу себе это позволить. Да, я вполне мог бы, к примеру, поставить себе спутниковое телевидение с самым навороченным спортивным-кино-ночным пакетом, но для того, чтобы посмотреть пару раз в неделю футбол или порнушку, это слишком дорогое удовольствие. Да и не смотрю я телевизор почти. И вряд ли стану смотреть чаще, а понты тарелочно-спутниковые (как, впрочем, и все остальные) меня не интересуют. Я свою жизнь живу не для кого-то, а для себя. И еще для близких мне людей, которым доказывать что-то нет необходимости. Мнение же серой толпы меня не интересует ни с какой стороны.

Гудбай, Америка, о-о-о-о-о!

23 июля 2004 г., 01:17
Москва

Кажется, мои планы на ежеапрельское посещение Америки теперь окончательно и бесповоротно перечеркнуты. История с жестким диском получила дальнейшее продолжение. Несмотря на то, что это прогнозировалось, осадок остался очень неприятный, и состряпанное против меня на ровном месте дело настроения не улучшает. Я в очередной раз позвонил агенту, который занимался исследованием моего диска. Да, в этот раз у них были все ответы готовы. У меня на диске, оказывается, найдена контрабанда. Кто бы сомневался… Идея состоит в том, что я, пытаясь якобы провести контрабанду, нарушил закон, и дело теперь будет передано в прокуратуру, а затем, возможно, и в суд. Более того, агент попросил меня предупредить его, когда я в следующий раз соберусь в Штаты.

– А что, вы уже меня будете ждать с наручниками? – решил я на всякий случай уточнить.

– Вполне возможно, – ответил агент, видимо, считая меня просто непревзойденным идиотом. Поскольку мне хочется думать, что я таковым не являюсь, то слетать в Штаты я рискну только в том случае, если дело все же будет закрыто, а мне вернут мой жесткий диск, который они сейчас держат как «улику».

Что же касается моей беседы с двумя идиотами-агентами, то я жалею только о том, что не послал их сразу к чертовой матери, а в течение часа с лишним пытался доказать, что я не верблюд. «А меня абсолютно не волнует, что вы нашли у меня на диске или записали на него, если уж на то пошло. И вообще, диск мой личный – что хочу, то и храню на нем, и не ваше это собачье дело. Разговор окончен, до свидания!» – хотя бы какое-то моральное удовлетворение я мог бы извлечь из всего этого. Увы, задним умом мы все эйнштейны, а теперь только и остается, что после драки махать кулаками и грязно ругаться, сотрясая воздух…

Злосчастная прописка

6 февраля 2004 г., 18:42
Москва

Продолжаются мои мытарства с попыткой получить злосчастную прописку. Разрешение от начальника паспортного стола уже имеется. Осталось всего ничего – восстановить военный билет и с ним топать в паспортный стол, приложить пару фотографий и оплатить госпошлину в размере аж целого рубля! Загвоздка вышла с военным билетом. Учетная карточка моя валяется в Останкинском военкомате, где я когда-то состоял на учете, но прописываюсь я в другом конце Москвы, и в этот конец учетную карточку и надо передать. Мне написали запрос «выдать на руки копию учетной карточки», с которым я поехал в Останкинский военкомат, где меня очень «обрадовали», сообщив, что на руки они этот архиважный документ не выдают, а отправят по почте в новый военкомат. И вот уже месяц копия этой карточки ползет из одного военкомата в другой, и повлиять на эту процедуру у меня нет никакой возможности. Подожду еще неделю и пойду ругаться.

Предновогоднее

25 декабря 2003 г., 12:29
Москва

День начался превосходно! Сначала мне позвонили на мобильник и начали говорить со мной по-армянски. Через пять минут на домашний телефон позвонил какой-то Сергей с Петровки, который, оказывается, «ко мне вчера приходил за анализами». При этом он упорно называл меня Георгием. Либо я совсем рехнулся на старости лет, либо мне подменили личность, пока я спал. Страшно вообразить, что будет дальше…

Через неделю Новый Год, а зимы в Москве так и нет. Как только выпал обильный снег, грянула оттепель, и он почти весь растаял. Когда на газонах остались жалкие кучки почерневшего вещества, которое когда-то было снегом, нахлынул морозец. Повторяется прошлогодняя история – неужели мне снова не удастся на лыжи встать? Год назад я прокатился аж целый один раз – большей роскоши мне «зима» не захотела преподнести.

Годовщина!

16 октября 2003 г., 15:52
Москва

Вчера стукнула первая годовщина моего возвращения домой. Этот год промчался… пролетел… пронесся… Нет, все не то… Он промелькнул. Промелькнул, как километровый столб за окном мчащегося на скорости 150 километров в час скорого поезда.

…Известно, что чем человек старше, тем быстрее для него летит время. Когда я учился в школе, мне казалось, что эти десять лет никогда не закончатся. Поезд, только-только отъехавший от вокзала, медленно катился вдоль перрона станции «Детство», неспешно набирая ход.

Впервые я почувствовал неумолимый полет времени, когда начал учебу в институте и окружающий мир стал чуть-чуть приподнимать завесу тайны. Потом была армия… за ней – второй и почти весь третий курс… затем эмиграция… и, наконец, возвращение домой. Не успел я оглянуться, как уже и возраст Христа перевалил за экватор. Сейчас я даже не успеваю за календарем – пока срываю листок, пролетает еще два дня, и приходится отрывать сразу три…

Я так и не определился, как правильнее выразиться – «целый год» или «всего лишь год». Наверное, для тех «доброжелателей», кто прогнозировал мое бегство из Москвы через два месяца, это – целый год. Годище! Не могу упустить случая им об этом напомнить! А по справедливости, наверное, один год – все же не такой уж большой срок. Тем не менее, определенные выводы можно сделать. Сопоставить ожидания и впечатления. Осмыслить и оценить.

Первые несколько месяцев я пребывал в состоянии полной эйфории: «Как здорово, я снова в Москве, но теперь я тут ЖИВУ, и мне никуда не надо больше торопиться!!!» И даже трудности, с которыми пришлось в первое время столкнуться, отошли на второй план. Со временем эйфория ушла, трудности были успешно преодолены, и жизнь вошла в свою колею. А чувство моей полной принадлежности Москве только крепло.

Разочаровался ли я в чем-нибудь? В общем-то, нет. Чтобы разочароваться в чем-то, надо иметь какие-то сверхожидания от этого чего-то. У меня таковых не было, равно как и особых иллюзий, я прекрасно понимал, куда еду. Конечно, в каких-то мелочах я ошибался – но иначе и быть не могло: поистине было бы удивительным, если бы я, обитая в США, имел полную картину о жизни в России. Однако назвать это разочарованием язык не поворачивается… Так, мелкие неувязки, не более. К примеру, я был уверен, что телевидение здесь более качественное, чем оказалось на деле (хотя интересных передач все же несравненно больше, чем в Америке), или наивно полагал, что на железных дорогах за 12 лет прогресс мог бы быть и бóльшим. Но это все так, мелочи жизни.

В силу моих болельщицких пристрастий, поколесить по стране мне довелось немало. Прежде всего, бросается в глаза довольно большой разрыв между Москвой и провинцией. С другой стороны, такого беспредела в дорожном движении, как в Москве, я тоже нигде не наблюдал.

Весь этот год в своих записях я акцентировал внимание в основном на положительных моментах российской действительности. Но это отнюдь не означает, что все абсолютно безоблачно или что я не желаю замечать недостатки. Увы, их более чем достаточно, и спустя год я могу выделить четыре наиболее бросающихся в глаза факторов, которые вызывают во мне чувства от дискомфорта до раздражения. Вот они – в порядке убывания значимости для меня.

Первое – милиция. Менты (они же мусора) – это, безусловно, бич России, ее беда и ее позор. Эдакое сочетание власти тупизма с разгулом безнаказанности. Пожалуй, этот ядовитый коктейль больше всего отравляет жизнь нормальным людям.

Второе, курение. Такое впечатление, что курят почти все, почти везде и очень помногу. Общественные заведения, в которых есть отдельный уголок для некурящих, можно пересчитать по пальцам. После посещения кафе, бара, клуба, даже боулинга приходится одежду либо прямиком отправлять в стиральную машину, либо неделю проветривать на балконе.

Третье, культура вождения. Вернее, ее полное отсутствие. Водители ездят по каким-то своим неведомым правилам, исключительно эгоистичным. И, как ни странно, чем паршивее машина, тем наглее водитель. Крутой перец на джипе скорее пропустит пешехода, чем гопник на ржавой «копейке». Хотя все это, скорее, причуды Москвы. В глубинке все не так безнадежно. Даже в таком мегаполисе, как Питер, движение на порядок лучше, чем в столице.

Четвертое, телефонная связь. Отсутствие тонального набора – это еще полбеды. Качество связи порой отвратное, а щелчки, гудки и даже встревающие посторонние разговоры – обычное явление. Речь, разумеется, идет об обычной связи. Сотовая связь здесь на отличном уровне, если не учитывать того факта, что провайдеры порой воруют у абонентов деньги. Ни в коем случае это не оправдываю, однако вряд ли этим кого-то можно сегодня удивить – даже за пределами России.

Однако все это лишь мелкие неудобства, несущественные детали в общей большой картине, которая имеет ярко выраженную положительную тональность. А значит, жизнь продолжается!

А тем временем, празднование годовщины удалось! Вчерашний день начался для меня с сюрприза.

…Как-то так все время получалось, что сюрпризы преподносил в основном я. Меня же окружающие подобным образом не баловали достаточно давно. Пожалуй, последним самым ярким сюрпризом для меня был подаренный Аликом перед моим отъездом диск с песней «Родина есть одна», которую он сам написал, аранжировал и спел в сопровождении окружавших его тогда прекрасных дам…

Вчера в 10 часов утра меня разбудил звонок в дверь. Накануне я, решив сам себе сделать подарок, заказал TV-тюнер для компьютера, который мне должны были доставить. В полной уверенности, что мне именно его и привезли, я радостно поскакал открывать дверь.

Девушка-курьер вручила мне огромную круглую коробку и открытку в конверте. Закрались смутные подозрения, что коробка явно великовата и тяжеловата для электронной платы. Да и открытку поздравительную сам себе я вряд ли мог написать, даже в состоянии полного нестояния. Посылка больше напоминала огромный торт.

Впрочем, с прочтением открытки мне все стало ясно: «Очень надеюсь, что это “кондитерское изделие” будет чуть получше пластмассовой американской бутафории, и что ты, наконец-то, впервые за долгое время тоже ОБЪЕШЬСЯ!!!» В коробке оказался удивительный по красоте торт, украшенный изображением американского и российского флагов и надписью «С возвращением!»

Торт на годовщинуПочерк Ирины я узнал сразу. А что касается бутафории, то она ухватилась за мой рассказ о торте, презентованном нам американскими родственниками, когда мы только приехали в Лос-Анджелес. Тот, с позволения сказать, «торт» по вкусу напоминал штукатурку с сахаром, и давились мы им всей семьей несколько недель, в течение которых он умудрился не испортиться. Оно и немудрено – у штукатурки, кажется, срок годности неограничен?

Вечером я собрал самых близких друзей в корчме «Тарас Бульба», моем излюбленном ресторане, отметить годовщину. Литр горилки и несметное количество всяческой закуски, квас, морс и так далее – никого не оставили голодными. Кроме того, я теперь еще на несколько дней обеспечен ресторанными вкусностями.

Самые стойкие – нас оказалось четверо – после окончания попойки поехали ко мне домой пить чай с тем самым тортом. Торт оказался безумно вкусным, однако я совершенно неожиданно открыл для себя еще одно удивительное его свойство: все материалы, использованные для украшения, как-то: цветочки, бусинки, фигурки и прочее, тоже оказались съедобными! Цветочки и фигурки – из крема и безе, бусинки – из карамели.

Завершился вечер поздравлениями с днем рождения в адрес Ирины, которую угораздило родиться в 1:15 ночи 16 октября.

Крым-2003: параллельный взгляд

© Irina S.

Скромные трудовые будни.

Где-то в самом начале месяца июня или того пуще – в конце мая я совершала очередной трудовой подвиг, а именно – работала за четверых, разгребая денно и нощно матрёшек, брелки, платки и фарфоровых кукол, без выходных, праздников и перерывов на обед. Сын Артём с мая находился на попечении бабушек и дедушек, потому мне ничего не мешало слиться в экстазе с работой.

Следовало признать, что состояние экстаза несколько затянулось, потому как мне всё чаще и чаще хотелось прилечь поспать прямо в метро или в булочной, стоя в очереди за обеденной плюшкой, а то и (особенно часто) – прямо на рабочем месте. Вторым тревожным звоночком стало появившееся безудержное желание ругаться матом, как коллеги-мужчины, в ожидании припозднившегося поставщика. Начальство в ответ на просьбы снять с меня часть нагрузки вежливо улыбалось и согласно кивало головой, как китайские болванчики. Время шло, нагрузка не уменьшалась, а спать хотелось всё сильнее…

Наконец, победно упав в метро в глубокий обморок (10 минут!!! Мой личный рекорд!!!), разорвав при этом любимые брюки и вымазавшись, как бомж, я поняла, что так жить нельзя. В тот же день я ушла в «творческий отпуск», пообещав зализать раны, зашить брюки и найти за время отпуска пару-тройку новых поставщиков. Ну да, ну да… как бы не так!

Я честно собиралась ничего не делать. Лежать на диване, смотреть телевизор и плевать в потолок косточками от черешен. Кошелёк приятно грела денежная заначка, дитё было пристроено и безумно счастливо в деревне, одним словом – чУдная, славная, холостяцкая жизнь, наполненная походами по магазинам, расписыванием нового стула, болтанием с друзьями и поеданием всяких вкусностей.

Одно маленькое дополнение – побездельничать я собиралась ровно месяц. Потом намеревалась резво найти новую работу и, соответственно, на неё выйти. Чтобы к концу августа уже втянуться в рабочий ритм и привезти ребёнка. И вот я уже во второй раз на этой странице говорю – ну да, ну да… как бы не так!

Змей-искуситель.

Однажды тихим июньским вечером я обнаружила в необъятной паутине интернета некоего Виктора… За первые два дня виртуальных асечных разговоров мной был потрачен недельный интернет-трафик. Ну да бог с ним, с трафиком, главное, что собеседник оказался весьма интересен. Обсудив прочитанные книги, фотоаппараты, некие тонкости футбола и сбора грибов, прочитав пару отчётов о футбольных поездках и просмотрев несколько десятков присланных фотографий, я стала склоняться к мысли, что и правда – есть ещё в интернете люди, с которыми можно приятно поговорить не только на темы типа «Что ты думаешь о групповом сексе?»

Одним словом, только я расслабилась, как на третий день разговоров, почти сразу после грибных воспоминаний, ровно в 1:05 (бред, полночный бред…) мне был задан вопрос – поеду ли я с ним в Крым?

Хм…. Как говорится, тут и сел старик!

Есть такое мнение, что человек перед своей смертью, словно как при быстрой перемотке киноплёнки, видит всю свою жизнь. У меня произошло что-то похожее, с той лишь разницей, что за последующие секунды я мгновенно оценила все плюсы и минусы этой поездки, а также возможность сего безумия для моего мирного и размеренного существования, и выдала утвердительный ответ. Типа, да, поеду.

Может показаться, что я согласилась без раздумий. Но если мы вернёмся к первоисточникам, то увидим, что думала я целую минуту, причём, очень серьёзно! Видимо, к этому меня приучила моя сумасшедшая работа, когда надо было за пару секунд принять решение – берём мы 15 ящиков бересты или нет, зная, что береста нужна позарез, а денег на её оплату нет, и прокричать ответ нервничающему поставщику. Так или иначе, ответ я прокричала (читай – простучала на клавиатуре). И Виктор, почему-то, совсем не удивился. Или удивился, но чуть-чуть… Не будем столь скрупулезно вникать во все эти тонкости, кто как удивился и удивился ли вообще. Скажу только то, что мысли об авантюрности друг друга у нас в тот момент были наверняка взаимными…

Только потом были выяснены такие мелочи, как куда, когда и сколько стоят путёвки. И уж совсем «потом» – отосланы мои дополнительные «ответные» фотографии.

После всего этого я стала чувствовать, что мой отпуск несколько затянется… Ещё на пару месяцев. Появилось отчётливое чувство, что именно в Крым мне и нужно было съездить этим летом, и именно для этого дела припасена денежная заначка. И раз уж всё так удачно складывается, то почему бы мне действительно не поехать? Хотя, с другой стороны, надо было искать работу… Если б Виктор знал, какую титаническую мозговую работу я провела в те дни, он бы с ужасом забрал своё предложение обратно.

Хотя… ничего бы у него не вышло. Потому что мой измученный матрёшками организм требовал перемену обстановки и приятную компанию. Искушение было слишком велико.

Свидание вслепую.

Спустя где-то дней 10 или вроде того пришла пора покупать путёвки. Честно говоря, с каждым днём ситуация всё больше и больше напоминала мне какой-то анекдот, который вертелся в голове, но никак не вспоминался… Не менее анекдотично прозвучала фраза Виктора, когда он приглашал меня поехать выкупать путёвки: «Заодно и познакомимся». Сие было недалеко от правды, потому как из всех фотографий некий образ, конечно же, вырисовывался, но часто люди бывают совершенно не похожи на себя самих… Особенно авантюристы!

Но на это обстоятельство я мало обратила внимания, так как накануне случилось совершенно замечательное событие, которое мы самым тщательнейшим образом отметили в кругу своих друзей и знакомых – мой официальный развод. Эта муть наконец-то закончилась, а вместе с ней – вся бумажная волокита, куча убитых намертво нервных клеток и прочего, прочего, прочего. Поэтому, малость помятая и с лёгким похмельем, я понеслась на встречу с человеком, о котором я знала только то, что он будет в шортах и с разбитым коленом.

Свои первые впечатления я оставлю при себе. Скажу только, что каким-то чудом были куплены и билеты на поезд, и путёвки. И в билетах даже была нижняя полка (вообще великая роскошь в разгар сезона!).

А потом было ожидание отъезда, переживания насчёт плохой погоды и лечение кучи болезней, просто набросившихся на меня буквально ниоткуда. Сто лет не болела ничем, кроме ОРЗ, а тут вдруг умудрилась подхватить невообразимой красоты «букет» всяких болячек. Последним аккордом стала ангина, неожиданно подкравшаяся ко мне буквально за три дня до отъезда. Ангиной мне раздуло шею так, что я стала похожа на индюка. Врач категорически кричала и топала ногами в ответ на мои робкие вопросы «А когда мне можно будет купаться?» и говорила, что меня спасёт только строгий режим антибиотиков, и никаких поездок!

Но авантюрный настрой уже был неистребим, и я, запасшись кучей лекарств «на всякий пожарный» и прихватив с собой медицинский полис, двинула на вокзал.

Корзина, картина, картонка…

Поездка началась не очень удачно. Во-первых, в метро я порезала палец и минут пять боролась с желанием организма упасть в обморок. При этом я держала сумки, а со всех сторон напирал народ. Во-вторых, я забыла дома на столе вкуснейшие груши, дальнейшая судьба которых мне виделась предельно ясно – тухнуть, тухнуть и тухнуть… В третьих, меня, как всегда, принесло на вокзал раньше времени, и я стояла и нервничала – а там ли я вообще стою, а этот ли поезд, и почему, вообще, не отвечает у Виктора мобильный телефон???

Впрочем, скоро все проблемы разрешились в одно мгновение, потому что я увидела… чемодан. При виде этого красно-синего чудовища мне захотелось немедленно прикрыть ногами свои скромные сумочки, мол а это вообще не мои вещи… В голову сразу полезли мрачные мысли: «А не мало ли я взяла с собой вечерних платьев? Может, надо было всё-таки взять своё любимое норковое манто? На случай каких-нибудь особенных холодов…» Но, взяв себя в руки, я решила, что в самом крайнем случае, попрошу телеграфным переводом денег у подруги и куплю манто уже на месте.

Совершенно естественным в такой ситуации оказалось то, что ехать нам выпало в 13-м вагоне. Милый молодой человек в лице проводника радостно заявил, собирая билеты, что у нашего вагона есть один минус, зато и один плюс (ну надо же!). Интересоваться подробностями было страшно, но необходимо… Так же радостно проводник нам поведал, что чая в нашем вагоне не будет за неимением бойлера, зато у нас есть кондиционер! И не обманул – всю дорогу Виктору приходилось ходить за кипятком в соседний вагон, рискуя пролить кипяток себе на ноги и на головы копошащихся под ногами детей. Забегая вперёд, скажу, что за время пути ни один ребёнок не пострадал.

Кондиционер работал. Иногда даже очень активно… Из подушек и одеял летели пух и перья, поэтому когда Витя начинал гнездиться на своей верхней полке, он напоминал Матушку-Метелицу, любовно высевавшую снег на головы живущих внизу горожан.

Первая половина пути была немного скучновата. По традиции был проведён торжественный путевой завтрак, больше напоминавший обед, с обязательными варёными яйцами, помидорами и бутербродами с колбасой. Прочитаны и ехидно прокомментированы висевшие в коридоре «Правила» для пассажиров. Осмотрены из окна дождливые окрестности с гаданиями – как там с погодой в Крыму? Витя предусмотрительно захватил распечатку художниковских «тихих и лирических повестей», которая изрядно нас повеселила.

На всех остановках Витя развлекал меня тем, что пытался купить фотоплёнку. Но наш поезд по какой-то непонятной причине упорно отказывался прибывать на первый путь, посему фотоплёнка была куплена только в Феодосии.

По вагонам бродили дядьки с кошельками (на продажу), тетки с мороженым и газетами. На остановках продавали стандартный вокзальный набор – семечки, пиво, рыба, лимонад.

На подъездах к Украине всем раздали бумажки, которые оказались чем-то типа таможенной декларации. Их надо было заполнить РАЗБОРЧИВО, что оказалось весьма сложно сделать во время движения поезда. Витя по-пионерски справился с этим заданием первым, после чего все остальные обитатели купе послушно, как несчастные двоечники, переписали у него по образцу и подобию.

День близился к завершению…

…Как умру – похороните на Украйне милой…

Не знаю, почему, но эти строчки вертелись у меня в голове с того самого момента, как мы въехали на территорию Украины. Мой мобильный телефон радостно пропищал приветствие, мол «Ура-ура, приветствуем Вас на Украине! Ваш международный роуминг заработал в полную силу». Вообще, за всё время пребывания в Крыму мой телефон просто отлично держал сеть, и не было ни одного места, где с МТС были бы какие-то проблемы. Надо заметить, что даже в моей родной квартире (пардон, в районе туалета) сеть держится просто отвратно…

Таможенники оказались усталыми дядьками, довольно быстро прошедшими по вагонам и проштамповавшими заполненные нами бумажки.

Примерно сразу же после этой процедуры весь вагон погрузился в повальную спячку. Завтра утром – Крым!

Утро началось под бодрые крики денежных менял: «Гривны! Рубли! Доллары!». В вагоне изрядно прибавилось людей, предлагавших жильё и такси до места отдыха. Буквально каждые пять минут приходилось говорить: «Нет, спасибо», «Нет, не нужно». Витя приобрёл газетку, в которой отдельным пунктом в содержании были «интимные услуги» – что, где и почём за каждый вид услуг. Всё для блага отдыхающих!

Но особенно повеселил нас один дядечка. Тихо приоткрыв нашу дверь, он как-то изящно внедрил свою голову в образовавшуюся щель и интимно так, с придыханием, спросил: «Вам уже предлагали?». Повисла пауза… Я искренне решила, что вот оно – ТЕ САМЫЕ услуги, прямо с доставкой в купе. Смущало только то, что Вити в тот момент в купе не было, соответственно, «услуги» исключительно для женщин… Любопытство пересилило природную скромность: «Простите, ЧТО предлагали?» Ответ был прост и незатейлив, как сам дядька. «Машину…» – ответил он, немного смутившись. Видимо, нездоровый блеск в глазах трёх женщин его немного испугал.

Дальше ехали уже почти без приключений.

И вот наступил тот самый волнующий момент, когда все тапки и спортивные штаны уложены обратно в чемоданы, очки от солнца водружены туда, где им и полагается быть, еда съедена, бельё убрано. Народ из купе вывалился в коридор. Окна открыты почти что настежь, а там… солнце, солнце, бесконечное солнце! И голубое небо, такое же бесконечное! И женщины с табличками «Жильё у моря»! И бабушки с вёдрами яблок! И босоногие дети в одних только шортах и с выгоревшими волосами! И такое острое предвкушение чего-то необыкновенного, как в детстве, когда на Новый год ждёшь подарков.

Всё. Приехали!

Абсолютно голубой день.

Первым делом решили сдать багаж в камеру хранения. Витя ещё в поезде вычитал в газете, что из Феодосии в час дня ходит до Коктебеля теплоход. Время до отправления решили использовать по прямому назначению – исследовать окрестности. Оставив в камере хранения все сумки и чемодан, мы налегке отправились на прогулку. Лично меня поразил Феодосийский пляж – буквально в трёх метрах от железной дороги уже начиналась набережная. Ещё в паре-тройке метров дальше – сам пляж. Людей было полно, солнышко по-настоящему припекало, и мы сразу же пожалели, что оставили все пляжные принадлежности в багаже.

Ещё мы были немало удивлены тем, что все машины пропускают пешеходов. Где бы ни взбрело вам в голову перейти проезжую часть, можно было не сомневаться, что машины остановятся и терпеливо пропустят вперёд. Совершенно невероятное явление!

Через некоторое время выяснилось, что теплоходы уже давным-давно не ходят и придётся добираться на такси. На поиски которого мы и отправились.

Тут у меня начались неприятности. Ремешок у новых кожаных шлёпанцев натирал мне ногу. В поезде всё было нормально, а вот тут процесс пошёл. Надо было вернуться и переобуться во что-то более удобное, но день был таким замечательным, город – полным неожиданностей, что было лениво возвращаться из-за такого пустяка. Так я и ковыляла по Феодосии, словно раненый боец. Когда наконец-то нашли таксиста и загрузились в салон автомобиля, я первым делом достала свой заветный чемоданчик и начала бинтовать ноги. Появилось и первое осознанное желание – как только приедем в Коктебель, я сразу куплю себе нормальные шлёпанцы!

Ехать было недалеко, примерно с полчаса. Пейзажи по обеим сторонам дороги были просто потрясающими! Выгоревшая степь, виноградники, на горизонте – горы, и надо всем этим – голубое бездонное небо. Не сине-линялое, как обычно бывает летом в Москве. А именно насыщенного голубого цвета, как краска из акварельного набора «Ленинград». И стрёкот кузнечиков, хорошо различимый даже за автомобильным шумом.

Вити в салоне уже не было. Он был весь там – на пару километров впереди, уже в Коктебеле.

Остановились прямо у пансионата. Дотащили вещи до второго корпуса. Витя пошёл решать вопрос с поселением. Я рухнула на кресло – стёртые в кровь ноги устроили забастовку. Порадовала надпись прямо над входом – «Регистратура». Ну да, это прямо для меня, больного человека, как по заказу! Всё поселение заняло буквально пять минут. Ещё пять Витя бегал и выбирал номер. После чего мы на лифте поднялись на третий этаж.

Ну что я могу сказать… Типичный совковый номер. С люстрами, висящими вкривь и вкось, щелями у дверных косяков, сломанными тумбочками и сто лет не крашеными балконами. Но зато там был холодильник! Он почему-то особенно меня порадовал. И вид с балкона – буквально в минуте ходьбы от корпуса было оно – море! Тоже синее-синее и бесконечное! И горы вдали – в голубой дымке.

Ещё была горячая вода. Всегда. Это тоже приятно радовало. Однако радость наша была преждевременной. После того, как Витя всласть поплескался в душе, мне уже можно было не утруждать себя залезанием в эту душевую ёмкость. А принимать ванну, сидя на полу. Вода самым чудесным образом стекала из душа прямиком на кафель. Шторок там тоже не было, поэтому хлюпанье под ногами было весьма ощутимым. Результатом переговоров с администрацией стало наше переселение этажом выше. Там уже ничего не хлюпало, но отваливались дверцы у тумбочек и кафельная плитка со стен.

Вите понравилось переезжать. Он что-то там говорил про возможность ещё раз пойти к администрации и уж тогда абсолютно точно переселиться в люкс. Но мне не терпелось наконец-то выйти в город, осмотреть окрестности и купить шлёпанцы.

Витя тоже был чем-то недоволен в своей обуви. Поэтому в первую очередь мы направились покупать тапки. Первый же киоск оказался обувным! Там мы выбрали себе по паре. Поразили цены – значительно ниже московских. На радостях такой халявы я купила себе небесно-голубые, как крымское небо, мягкие замечательные шлёпанцы. Витя же пошёл ещё дальше – он, видимо, решил позаботиться о своём здоровье и купил тапки с пластиковыми мини-шипами на стельке. Типа это очень полезно – при ходьбе происходит массаж всех биологически активных точек стопы. Забегая вперёд, скажу, что впоследствии нам очень хотелось тёмной ночью спалить этот киоск вместе со всеми «замечательными шлёпанцами». Потому как они абсолютно ничего не массировали, а упорно натирали всё те же биологически активные точки при ходьбе. Витя в своих ходить вообще не мог… Только на следующий день мы, проходя по какой-то маленькой улочке, купили себе по паре чудных, простых и милых тапок. Мои стоили всего 8 гривен, против тех 38. Именно в этих шлёпанцах я и проходила почти весь отпуск.

Решены жилищные и обувные проблемы, пора было и подкрепиться. И мы направились в столовую. Столовая поразила своими размерами и чистотой. Столики на четверых, скатерти, салфетки, расставленные столовые приборы. Питание заказное, официантки всё приносят сами. Размеры порций тоже впечатляли. Съесть всё было просто невозможно (по крайней мере, для меня), поэтому большая часть моей порции все 12 дней отправлялась прямиком на съедение Виктору. Единственным минусом было довольно отвратное вино, которое давали каждый ужин. В первый день мы его выпили почти что залпом, но потом, отведав всяческих «Мускатов», больше не притрагивались. Вскоре придумали себе дополнительное развлечение. На столовых приборах – ножах, ложках и вилках зачем-то были выбиты цифры. Побеждал тот, чья общая сума цифр была больше. Почему-то везло всё время Виктору… Единственный раз я чуть было не победила с огромным отрывом, когда обнаружила на своём ноже номер «333». Но Витя заявил, что ничего подобного, что чеканщик был пьян и это просто тройка. Вот так всегда… мало того, что буквально был вскормлен на моих порциях, так у него ещё и все ножи краплёные.

Естественно, сходили на пляж. Я не рискнула купаться, т.к. ангина ещё давала о себе знать.

В тот же день были обследованы окрестности пансионата, Виктор провёл меня по местам «боевой славы», зашли на рынок, прошли мимо улочки, где они когда-то снимали домик. Впоследствии каждый раз, когда мы здесь проходили, Витя хитро спрашивал: «Я тебе, наверное, ещё не рассказывал, что вот именно здесь мы снимали домик?»

Вечером, прямо с пляжа, стихийно рванули на теплоходную экскурсию мимо Кара-Дага. Лично меня она совершенно не впечатлила, так как было довольно холодно, дул ветер, солнце светило прямо в глаза, и Кара-Даг был виден как одно огромное чёрное пятно. И вместо того, чтобы наслаждаться красотами природы, я то и дело озабоченно щупала свою шею и волновалась, как бы мои мурашки не переползли на сидящих рядом пассажиров.

Вечером вернулись в номер ужасно усталые. Только-только я подумала, как хорошо бы сейчас прилечь, в тишине и покое, как с улицы раздались свершено невозможные громкие звуки. Словно это трубил какой-то сумасшедший слон. Звуки не шли ни в какое сравнение с какофонией, которая доносилась с набережной. Как выяснилось, это трубило из городка аттракционов, который находился рядом с нашим корпусом. Впоследствии каждый вечер начинался этими звуками. И когда однажды мы вдруг их не услышали, то не на шутку разволновались, а не случилось ли чего?

Сон пришёл сразу. Мгновенно.

Маньяки наступают.

Следующий день прошёл в ленивом полёживании на пляже и поедании всяких вкусностей. Именно тогда впервые были опробованы шашлыки из мидий, которые Витя обозвал шашлычёночками. И действительно, на шашлык эта жалкая палочка как-то не тянула… Ничего так. Вкусно. Правда, однажды я увидела, как из одной мидии что-то торчит. Наивно полагая, что это какой-нибудь укроп, я поделилась наблюдениями с Витей. Ответ лишил меня всякого аппетита: «Это не укроп. Это они такие внутри». После этого есть мидии с их жуткими внутренностями мне немножко расхотелось…

Неожиданно возникла проблема с минералкой. Она вся была невкусная – солёно-кислая. В изобилии было мороженого. Но мы так наедались в столовой, что на мороженое мой организм только смотрел – есть не было сил.

Кстати, о столовой. Придя на завтрак, мы обнаружили за нашим столом нового соседа. Через пять минут после того, как мы с ним поздоровались, нам показалось, что с ним, мягко говоря, что-то не то… Он ничего не ел, ковыряя еду вилкой, задавал какие-то вопросы совершенно невпопад, и так тихо, что казалось, будто бы он разговаривает сам с собой. И не сводил глаз с Виктора. Просто буравил его своим взглядом. Я сначала подумала, что… ну… бывают такие мужчины, которые не буравят взглядом женщин…. Но потом стало ясно, что тут всё намного хуже – человек был словно немного невменяем. Мы его сразу же окрестили Маньяком. Следующие 4 дня мы старались съедать всё как можно скорее. Я просто автоматически весь обед смотрела на входную дверь. Как только там появлялся Маньяк, мы старались поскорее дожевать всё оставшееся и убежать. Как потом выяснилось, товарищ прибыл из Германии. Пожалуй, я всё-таки ещё раз хорошенько подумаю, прежде чем ехать на Рождество к Оле в Кёльн…

Отдельно нужно сказать о рынке, на который мы пошли в поисках ножа для резки дыни. Это зрелище не для слабонервных. На довольно небольшой территории было такое нагромождение всяких вкусностей, что пройти мимо, ничего не купив, было просто невозможно. Дыни по гривне за штуку, отборные помидоры тоже по гривне, груши – по две-три и персики, персики, кругом персики!!! Винные ряды – это отдельный разговор. Бесконечные бутылки всех форм и размеров. Если ходить и дегустировать у каждого прилавка, то на своих двоих до пансионата можно и не дойти, поскольку наливали везде и всего, чего душа пожелает. Просто так, на «попробовать». Когда я увидела свой любимый «Белый мускат красного камня», мне стало плохо. В Москве он стоит 500 с лишним рублей. Там же – меньше 80… Естественно, купили. И ещё литровую бутылку вина на разлив, с приятным шоколадным привкусом. Если бы я знала, что на обратном пути нас будет встречать Витин друг, я бы прикупила гораздо больше всего этого великолепия…

А ещё прямо на нашей набережной было совершенно необычайное место, где каждый вечер торговали тортиками домашнего производства. Каждый день в пять часов вечера приходили женщины и выставляли их на продажу. Торты были разные и на любой вкус – и со сгущёнкой, и с медовым кремом, и со сливочным, и со всякими фруктами-орехами. Это была целая улочка, маленький рай для любителей сладкого. Пару раз мы тоже покупали по куску торта, но столовая сделала своё дело – куски в меня совершенно не лезли.

Есть!!! Первая НАСТОЯЩАЯ экскурсия.

А вечером мы поехали на вторую экскурсию к подножию Кара-Дага. Надо же было сохранять традицию – с первого раза у нас ничегошеньки не получалось. Если в первый раз мы просто проплыли туда-сюда, то на этот обещалось более близкое «подплытие» к подножию вулкана, заход в Золотые ворота и купание прямо там. И, надо сказать, мы не прогадали!

Началось всё с того, что мы опаздывали на катер. По набережной неслись, как сумасшедшие, едва не сшибая людей. Прибежали за минуту до отправления – уфффф, успели! Как оказалось, посадка только-только началась, катерок был небольшой, и народу тоже было мало. Загрузились. Подивились мастерству парнишки-экскурсовода, который лазал по катеру, как муха по потолку – прямо над водой, по узким-узким бортам. Поплыли.

Экскурсия была потрясающей! Во-первых, была очень камерная атмосфера. Складывалось такое ощущение, что экскурсовод рассказывает всё лично тебе. Катер проплывал очень близко от берега, можно было рассмотреть всё в подробностях. Я просто балдела от видов! Экскурсовод что-то там рассказывал про названия бухт, скал, уступов и т.п., но я ничего из этого не запомнила. Было настолько красиво, что совершенно не хотелось напрягаться и запоминать все эти названия. Из всех органов чувств у меня работало только одно – зрение. Воспринимать информацию ещё и на слух – это значило чего-то не увидеть. А смотреть было на что! Во-первых – это краски. Горы – серо-розовые, подсвеченные солнцем. Причудливые выступы, чайки, гордо стоящие на одиноких камнях, вода, менявшая свой цвет от изумрудно-синей до свинцовой, стайки маленьких белых медуз, поверхность гор – всё это было просто потрясающе красиво! Только когда подплыли почти вплотную к горам, ко мне вернулся слух.

Экскурсовод был в ударе. Размахивая руками, он оживлённо рассказывал историю за историей, легенду за легендой. Особенно всех порадовала история о Бухте Молодожёнов. Очень лирично он начал рассказ, про то, что если молодожёны хоть раз искупаются в этой бухте, издали напоминающей небольшой бассейн, то они всегда будут жить мирно и счастливо. Правда, потом добавил, хохотнув, что один из экскурсантов продолжил эту историю так: «…всегда будут жить мирно и счастливо. Только раздельно!» Чудненько!

Совершенно незаметно подплыли к Золотым Воротам. Естественно, нам рассказали очередную байку. Оказывается, если в тот момент, когда катер проходит внутри Золотых Ворот, бросить монетку так, чтобы она ударилась о скалы, и загадать при этом желание, то оно обязательно сбудется. Народ начал лихорадочно рыться по карманам и кошелькам. Ну, естественно, я не могла не воспользоваться моментом и не зашвырнуть чего-нибудь в море. Моя монетка полетела едва ли не первой. Звяк! И упала в море. Есть!!!!! Будем ждать…

Потом было купание прямо у Ворот. Мы не соблазнились. Я – по причине трусости, Витя – по причине отсутствия плавок.

Обратно плыли очень довольные. Задали несколько вопросов экскурсоводу по поводу возможности проникнуть во все эти бухточки, мимо которых мы проплывали. Очень хотелось туда попасть, но как оказалось – надо было брать разрешение в лесничестве. Ещё можно было пройти туда в составе экскурсии по Кара-Дагу. Мы сразу же взяли это на заметку.

Когда плыли обратно, было тоже очень красиво. Солнце уже опускалось за горную вершину, море было какого-то невероятного цвета плавленого золота. А Кара-Даг наоборот – темнел на глазах, превращаясь в огромную серо-фиолетовую каменную глыбу. Витя не сводил глаз с Сюрю-Кая. Несложно было догадаться, о чём он грезил.

Лучше гор может быть только пляж.

18 августа мы решили совершить тренировочный поход – подняться на гору Волошина. Впереди ожидалось ещё более серьёзное восхождение – Сюрю-Кая, поэтому это восхождение таковым даже не называлось. Так – горная прогулка. Взяв рюкзак и бутылку воды, отправились в путь. Сначала по набережной, до конца посёлка, потом – вдоль нудистского пляжа. Вода была выпита почти сразу. Солнце жарило вовсю. Как только подъём стал более крутым, идти стало ох как тяжко! От нагретой земли поднимался жар, сверху тоже нещадно палило. И ни единого дуновения ветерка. Кое-как я доползла до вершины. И вот только там в полной мере насладилась прохладой. То, что надо было принести от моря камушек и положить его на могилу Волошина, мы узнали только на следующей экскурсии, а потому просто побродили там и поснимали окрестности. А поснимать там действительно было что! Внизу виноградники, весь Коктебель как на ладони, длинная полоса пляжей, изумрудная вода. Красота!

Потом спустились в Тихую Бухту. Мнения о ней у нас с Витей разделились. Мне там понравилось намного больше, чем на нашем пансионатском пляже. Наверное, тем, что там было удивительно тихо и почти безлюдно. Можно было лечь на песок и просто спать. Витя же что-то бурчал насчёт этого вездесущего песка, который лезет куда надо и куда не надо.

Совершенно разомлев, я стала тихонько продвигать идею о том, что, может быть мы не пойдём на обед, а останемся тут? Но, видимо, Вите не терпелось поскорее увидеть Маньяка, и он всё-таки потащил меня по направлению к пансионату. На наше счастье мимо проезжал какой-то маленький и дребезжащий автомобильчик, и водитель доставил нас прямо на место.

Оставшуюся часть дня мы валялись в номере и занимались тем, что… мерили температуру моим электронным градусником. Вите чего-то поплохело. Мне тоже, потому как у меня сгорели коленки. Поэтому мы, как два пенсионера в санатории, лениво размешивали смекту, пили жаропонижающее, я – свои антибиотики и тавегил. Подбивала Виктора нарисовать температурный график и вывесить его в изножье кровати. Почему-то идея осталась невоплощённой… А жаль.

…Ничего против вас не имею,
Но свернуть я вам вынужден шею…

Следующие два дня мы вели себя прямо-таки как образцовые отдыхающие – совершали покупки. Я решила, что пора бы заняться тем, ради чего я, собственно, сюда и приехала. А именно – поеданием дынь. Великолепных, сочных, тающих во рту, ароматных медовых дынь! Радостно прискакав на рынок, мы выбрали дыньку и так же радостно поскакали в номер в предвкушении её сочности и медовости. Через минуту после того, как мы её разрезали, энтузиазм наш немного приутих. Дыня оказалась совершенно несъедобной – зелёной и тугой, как резина.

Витя начал рваться в бой. Ему срочно понадобилось поскакать опять на этот рынок и надеть дыню на голову горе-продавщице. Мне стало страшно. Во-первых, за продавщицу. А во-вторых, за то, что миролюбивый ход нашего отпуска может быть нарушен сидением Вити в местной тюрьме и моим ношением ему передачек. Пришлось собираться и идти следом за ним, ноя и стеная о миролюбии и смирении.

Дыню никуда надевать не пришлось. Продавщица оказалась прозорливой и как только увидела Витино доброе и милое выражение лица, сразу же предложила две любые дыни на выбор, совершенно бесплатно. Гордо выбрав дыни, мы так же гордо удалились. По пути купили ещё кучу всякого разного и, нагруженные, вернулись в номер.

Стоит ли говорить, что эти дыни оказались не намного лучше их несчастной предшественницы… Витя сдался быстро. А я, видимо, ещё по инерции, продолжала грызть эту зелёную мякоть, делая вид, что не всё так плохо и ЭТО даже вполне можно есть…

Вечером решили немного приободриться и поиграть в бадминтон. Купив ракетки и воланчик, двинули на спортивную площадку. Первым разочарованием было то, что все площадки с сетками были закрыты. Пришлось шагать на бывшую танцплощадку и играть там. Не проиграв и часа, игру мы скоропостижно завершили. При очередном замахе Витина ракетка переломилась прямо в воздухе…

Вот тут мне стало по-настоящему страшно. Я нисколько не сомневалась, что Витя сейчас пойдёт и разнесёт пол-Коктебеля вместе с этими проклятыми обувными и «ракеточными» палатками, прихватив заодно и часть рынка. Но обошлось. «Битва гигантов» закончилась вничью. Мило побеседовав и выслушав аргументы друг друга, стороны разошлись, так ни о чём и не договорившись.

С горя был свершён поход в библиотеку. Конечно, туда я не могла не зайти! Но… читать чего-то не очень хотелось, поэтому я вполне удовлетворилась книгой «Трое в лодке, не считая собаки», главным преимуществом которой было то, что её можно читать, открыв наугад на любой странице.

На следующий день нас ждала первая большая экскурсия. Вставать нужно было рано – в 7 часов отправление, а до этого нам надо было ещё позавтракать.

Первый блин, естественно, комом.

День не задался с самого утра. Прискакав утром к кафе, где мы накануне договорились с официанткой, что нам утром приготовят завтрак, обнаружили полное отсутствие и людей, и завтрака. Официантка спала. Пришлось срочно её будить, так же быстро жевать яичницу и бутерброды и потом нестись с бешеной скоростью к автобусу. По пути развалился наш пакет со всякими тапками, орешками и прочей ерундой. Так, с бутербродами в зубах и с ерундой в руках мы и подбежали к автобусу.

Как оказалось, торопились мы совершено зря. Ещё 40 минут мы ждали неких Романовых. Через 20 минут стало понятно, что им лучше вообще не появляться, так как в автобусе стало назревать поистине народное волнение. Так и не дождавшись этих представителей царской династии, мы отправились в путь. Дорога предстояла долгая. Обратно мы должны были вернуться примерно в 23 часа. Ехать было очень приятно и комфортно. Откинувшись на спинках сидений, мы слушали экскурсовода – милейшую женщину с приятным голосом. Витя сразу окрестил её «Тётя Валя» в честь незабвенной ведущей программы «В гостях у сказки».

Дорога бежала, один рассказ «Тёти Вали» сменялся другим. Когда она на время закончила своё повествование, мы достали орешки и тетрадку, чтоб играть во всякие «Морские бои». Совершенно незаметно пролетели три часа пути.

Часть пассажиров сладко спала, когда вдруг раздался жуткий грохот. Мне показалось, что грохочет где-то прямо под моим сиденьем, и что в следующую секунду я катапультируюсь. Автобус остановился.

Через некоторое время выяснилось, что у автобуса отвалился кардан. По асфальту тянулся чёрный масляный след, вокруг были только поля и немногочисленные деревья. Жарко, уже немного хочется есть, душа жаждет экскурсии и впечатлений.

Вот чего-чего, а впечатлений мы в тот день получили вволю. Экскурсовод связалась по мобильному с турфирмой, где нам пообещали прислать автобус, часа через три. Всё это время народ развлекал себя как мог. Лично я ударилась в плетение венка. Также был найден и беспощадно сфотографирован жёлтый гигантский паук. От скуки я начала ползать по кустам и обнаружила там совершенно потрясающие ветви. Они были сплошь покрыты ярко-оранжевым лишайником. Причём сами ветви имели весьма причудливый вид – изогнутые и с шипами. Они выглядели просто фантастически. Загубленный во мне икебанист вяло, но ощутимо, зашевелился…

Прошли обещанные три часа. Автобуса не было. Люди потихоньку начинали звереть. Кое-кому удалось уехать обратно на попутных машинах. У некоторых просто не было с собой денег, чтоб ловить машины на обратный путь. Экскурсовод как могла, всех утешала, но это уже не успокаивало. Наоборот, хотелось срочно пойти и кому-то набить морду лица. Таких желающих оказалось довольно много.

Когда же выяснилось, что никакой автобус за нами и не думали высылать, обстановка накалилась до предела.

Ситуацию спас рейсовый автобус, ехавший в нужном нам направлении. Водитель с изумлением следил за тем, как мокрые и злые люди штурмуют его салон. На нём и доехали до Коктебеля.

Но нам было мало! Нет бы тихо пойти домой, поспать там, помыться… Мы же первым делом рванули требовать деньги за несостоявшуюся экскурсию. Поохав и поахав, деньги нам все же вернули. И вот теперь – нет бы действительно успокоиться и пойти уже наконец-то в номер. Как бы не так! Мы, посовещавшись, решили всё-таки съездить на эту экскурсию ещё один раз, и отправились покупать новые билеты, уже на другое число. Там вошли в наше положение и продали второй билет как «детский», со скидкой в несколько гривен. Что дало Вите богатую пищу для глума на тему «Отцов и детей».

Вот таким форменным обломом закончилась первая «самая сложная, но очень интересная» экскурсия, как нам её активно разрекламировали в турагентстве. Но мы уже поняли, что с первого раза у нас ничего не получается, поэтому надежда, естественно, и не думала умирать. И, припрятав подальше заветные билетики, мы отправились на ужин.

…И горы встают у него на пути
И он по горам начинает ползти…

И вот наступил великий день – 22 августа. Именно сегодня должно было совершиться то самое, ради чего сюда и приехал Витя (по крайней мере, такова была его официальная версия), а именно – подъём на Сюрю-Кая. В далёком 1979 году, когда я о горах знала только то, что по ним ползал добрый Доктор Айболит, Вите уже посчастливилось туда подняться вместе с отцом. Потом, спустя несколько лет, была ещё одна попытка, которая так и завершилась ничем у самого подножья горы. Естественно, сейчас он был полон решимости добраться до самого пика.

Я, признаться, тоже была настроена довольно решительно. Его желание туда залезть оказалось довольно заразительным, тем более, что по горам я не лазила ещё ни разу.

Одним словом, было решено, что сразу после обеда, когда станет не так жарко, мы тронемся в путь.

А пока мы отправились на пляж, благо народу было не очень много, и делать было абсолютно нечего. Именно там и приключилась история, которая вместо Сюрю-Кая чуть не отправила нас прямиком в лазарет… Я тихо-мирно загорала. Витя купался. Накупавшись, он вылез из воды и направился к нашим полотенцам. И, видно, проснулась в нём эдакая игривость, и захотелось ему пошалить. Тут ещё я совершенно опрометчиво сказала что-то про то, что жарко очень… Далее последовало совершенно необъяснимое явление. Витина голова почему-то решила, что самое замечательное, что можно сделать сейчас – это отряхнуть мокрые волосы прямо на меня. Что она незамедлительно исполнила с величайшим мастерством – и на меня обрушились ужжжжжжжжасно холодные потоки воды. Моя голова отреагировала не менее замечательно – навстречу Витиной голове она отправила мою ногу, дабы хоть чем-то защититься от такого безобразия…

Встреча была неизбежна и оказалась очень страстной – я изо всех сил треснула Витю коленом по переднему зубу!

Это было нечто… Вите было плохо. Про то, как было плохо мне, лучше и не говорить. А то я от одних только воспоминаний упаду в обморок.

Свалившись обратно на полотенце и зажмурив от страха и боли глаза, я видела разбросанные по пляжу Витины зубы, свою окровавленную коленку с зияющей в ней дырой, врачей с жуткими инструментами для починки челюстей и зашивания ног. Каким-то неимоверным усилием воли я запретила себе падать в обморок и открыла глаза. Витин зуб был на месте, моё колено – тоже. Рана была, но маленькая. Так, укус маленького дикого хорька. Или маленького гремучего змея. Или мышоночка…

Ещё некоторое время мы зализывали свои раны. Потом поползли на обед.

Сразу же после еды мы стартовали. Зубы, колени – всё стало неважно, т.к. впереди было нечто великое – восхождение на гору.

С собой взяли две двухлитровые бутылки воды, фотоаппараты, и пластыри. Так… на всякий случай.

Пошли пешком по направлению к автостанции. Как идти дальше, представляли довольно туманно, т.к. с последнего Витиного приезда прошло много времени, и здесь появились новые постройки. Прошли мимо рынка, мимо той улочки где «мы снимали домик», через частные дома и вышли в чисто поле.

Поле было шикарно! Ярко-жёлтая, просто золотая степь на фоне такого же ярко-синего моря! Потрясающе, у меня просто захватило дух! К горам вела тропинка. Настоящая такая, протоптанная, вполне обитаемая тропинка. Мы обрадовались, потому что до последнего сомневались в том, что сюда можно было беспрепятственно пройти. Все предыдущие дни мы пытались это выяснить, расспрашивая местных жителей. И получали ответ, что Сюрю-Кая не относится к заповеднику, и ходить тут можно сколько влезет! Вид этой тропинки вселил в нас дополнительную радость. И мы резво поскакали вперёд.

Витя, как отменная гончая, «взял след». Он нёсся вперёд, несмотря на бутылки в рюкзаке и степные колючки. Мне кажется, не болтайся у него под ногами такой горе-турист как я, он бы в таком темпе бороздил эту степь, а потом, пожалуй, и сами горы. И избороздил бы их вдоль и поперёк за полчаса. Но сзади ковыляла я, поэтому ему пришлось немного усмирить свой пыл и, как говорит мой автомобильно-помешаный сын, немного сбавить скорость.

Умный в гору не пойдёт…

Идти было довольно легко. На душе всё пело и ликовало. До тех пор, пока мы не уткнулись носом в табличку, объявляющую, что это заповедник, и дальше идти категорически нельзя. Я немного помрачнела… Витя предложил забить на все таблички и прикинуться полными идиотами – пойти в обход, туда, где табличек нет. А в случае чего, сказать, что никаких табличек и в глаза не видали и уж тем более – ни по каким запрещённым тропинкам не ходили. Так и решили поступить.

Но перед тем как пойти в обход, Витя решил сфотографироваться у этой таблички. Встал, приготовился… Я наводила фотоаппарат на резкость. И вдруг буквально краем глаза заметила вдалеке какое-то движение. Присмотрелась – мааааленькая фигурка. Стоит неподвижно и, скорей всего, тоже смотрит на нас. Это был он – гроза всех тех, кто прикидывается идиотами – лесник! Мы сделали вид, что никого не видели. Тихо и спокойно сфотографировались, сложили фотоаппарат в рюкзак и нагло и медленно пошли по обходной тропинке. Могу себе представить лесниковское негодование!

Буквально через несколько минут из-за кустов вышел какой-то человек. Я сразу же малодушно попрощалась с жизнью, потому как была уверена, что он незамедлительно достанет из-за спины обрез и пристрелит нас не сходя с места. Но это был какой-то совершенно безобидного вида товарищ типа «Студент». Вздохнув от облегчения, мы приступили к пыткам.

Выяснилось, что лесник содрал с него за право прохода на территорию аж… 50 гривен! Я приуныла… Витя взял с собой только 40, и 11 из них мы уже потратили…

Как бы то ни было, пришлось идти дальше.

И когда вдруг в двух сантиметрах от нас я услышала вкрадчивый голос: «Молодые люди, куда это вы направляетесь?», то чуть не умерла от разрыва сердца! Лесник подкрался именно в тот момент, когда я уже расслабилась и понадеялась, что он нас потерял из виду.

И началось… Нам пришлось прослушать краткую лекцию о том, что сюда нельзя, совсем нельзя, никому нельзя и точка! Что нас нагло обманули, сказав, что Сюрю-Кая не относится к заповедной зоне. Что разворачивайтесь-ка вы, ребятки, и шагайте туда, откуда пришли.

После чего начались торги. Лесник скромно поведал, что обычно штраф составляет по 20 гривен с человека. Мы, с нашими жалкими остатками денег, мрачно хмыкнули. Пришлось сделать жалостливое лицо и пропищать, мол, не будет ли так любезен многоуважаемый джинн пропустить бедных путников, в виде исключения, всего за 29 гривен? (вот наглые!). И, к нашему величайшему удивлению, «джинн» согласился.

Деньги перекочевали к нему в карман, а мы, пользуясь его добротой, расспросили всё про дорогу – как лучше идти и где начинать подъём. Лесник доброжелательно рассказал, а напоследок попросил меня вместо моего белого топика надеть что-нибудь менее заметное. Тут-то и пригодилась Витина майка, до этого сиротливо лежащая в рюкзаке. Мы были настолько рады, что, кажется, попроси он меня надеть вдобавок к майке ещё и Витины кроссовки, а Витю – мой топик и шорты – мы бы с радостью согласились. В погоне за восхождением все средства были хороши.

Ровно через несколько минут мы вступили под сень деревьев, в заросли кизила, и Кара-Даг огласился победным «Йеееееееееееееессссссс!!!!!!» Опасаться больше было нечего и некого!

И тут, собственно, началось само восхождение. Сначала мы шли по довольно приятной лесной тропинке. Она петляла между деревьями. Было не жарко, кругом, прямо над головой, свисали красные ягоды кизила, стояла просто потрясающая тишина. Было видно, что тут редко ступает нога человека, потому как трава и деревья выглядели совершено нетронутыми. Потом подъём стал немного круче, потом – ещё и ещё. Витя шагал довольно быстро, а я старалась не отставать. Но всё равно мой нетренированный организм давал о себе знать – приходилось несколько раз останавливаться для того, чтобы отдышаться. Наконец добрались до середины пути. Немного отдохнув, сфотографировавшись и восхитившись просто неземными красотами, мы двинулись дальше.

Как говорил Чуковский, «А горы всё выше, а горы всё круче». Именно так всё и было, потому что горы действительно стали круче, и в некоторых местах по ним приходилось пробираться чуть ли не ползком. На очередном рывке вверх я потянула мышцы бедра. Потом так и ковыляла, то и дело щупая свои мЫшИцы и убеждаясь в работоспособности ноги. Весь подъём занял примерно 2 часа. Не могу сказать, что это было очень уж тяжело. Но кое-где нам пришлось хорошенько попотеть, так как были места, где некуда было даже ногу поставить. Так, продираясь сквозь колючие ветки и обдирая ноги до крови, мы поднимались и поднимались.

Парочка лирических отступлений.

И вот она – вершина!

Передать чувства словами невозможно. Ты стоишь на высоте больше 500 метров над уровнем моря! Весь Коктебель – внизу, маленькие игрушечные домики и деревья. Людей не видно вообще. Вдалеке – горы и, насколько хватает взгляда – море!!! А наверху – небо. И начинается оно прямо здесь, буквально у твоих ног. Кажется, что раскинь руки в стороны, как крылья – и точно полетишь, как какой-нибудь альбатрос! Сердце выскакивает из груди, и полное отключение разума – работают только органы чувств: зрение, слух, осязание. Только видишь, чувствуешь запах нагретых камней и ощущаешь на лице тёплый морской ветер. Изредка доносятся из Коктебеля крики петухов, шум машин. Но здесь эти звуки воспринимаются чем-то совершенно чужим и потусторонним. Здесь совершено другой мир, совершенно иное измерение…

Потрясающе…

Мы поднялись, как нам показалось, на самый верх. Естественно нельзя было не сфотографироваться. Но впоследствии, посмотрев на получившиеся фотографии, я поняла, что это никакими снимками не передать. Это как не передать с помощью телевизора запах и вкус.

И вот там, прямо на самой вершине, я совершила преступление – не пустила Витю долезть до пика горы. Он сначала бил копытом, фыркал на все мои возражения и уверял, что он, как горная лошадь, с шипами на копытах, резво вскочит на самый пик, я его быстренько сфотографирую, и так же резво и изящно он соскочит обратно. На что я мрачно заметила, что если этот несчастный Тыгдынский Конь сорвётся и свалится с обрыва в пропасть, мне будет совершенно всё равно – изящно он будет лететь вниз или нет. А я на всю оставшуюся жизнь буду обречена на сны в виде фильмов-ужасов. Конь подумал и, вздохнув, согласился. Правда, он всё-таки немного поднялся по этой скале, завис где-то между подножьем и вершиной и даже попытался попозировать для снимка. А потом, когда мы уже спускались обратно, горестно сокрушался, что как же так, голова его садовая, он не догадался что-нибудь оставить на этой вершине в память о своём восхождении! Например… Ну?!? Угадайте – что?!?! Ну что же вы???? Уфффф, правильно – знамя ЦСКА!

Прошло некоторое время. Уходить не хотелось. Мне хотелось свить тут гнездо, построить маленький домик, сплести лачужку из веток деревьев и остаться тут насовсем. Питаться дикими плодами, пить чистую родниковую воду, слушать божественное пение птиц, каждое утро любоваться восходом солнца и пребывать в полном душевном спокойствии.

Идиллическую картину разрушил Витя. Он напомнил, что нам надо успеть к ужину. На долю секунды я даже пожалела, что не разрешила ему залезть на этот проклятый пик…

Пришлось возвращаться на грешную землю и начинать спуск. Как бы странно это ни казалось, но спускаться оказалось намного сложнее, чем подниматься. Тут приходилось внимательно смотреть под ноги, чтоб не споткнуться и не полететь прямиком в никуда. Время от времени мы по очереди оступались, или нога соскальзывала с камня, или песок под кроссовками начинал угрожающе осыпаться, и приходилось изо всех сил хвататься за ветки деревьев или просто за всё, что попадалось под руку. Тут то и пригодился пластырь…

Пока мы спускались, мне в голову пришла странная мысль. Почему-то очень захотелось что-нибудь крикнуть. Гикнуть эдак, во всю силу лёгких, на весь Коктебель, и на весь Кара-Даг! И не просто какое-нибудь «Эге-гееееей!», а что-нибудь поколоритнее. И, желательно, неприличное. М-даааа… Поделилась этой мыслёй с Витей. Он предложил гикнуть «ЦСКА-Чемпион!». Даааааа… ну, если это была самая неприличная фраза в Витином лексиконе, то я уж не знаю… мне сразу стало стыдно за себя.

Но тут Витя себя быстренько реабилитировал. С чувством, с толком, с расстановкой, набрав побольше воздуха в лёгкие и расправив плечи, Витя гаркнул на всю коктебельскую бухту! И содрогнулись горы от пошлости такой! И птицы поумирали прямо в полёте! И уши мои свернулись в трубочку и долго потом не могли развернуться. Бойтесь своих желаний, они могут неожиданно исполниться – в вечерней безмятежности разнеслось бодрое: «Отсоси у красно-синих! Хей! Хей!»

Я долго пыталась вернуть свою челюсть на место…

Вот так весело, мило и, главное, интеллигентно закончился наш поход на Сюрю-Кая. Впечатления были самые потрясающие. Отщёлкана пара плёнок. Поцарапаны и разодраны ноги и руки. Сгорели последние, несгоревшие ранее, участки кожи. Спустя два часа мы уже были в Коктебеле. Всю дорогу шли и оглядывались: «Вон там, ВОН ТАМ мы были!» – и сердце сладко замирало.

Неутолимая тяга к прекрасному.

Примерно где-то в середине нашего отдыха меня потянуло на эксперименты. На коктебельской набережной можно было найти почти всё, что угодно. Там продавали всякую всячину, рисовали картины, предлагали сфотографироваться с живым питоном, продавали билеты на экскурсии и всяческую еду. Мне же уже давно, с самого первого дня приезда, запало в душу такое невинное развлечение, как боди-арт. В нескольких местах набережной сидели ребята и с помощью хны, фломастеров и специальных красок рисовали на телах отдыхающих разные рисунки. Сначала я просто смотрела. Меня заинтересовал не конечный результат, а сам процесс – получалось действительно красиво. Но потом мне неудержимо захотелось поддаться соблазну и тоже изобразить на себе что-нибудь эдакое.

И вот однажды, когда Витя пошёл в очередной раз работать в интернет-кафе, я отправилась на пляж, дабы отдаться в руки чудо-мастеров. Чудо-мастеров на месте не оказалось. Я расстроенно побродила туда-сюда. Возвращаться без рисунка не хотелось, и, пройдя вглубь набережной, я обнаружила ещё одного рисовальщика. Страшный тощий дядька радостно начал мне показывать свои альбомы. Не знаю, какие ассоциации у него вызвала моя внешность, но он почему-то предложил мне нарисовать череп… М-да… От черепа я вежливо отказалась. Тогда мне были предложены всяческие гады типа скорпионов и змей, пошлые картинки с сердцами, пронзёнными стрелами, всяческие амурчики и дебильные зверушки.

Пришлось дяденьке популярно объяснить, что амурчики мне как-то не по вкусу, змеи мне тоже не к лицу, а с черепом меня, пожалуй, Витя из номера выгонит. Поэтому мне бы что-нибудь нейтрально-растительное, вот, например, такое – и изобразила ему карандашом на огрызке бумаги.

Ровно через 30 минут сей рисунок красовался у меня на спине, в вырезе купальника. Дядька предупредил, что купаться 2 часа нельзя и сказал такую фразу: «И ни об кого тереться спиной тоже нельзя!» Хм… как же так – сколько лет на свете прожила и ни об кого ни разу не потёрлась спиной! Безобразие!

И началось! Весь оставшийся отпуск к рисунку всё безбожно прилипало – полотенца, майки и постельное бельё. Я постоянно это отдирала а потом отмывала куски полотенца от самого рисунка. С помощью меня можно было замечательно воровать в магазинах некрупные предметы. Прилепиться спиной и медленно удалиться. Никто бы и не догадался… Рисунок постепенно смывался. Но своей липкости упорно не терял. И только накануне отъезда я жестоко оттёрла его мочалкой – надоел. Правда, появилась мысль найти тех молодых людей, у которых я изначально собиралась «нарисоваться». И специально к приезду в Москву нарисовать на себе какого-нибудь… «богомола» – сказал бы Витя. Но не сложилось. Ну да ладно!

Там ещё предлагали такую услугу, как плетение всевозможных косичек. Тоже думала попробовать… Но после боди-арта решила не рисковать.

Витя же тянулся к прекрасному иначе – он жаждал футбола. В его телевизионной программе было обведено красным фломастером – сборная России против сборной Израиля. В день матча мы решили, что как раз успеем его посмотреть в перерыве между пляжем и ужином. Типа придём в нужное время в корпус, включим телевизор и будем наслаждаться. Как бы не так…

Телевизор оказался занят. Какие-то тётеньки смотрели очередной сериал. Витя бегом рванул по другим этажам – нигде ничего не работало. Его воссоединение с прекрасным грозило с треском провалиться. Тогда я предложила побежать в соседний корпус и нагло оккупировать один из местных телевизоров. Там ситуация оказалась не намного лучше – там тоже всё было занято. Но вот урррра – на самом последнем этаже телевизор оказался свободен! Быстренько всё настроив и придвинув поближе кресла, мы уселись приобщаться к Великому.

На протяжении всего матча мимо нас ходили недовольные люди и, наверное, никак не могли дождаться, когда же мы закончим смотреть эту муть. Футбол и вправду оказался мутью – со счётом 1:2 наши проиграли израильтянам.

Восхождение второе

На следующий день после восхождения на Сюрю-Кая мы отправились на пешую экскурсию по Кара-Дагу. Мы должны были на автобусе доехать до Курортного, посетить Биостанцию, а потом с экскурсоводом пройти через Кара-Даг по туристской тропе.

Началось всё с того, что мы катастрофически проспали. Мой мобильник почему-то наотрез отказался звонить, и проснулись мы уже только в 6:40, за 20 минут до отправления автобуса. Собравшись с поистине бешеной скоростью, мы понеслись на остановку – естественно, не позавтракав.

Через 20 минут мы уже были в Курортном. Пока экскурсовод решала какие-то проблемы, мы купили по паре пирожков, потому как есть хотелось просто нестерпимо. Мой пирожок в итоге оказался совершенно неудобоварим.

В программе был музей флоры и фауны. То ли из-за отсутствия времени, то ли желания экскурсовода что-то рассказывать нас протащили по этому музею со скоростью света. Сколопендры, скорпионы и прочие жужелицы так и остались неизученными. Одним словом, на посещение этого музея мы потратили времени едва ли не меньше, чем на посещение местного туалета… Порадовало только то, что на выходе мы увидели милейшее существо – маленького филина (или сову?). Он спокойно сидел на ветке дерева и даже давал себя погладить. Женщина-экскурсовод объяснила, что его подобрали совсем крохотным, выкормили, и теперь он обречён жить вместе с людьми, так как в природе ему – верная гибель.

Сразу после музея началось восхождение на Кара-Даг. Мы, оглядев толпу, презрительно хмыкнули: «Ха! Да эти мелкие людишки и понятия не имеют, что такое настоящие горы и настоящее восхождение! То ли дело мы – Супер-Пупер-Скалолазы!» Честно говоря – распирало очень! Безумно хотелось похвастаться перед кем-нибудь – небрежно бросить в разговоре что-нибудь типа: «Да это что! Вот вчера мы лазили на воооон ту гору!». Но хвастаться было нельзя – не хотелось подводить лесника. Поэтому нам пришлось всю дорогу обмениваться мыслями только друг с другом. Плюс, к этому внутреннему превосходству над всеми остальными добавилось презрение – некоторые экскурсанты были, мягко говоря, не очень подходяще одеты – в шлёпанцах на босу ногу. «Ню-ню..» – ехидно хмыкнули мы и начали подъём.

Но идти, как ни странно, оказалось немного тяжеловато. Болели мышцы ног, особенно моя – потянутая на Сюрю-Кая, сказывался недосып в течение уже нескольких дней, и вообще – как-то было туговато.

Виды поражали своей живописностью. Всё, на что мы смотрели снизу во время прогулки на катере, сейчас представало перед нами в полной своей красе. Очень интересно было посмотреть сверху на Золотые Ворота – они были похожи на маааленькую загогулину. Но то ли я пресытилась впечатлениями, то ли нога давала о себе знать, но эта экскурсия почему-то не оставила после себя какого-то необычайного впечатления. Хотя, несомненно, сходи мы на неё чуть раньше, чем на Сюрю-Кая, и я была бы в восторге.

Из запомнившегося – растущий в изобилии голубой кермек. Это тот самый, который в Москве в цветочных ларьках добавляют для пышности в букеты. Растёт, зараза, просто так, совершенно нахалявууууууу…

Обратно спускались по пологой и… бетонной дороге. От однообразности дороги, безо всяких кочек и ям, ноги сразу же стали болеть. К тому же после мягкой земли шагать было жестковато, даже кроссовки совершенно не смягчали это безобразие. В итоге, спустившись в Коктебель, мы ужасно устали. Мои ноги так вообще – грозили вот-вот отвалиться.

Но ничего – мы даже сходили вечерком того же дня на концерт «Весёлых ребят». Несмотря на то, что по доброй российской традиции концерт задержали почти на час с лишним, было очень даже неплохо. Пели вживую, время от времени у них что-то там хрюкало и шипело в микрофонах, но в остальном было очень даже ничего. Мне понравилось. И чего мы не пошли танцевать – до сих пор не понимаю. Тормознули, не иначе. Ну ничего. Это, как вы уже успели заметить, с нами случалось регулярно.

Восток – дело тонкое.

24 августа мы отправились на вторую большую экскурсию – Бахчисарай, знаменитый тамошний фонтан, воспетый Пушкиным, плюс Свято-Успенский монастырь плюс крепость Чуфут-Кале (я вообще не понимаю, КАК Виктор запоминал все эти сумасшедшие названия. Честно признаюсь – они целиком списаны из его отчёта).

Опять проснулись ни свет ни заря и опять побежали на автобус. Естественно – опять же прибежали самые последние… Нашим экскурсоводом оказался смешной дядька, который говорил с огромным количеством ошибок, смешно ставя ударение в словах и то и дело повторяя одну и ту же фразу. Только он нас и веселил, потому как пейзаж за окном был уже знаком до мелочей, сам текст экскурсии – тоже, игры в «Балду» и «Морской бой» надоели до чёртиков, и микроавтобус был неудобный, и вообще – мы, похоже, начали излишне выпендриваться и придираться к мелочам!

Кое-как доехали до Симферополя. Проехали «насквозь» через весь город, поглазели в окна. До Бахчисарая осталось рукой подать, что было очень приятно, так как уже хотелось что-нибудь зажевать.

И вот, наконец-то он – Бахчисарай. Ещё когда мы покупали путёвки, нам всячески расхваливали Ханский Дворец – якобы, там такая роскошь, да такая красота, что мы просто сразу же упадём ниц и лишимся дара речи. Но ни того, ни другого с нами не случилось… Дворец… так себе дворец. Красиво, конечно, резная мебель и потолки, ковры-дорожки всякие, фонтанчики и всё такое. Но, видимо, ещё перед поездкой, при слове «дворец» мне представлялось нечто великое и огромное. Ханский дворец по сравнению с этим «великим и огромным» оказался просто летней дачкой.

Очень повезло с экскурсоводом. Милая, приятная женщина рассказывала всё подробно. Естественно, меня больше всего заинтересовало всё, что было связано с гаремом. Мне всегда казалось, что бедные безропотные женщины жили в этих жутких гаремах и активно угнетались наглыми, жирными, злобными ханами. Однако когда мы подошли к очередной постройке, которая оказалась «домом, который был подарен ханом одной из своих жён», закралось подозрение, что всё было не так уж плохо. После рассказов о том, что женщины зачастую носили на себе до 10 кг золота и драгоценностей, мне даже немножко захотелось в гарем… Посмотрев же на убранство гарема внутри, я окончательно утвердилась в мысли, что в этом что-то есть…

После гарема нам показали разные другие помещения и достопримечательности, в том числе и Бахчисарайский фонтан. «Фонтан» оказался жалкой струйкой воды, совершено неприметным и ничего особенного из себя не представляющим. Тем не менее, около него сразу же выстроилась очередь желающих сфотографироваться. Мы отчего-то не соблазнились.

Зато на улице росло совершенно невероятное дерево. Оно было похоже на лиану, причём не настоящую, а из… какого-нибудь пластика или раскрашенного гипса. Ветки причудливо извивались, словно змеи, и таким образом оплели всю стену. Вот жалко, что А.С.Пушкин не видел сие великолепие. Иначе он обязательно написал бы стихотворение на эту тему, а какой-то там фонтан его бы совершенно не вдохновил.

После экскурсии забежали в сувенирную лавку, после чего нас, как гусей, загнали опять в автобус.

Следующей остановкой был монастырь. Ещё в автобусе наш путающийся в словах экскурсовод, провёл рекламную кампанию. Начав издалека, он с горечью в голосе поведал о том, что в этих краях совершенно негде качественно и вкусно пообедать. Вот ведь беда! Что он искренне нам сочувствует и сожалеет о такой неприятности. А пообедать, откровенно говоря, уже почти хотелось… И вот когда народ стал ронять слюни прямо на обивку кресел, экскурсовод радостно сообщил, что только ради нас, по большому секрету, прямо-таки под страхом смертной казни, он откроет нам страшную тайну – есть, ЕСТЬ одно местечко!!!! И именно туда он нас отведёт, как только мы приедем на место. Якобы там можно будет заказать отменный обед, а на обратном от монастыря пути нас накормят до отвала.

Ну да… ну да… все сразу всё поняли! После этого мы быстренько просчитали, какой навар имеет этот дядька с каждого приведённого им экскурсанта.

Но деваться было некуда – обед заказали. Забегая вперёд скажу, что он на самом деле оказался очень вкусным и сытным, а стоил какие-то совершенно смешные деньги. Гривен 6, кажется…

И вот началось восхождение. Очередной экскурсовод в лице бодрой девушки резво повела нас вверх. Подъём бы пологим, по пути слушали экскурсию. Я была совершенно неподходяще одета – в длинной юбке. И почти всю дорогу наверх была озабочена вопросом – как бы поприличней обмотаться этой юбкой, чтоб она не мешалась под ногами.

Это действительно была очень необычная местность. Когда поднялись на самый верх, увидели пещеры. В одну из них удалось заглянуть – маленькая комнатка с двумя отверстиями – «окном» и «дверью» – прямо-таки однокомнатная квартира. Сразу подумалось, что хорошо бы сюда с палаткой, спальниками и костерком. За каменным «городом» простирались совершенно изумительные скалы. Прилепившись на какой-то маленький камушек, сфотографировались. Прямо-таки рисковали жизнью, можно сказать, т.к. камушек выглядел весьма опасным. Совет тем, кто жаждет избавиться от надоедливого мужа/жены/тёщи/свекрови – изумительное место, очень рекомендую.

Кстати, о мужьях и мужчинах вообще. Экскурсовод рассказала очередную романтическую легенду. Пересказывать содержание не стану – все они одинаковы. Заканчивалась легенда словами о том, что «…выросло дерево. И с тех пор, стоит только обнять его и загадать самое заветное желание, как оно обязательно сбудется». После чего экскурсовод предупредила, что легенда эта исключительно для женщин и что загадывать желание могут тоже только женщины. И с милой елейной улыбочкой напутствовала – «Только не загадывайте счёт в Швейцарском банке. Загадайте что-нибудь на тему любви» (ну да… чтоб проверить нельзя было).

И вот, сразу же после напутствия, к этому несчастному дереву резво побежали обниматься… мужчины!

ЧТО это было – я так и не поняла… То ли бедным мужчинам так любви не хватает, что они решили пренебречь такими тонкостями, то ли чтоб женщинам у этого дерева места не осталось, то ли… это были женщины, пуреодетые в мужчин.

После обниманий-фотографирований вернулись к монастырю.

Тут атмосфера была совсем иная. Что-то такое витало в воздухе, и не хотелось хохотать и дурачиться. Напились и умылись в роднике со святой водой, набрали с собой в бутылку.

Церковь была очень красивой. Глубоко врезанная в скалу, она возвышалась прямо над головой. Не зайти было невозможно. Тут-то моя длинная юбка и оказалась кстати. Не смотря на довольно либеральное отношение в этом монастыре к коротким юбкам и брюкам на женщинах, думаю, что в шортах войти в храм я всё-таки не рискнула бы…

Поднялись. Зашли. Тут описывать ничего не стану – ни к чему…

На обратном пути нас ждал обед. Пообедали с превеликим аппетитом. И вот когда мы уже садились в автобус, откопали в ларьке у мороженщицы настоящее сокровище!!! Сначала я не поверила своим глазам! Проморгавшись, убедилась, что видение не исчезло. Подозвала Витю. В четыре изумлённых глаза мы читали на этикетке с мороженым: «Маковый прикол. Молодёжь против наркотиков. Сливочное мороженое с маком». А внизу мееееленькими буковками приписано: «После трёх порций к вам придёт счастье!»

Вот оно!!!!! Вот оно – счастье!!!!!! Ну как было не купить?

В Коктебель вернулись к вечеру. По насыщенности впечатлений эта экскурсия вполне могла поспорить с Кара-Дагом за первое место.

«Самая интересная» всё-таки состоялась.

И вот наступил тот день, когда должна была состояться повторная экскурсия на Ай-Петри. Та самая, которую так некстати прервал отвалившийся от автобуса кардан.

Честно говоря, ехали с содроганием… В сотый раз прослушали историю Крыма, Кара-Дага и иже с ними. На подъезде к роковому месту зажали кулаки… уффф, всё в порядке, ничего не отвалилось.

Ехали в жутко неудобном микроавтобусе. Спинки у сидений были почти вертикальны, буйну голову приклонить было не к чему, спина ныла. Расстояние между сидениями было очень маленьким, ноги хронически не помещались. Мне ещё повезло – я сидела у окна и могла их кое-как пристроить. Вите оставалось либо терпеть, либо нагло выставить их в проход. Он терпел… К тому же, в салоне было очень душно, и каждые пять минут Вите приходилось ещё и вскакивать, чтоб открывать-закрывать потолочный люк.

За время дороги не произошло ровным счётом ничего интересного. В пути мы были больше 4 часов. Несмотря на пару остановок для отдыха, очень устали. В игре в «Балду» мы поистине достигли совершенства. За всё время отдыха в неё было сыграно несчётное число раз.

Наконец-то доехали! На полусогнутых ногах выползли из автобуса – кривые и помятые. Поковыляли за экскурсоводом.

Первым пунктом нашей программы был Воронцовский дворец. Шикаааарно, поистине шикааарно! Огромное здание. Всякие башенки-выступы-завиточки. Красивого оттенка камень, вымощенная территория, всё очень солидно.

Как оказалось, по этой красоте нельзя было ходить просто так. Надо было надеть тапки. Такие специальные, безразмерные, на верёвочках. Это надо было видеть!!! И стар и млад пытались прикрутить к своим ногам это безобразие. Если учесть, что происходило это в малюсеньком помещении, а народу было довольно много, и вся эта колышущаяся толпа пыталась что-то там поковырять в районе ног, картина была незабываемая. Это всё равно, что в набитом битком автобусе попытаться переобуться. Кое-как прилепив тапки к кроссовкам, мы пошли за толпой в зал, откуда должна была начаться экскурсия.

И тут с нами случился настоящий шок. В том зале нас уже терпеливо поджидало НЕЧТО. Раздался низкий скрипучий голос: «Закрываем двери». И голос этот не предвещал ничего хорошего… Сначала я подумала – вот же бывают такие колоритные люди – увидев один раз, запомнишь на всю жизнь. Мягко говоря, женщина была страшнА, как самый страшный фильм ужасов! Описать это весьма и весьма сложно. Ну мало ли людей на свете имеют физические недостатки и ходят с тросточкой? Мало ли людей не могут похвастаться внешней красотой? Но тут был совершенно особый случай… От этой дамы исходила какая-то жуткая аура, просто мурашки по спине и холод между лопаток… Вите повезло – он ни разу не встретился с нею взглядом. А мне вот не повезло – она то и дело буравила меня своими глазищами, словно говорила: «А вот тебяяяяяя я хорошоооооо запомнила!» Бррррррр!

Это НЕЧТО начало экскурсию. Время от времени ОНО с полушёпота резко переходило на громкий потусторонний крик. Вся толпа резко вздрагивала и поёживалась. В гробовом молчании раздавался только стук зонта, на который она опиралась, да стук наших испуганных сердец. Какие там вопросы, какая экскурсия – уйти бы живыми…

Мы забрались в самый дальний угол и, пользуясь тем, что нас было плохо видно, тайком щупали старинную мебель и ковыряли пальцами обивку стен. Когда добрались до оранжереи, вздохнули с облегчением – здесь хотя бы можно было спастись бегством в случае чего… сквозь стеклянные двери.

Так же тайком сфотографировали одну из статуй, которая нам очень понравилась.

После чего экскурсия переместилась на улицу. Мы сразу же воспользовались долгожданной свободой и поскорее убежали от этого монстра. Было интересно просто ходить и всё рассматривать, не опасаясь, что тебя на всю оставшуюся жизнь загипнотизируют или лишат спокойного сна.

А вот ботанический сад нам понравился куда как больше. Мы затесались под бок к экскурсоводу и всю дорогу пытали её различными вопросами. Посмотреть было на что! Мы и смотрели.

Первым делом расспросили её о том, растут ли в Крыму грибы. Узнав, что растут и что местные жители редко их собирают, презрительно хмыкнули…

Очень повеселила нас одна древняя бабулька, которая при малейшей попытке экскурсантов наступить на образцово-показательный газон, свистела в свисток.

Понравились маленькие водопады, где нужно было угадать, на какой ноте каждый из них журчит. Мнения, мягко говоря, разделились.

Впечатлил огромный развал большущих камней, где была сделана фотография «Виктор, чешущий колено».

На одном из кустов была обнаружена гигантская паутина, больше похожая на рыбацкую сеть. Хотели сфотографировать, но она не влезала в кадр.

А при выходе из парка увидели очень красивое явление – туман над горами. Густой, как белый кисель, и совершенно непрозрачный.

После красот, созданных руками человека, отправились смотреть на красоты, созданные самой природой – на Ай-Петри.

На гору нужно было подниматься с помощью канатной дороги. Я представляла себе хлипкие сиденья, колышущиеся от резких порывов ветра. Но в действительности дорога представляла собой два вагончика, вместимостью в 40 человек, которые ездили туда-сюда с интервалом в 15 минут. В очередной такой мы и ворвались, нагло растолкав народ локтями, чтоб успеть занять место у окна. Покачнувшись, вагончик поплыл вверх. Люди вели себя по-разному: кто-то верещал от страха, кто-то тупо смотрел за окно. Через 15 минут мы были уже на вершине горы.

А там… Мамочка родная – туман! Нет, не туман – туманище! Мы-то надеялись увидеть с высоты все окрестности, но видно было только белую туманную кашу. Экскурсовод подлила масла в огонь, сказав, что такое тут бывает редко… Ну да ладно. Жалко, конечно, но ничего не поделать. Нужно было ещё подняться на самую вершину. И вот тут-то от нашего разочарования не осталось и следа. Отдохнувшие после двух подряд восхождений, наши ноги сами понесли нас наверх! Идти было не сложно, но опасно. Камни были словно обледенелые – настолько их отполировали ногами многочисленные туристы. И можно было легко оступиться. Но мы-то (ну ещё бы!) уже знали в восхождениях толк и взлетели на вершину одними из первых!

Пока поднимались, туман немного рассеялся, стало видно дома далеко внизу, горы и даже море. Сверху было очень красиво! С одной стороны – обрыв, а с другой – панорама на склон Ай-Петри. На самой верхушке горы была установлена металлическая тренога. Не знаю, специально или нет она тут была поставлена, но она вся была увешана ленточками, поясами, обрывками материи. Это всё равно, что монетку бросить в воду на счастье, чтоб вернуться сюда вновь. Всё это разноцветье колыхалось от порывов ветра и выглядело очень экзотически.

Вокруг сновали люди. Как обезьяны, они ловко хватались руками за камни и зависали в самых неожиданных местах прямо над пропастью. Тащили упирающихся и размазывающих сопли усталых детей, дабы запечатлеть их на фоне сей достопримечательности. Мужчины гордо позировали, выпятив грудь колесом и сделав мужественные лица. Чтобы потом, попивая пивко в мужской компании, гордо предъявить фото и сказать: «Вишь где я был?! САМ залез!» Хотя, положив руку на сердце, фон был не ахти какой – сплошной туман. Поддавшись стадному инстинкту, сфотографировались и мы, рискуя сломать ноги и шею на скользких камнях, а потом начали спускаться вниз.

Когда мы ещё только поднялись на вершину и ожидали экскурсовода, Витя узрел неподалёку объявление «Выставка орудий инквизиции». Глаза сразу загорелись алым огнём. И вот уже после вершины он начал активно меня уговаривать сходить на эту экскурсию. Прямо-таки сыпал аргументами, что ему жизненно необходимо на это посмотреть, что он всю жизнь мечтал такое увидеть, и вообще…. Но времени было очень мало, а денег, ежели совсем честно – ещё меньше. И лично мне эта выставка представлялась набором всяческой дребедени типа кухонных топориков, выдаваемых за средневековые пыточные инструменты. Мы уже однажды ходили на такую же выставку, что-то там про звёздное небо. Где надеялись посмотреть в телескоп на Марс, а получили нудную лекцию и просмотр фотографий. Поэтому пришлось прибегнуть к запрещённому приёму – топнуть ногой и категорически заявить, что он может запытать меня прямо здесь, но на выставку я не пойду!

Вместо выставки мы пошли есть шашлык. Заказали его ещё до восхождения на гору, и вот теперь пришло время поедания. Вообще, было бы форменным позором прожить в Крыму 2 недели и ни разу не отведать шашлыка! К тому же, в нагрузку к шашлыку предлагали дегустацию крымских вин, от чего отказаться было совершенно невозможно. Так подкрепившись мясцом и винцом, двинулись в обратный путь.

Когда мы ещё были на самой вершине, заметили что вагончик канатной дороги неподвижно висит. Как потом выяснилось, отключали электроэнергию, и бедные люди болтались там какое-то время, совершенно не имея понятия, что же в действительности происходит. Так как движение временно было нарушено, на спуск выстроилась огромная длинная очередь. Вообще, очень много времени ушло на стояние в очередях и на дорогу. Идеальным вариантом было бы приезжать сюда и где-то оставаться на ночёвку. Потому как посмотреть было что, хотя бы слазить в местные пещеры, на которые тоже не хватило времени. Там же предлагали и конные и верблюжьи экскурсии, что тоже было очень соблазнительно. В седле я в последний раз сидела лет эдак 8 назад, и очень хотелось бы вспомнить уже почти забытые ощущения. Но опять мешало это хроническое отсутствие свободного времени, поэтому, печально оглянувшись на лошадей с верблюдами, мы отправились назад.

На обратном пути проехали мимо Ласточкиного Гнезда. Но можно было здесь и не останавливаться, так как видно его было едва-едва из-за тумана и большого до него расстояния.

Обратно ехали уже в темноте. В Крыму темнеет быстро, только-только мы разыграли очередную «балдёжную» партию, как пришлось прекратить. В ход пошли старые добрые «Города»: МосквА–АнадыРь–РигА – и так по кругу. Вернулись в Коктебель уже почти ночью. Доплелись до номера и рухнули без задних ног.

По большому счёту, экскурсия удалась хотя бы тем, что мы на неё всё же съездили!

День последний – печальный.

А весь следующий день проходил под знаком сборов…

Как то совершено незаметно всё закончилось. Вроде бы оставался ещё один день, но было понятно, что пора собирать чемоданы, покупать всё в дорогу, паковать всё это, распихивать… И от этого было очень грустно.

В последний раз сходили на пляж. Но погода нам решила устроить пакость – начал накрапывать противный мелкий дождичек. Пришлось возвращаться в номер и с тоской взирать на привычные уже окрестности с балкона.

После обеда решили пойти за покупками. Было решено купить фруктов, вина и всякой мелочёвки в дорогу. Придя на рынок, мы немного растерялись… Оказалось, что купить надо много – для друзей, для родственников, для знакомых, для что-то заказавших, для себя, в конце концов. И не только вина, а ещё и коньяка, и не по одной бутылке. Произведя в уме нехитрые математические вычисления, я поняла, что мне это ни за что не дотащить. Учитывая то, что приезжали мы в будний день, найти кого-то с машиной практически не представлялось возможным. Поэтому, буквально со слезами на глазах, были куплены всего три бутылки вина… Витя купил чуть больше. Но тоже – с неимоверной мУкой на лице.

Это было ужасно… Вот она – выставка орудий инквизиции… рядами стоят мучители… мускаты-коньяки-кагоры… переливаются красными своими боками… издеваютсяяяяааааааа… Жуть!

Вечером запихивали всё это по сумкам-чемоданам.

В последний раз сходили на ужин… Витя расчувствовался и накатал в «Книгу отзывов» длиннющую благодарность.

В последний раз посетили интернет-кафе, потерзали тормознущие компьютеры.

Вечером, когда совсем стемнело, в последний раз пошли прокатиться на каруселях.

Эх, хоть и надоела нам эта дуделка карусельная, которая трубила под нашими окнами каждый вечер, но так было жалко с ней расставаться!..

Было столько ещё не сделано… Так и не выбрались в Кара-Дагские бухты, не съездили на морскую рыбалку, в Судак, не поднялись ещё на один «пригорочек»… Как всегда, не хватило каких-то трёх лишних дней…

Последний рывок.

Утром встали рано. По правилам пансионата нам надо было выселиться до 8 утра. Всё собрали, убрали, вышли на улицу… А там, как назло, такая погодка – просто прелесть! Солнышко, голубое небо, птички пищат, бабочки крылышками бяк-бяк… А нам… хочешь-не хочешь – бяк-бяк на вокзал. Медленно и печально мы поплелись к выходу из пансионата. Навстречу шли люди с сумками. Мы мрачно провожали их взглядом – заааавидно было! Последний взгляд на набережную… До свидания, море! До свидания, пляж! Прощайте навеки киоски с тапками (чтоб вас сравняло с землёй)! Счастливо оставаться дяденьке – обменщику денег, с которым мы регулярно общались! Шашлычёночки, кукуруза, мороженое – не поминайте лихом! Прошли мимо нашего корпуса – последний взгляд на балкон – не остались ли сушиться какие-нибудь полотенца? Эх… не остались… Потом – мимо аттракционов – весело тут было… одна «дуделка» чего стоила! Мимо столовой: до свидания краплёным ножам, официанткам, «кондитерским изделиям в ассортименте», вечно падающему из рук мылу в умывальнике!..

И последний взгляд на Кара-Даг – щемящее чувство где-то в груди, и глаза отчего-то защипало… Это так… ничего – просто солнце слишком слепящее…

Такси поймали без проблем – Витя буквально отошёл на две минуты и вернулся уже с машиной. Последний взгляд назад – и всё, до свидания, Коктебель!

До Феодосии домчались быстро. Поезд наш отходил только вечером, поэтому у нас был целый день впереди. Решили просто побродить по городу, сходить в музей и картинную галерею.

Быстренько сдали вещи в камеру хранения и налегке отправились на прогулку.

Витя опять жаждал приобщения к прекрасному. Ему очень хотелось пойти в картинную галерею, посмотреть на работы Айвазовского. Мне, в общем-то, тоже, так как пора было уже тряхнуть стариной – припомнить, чему нас там обучали в художественной школе. Так сказать, блеснуть знанием живописи, оценить буйство красок, точность мазка и всё такое.

Первая же тётенька, у которой мы спросили, как пройти к галерее, указала нам дорогу. Оказалось, что это совсем близко, и мы, радостные, резво поскакали вперёд. Но какое разочарование нас жало!!! Меня-то ладно, но на Витю жалко было смотреть… Бедный маленький мальчик, у которого злые дяди – музейные надсмотрщики – отобрали конфетку. На дверях висел скромный белый листочек с надписью: «Выходной – среда». Витя никак не мог смириться с тем, что галерея закрыта. Совсем, окончательно и бесповоротно. Он ещё какое-то время тщетно разговаривал с дверью, пытаясь задавать ей какие-то вопросы типа «Почему???», «Отчего???» и всё такое прочее. Но дверь нагло молчала, а я поняла, что его надо срочно уводить. Иначе он сойдётся с дверью один на один.

С горя зашли в музей Грина. Но это было уже не то, совсем не то… Вместо того, чтоб тщательно изучать экспонаты, мы рассуждали о том, что «…хорошо бы вот такие канаты повесить дома, для лазания по ним кошек». Единственное, что мне понравилось, это оригиналы писем Грина. Какой же каллиграфический был тогда у людей почерк! Загляденье просто!

После духовного обогащения захотелось покушать… И отправились мы на поиски приличного заведения. И как назло ничего приличного не попадалось. Вернее, кафешек было полно, но то было всё слишком вычурно, то цены очень высокие, то слишком солнечная терраса, то скатерти не того цвета… Одним словом, когда мы вдруг совершенно случайно увидели на бетонной стене дома вывеску «Блинная» со стрелкой, показывающей куда-то за угол, мы одновременно интуитивно поняли – это ОНО! Рванули за угол, а там… в окне вывеска «Закрыто». Да что это такое – и здесь нам не повезло! Витя отправился на разведку. Зашёл, и вдруг смотрю – его рука поворачивает табличку на «Открыто». Ничего себе, думаю! Неужели самым наглым образом уговорил хозяев ради нас открыть заведение??? Оказалось, что они просто забыли про эту табличку, а в кафе уже обедало несколько человек.

Люди! Если вам когда-нибудь доведётся остановиться в Феодосии, настоятельно советую это место для обогащения своего организма продуктами питания! Тихо, мило, скромно, ЧИСТО (!!!) и, главное, – очень вкусно!!! ВНИМАНИЕ!!! НА ГОЛОДНЫЙ ЖЕЛУДОК НЕ ЧИТАТЬ!!! Блинчики со всевозможными начинками: с мясом, рисом, печёнкой, яйцом, сосисками, творогом, изюмом, орехами, с подливками в виде сметаны, сгущёнки и чего-то там ещё, уже не помню. Пекутся прямо при вас. Одним словом блины – ум отъешь! А цены-то просто смехотворные, примерно по 3 рубля за блинчик. Мы просто объелись. Мне – так вообще было плохо от обжорства! Позавтракав примерно на 60 рублей ЗА ДВОИХ, еле передвигая ноги, выползли из кафе, решив вернуться туда к обеду.

Потом сидели на набережной, лопали шашлычёночки, кукурузу и пили минералку. Вернулись в кафе пообедать – отменный борщец и котлетки! Потом просто гуляли. И так – до самого поезда.

Когда наконец-то подъехал наш поезд, стало совсем грустно. Неожиданно увидели проводника, который нам радостно рассказывал про отсутствие в вагоне кипятка. Поприветствовали, как родного.

У нас были очень неудобные билеты – в разных купе и на верхних полках. Надежды, на то, что кто-то согласиться поменяться местами, почти не было. Так и оказалось. В Витином купе ехала семейная пара с девочкой лет 10, а в моём – две тётечки: одна пенсионерка, другая чуть помоложе. Пришлось смириться с обстоятельствами…

Но нам повезло – Витя быстренько сдружился со своими соседями по купе, которые всю последующую дорогу активно нас кормили-поили и составляли компанию в разговорах.

Мои же бабульки оказались не так просты, как я о них подумала сначала. Полёживая на верхней полке, я невольно прислушивалась к их разговору. И узнала много интересного. Оказывается, одна из них была вхожа чуть ли не во все писательские дома, не говоря уже о дачах. Фамилий дама не называла или я их пропустила, пока спала. Сын у неё, оказывается, имеет шикарный загородный дом с прислугой, садовником и всё такое… Когда я рассказала об этом в Витином купе, мне посоветовали срочно вернуться и познакомиться с этой бабушкой поближе. Дальше – больше. Проснувшись ближе к вечеру, начала было слезать с полки и… чуть не упала. Бабуля сидела за столом и с аппетитом, так, что за ушами трещало, ела… чёрную икру алюминиевой столовой ложкой… Впервые в жизни я засомневалась – в своём ли я уме, собственно? Доев икру, она, как ни в чём не бывало, вытерла ложку о салфетку и продолжила разговор с собеседницей. Лица собеседницы мне увидеть не довелось, а жаль…

Вот так, с особами голубых кровей в купе, я и ехала до самой Москвы.

Москва встретила нас насупившись – холод, дождь и штормовое предупреждение. Ещё в Коктебеле договорились с Витиным приятелем, чтобы он нас встретил. Ох, как же мы пожалели, что купили так мало вина! Что за воспаление мозга на нас напало, но почему мы не докупили заветных бутылок уже будучи в Феодосии, для нас до сих пор остаётся неразрешимой загадкой…

Всё. Конец отпуска. Грязная слякотная Москва, мгновенно потёкший нос, ветровки, ботинки, брюки, спешка, людской водоворот, работа, заботы – опять всё вернулось на круги своя… Даже и не верится, что где-то там есть тёплое море, солнце, реки вина и горы… горы… горы.

И только поздно ночью, спустя пару дней, вышла на балкон. И вдруг увидела Марс – такой же большой и яркий, как в Коктебеле. Надо же – оказывается, в Москве он тоже иногда виден…

Сентябрь-октябрь 2003 г. Москва.

Москва – Крым – Москва

28 августа 2003 г.
Москва

Лирическо-ностальгическое вступление

Наконец, мне удалось осуществить мечту, которую я лелеял долгое время и пронес через все американские годы. Я снова побывал в волшебном уголке планеты – в Коктебеле, или Планерском, как он одно время назывался. Я влюбился в этот курортный поселок с первого взгляда, когда меня, девятилетнего мальчишку, привезла туда на отдых мама в далеком 1979 году. После двухнедельного заезда в пансионат эстафету принял папа, и мы с ним еще на два месяца сняли домик в частном секторе.

С тех пор я там бывал еще дважды – в 1987 и 1990 годах, каждый раз с папой и братом Аликом неизменно останавливаясь в пансионате «Голубой залив», куда мама покупала путевки, работая в ГИПРОМЕЗе. Тридцать метров до пляжа, бездонной синевы прозрачная вода Черного моря с венчающими ее галечными пляжами, нависающий над всей этой идиллией удивительный и величественный Кара-Даг с его фантастическими красотами, дарящее бронзовый загар южное солнце – хотелось вновь окунуться во все эти далекие, с ностальгической ноткой, впечатления…

Проблема, с которой я столкнулся, была сколь неожиданной, столь же и нелепой: мне не с кем было ехать! Все мои друзья, подруги, приятели и приятельницы, да и просто знакомые дружно меня обломали по тем или иным причинам, и я остался перед нелегким выбором: сесть одной задницей на два стула или посадить на соседний стул первого попавшегося человека. Одноместных номеров в пансионате к моменту бронирования путевки уже не оставалось, подселение там не практикуется, а платить двойную цену за двухместный номер меня душила жаба. Тем не менее, я был одержим идеей отдохнуть в «Голубом заливе», и мне оставалось найти человека, который смог бы моментально и без лишних вопросов решиться поехать со мной, оплатив собственную путевку, билеты и пребывание. А если бы этот человек оказался мне еще и интересен, то было бы просто замечательно!

Судьба смилостивилась надо мной и «подарила» мне Ирину, откопавшую меня в необъятной паутине интернета. Пообщавшись с ней пару дней виртуально и убедившись в ее вменяемости, адекватности, схожих с моими интересах и наличии чувства юмора, я, ни секунды не сомневаясь в своем выборе, предложил ей поехать в Крым. На мое удивление она согласилась без раздумий. Та еще авантюристка! Прямо как я!

Через несколько дней мы договорились встретиться на предмет покупки билетов и путевок. Вот прямо так сразу – знакомство и сразу на юг! И хотя фотографий Ирина мне прислала массу, при личной встрече все могло быть не совсем так.

Без ложной скромности должен заметить, что я интуитивно неплохо разбираюсь в людях. И одного взгляда на Ирину живьем мне было достаточно, чтобы про себя подумать: «Ну, вляпался…». Причем это «понимание» было на уровне интуиции и подсознания, поскольку рационального объяснения, что же именно меня так в ней оттолкнуло, я найти не мог. Ощущалась некая психологическая несовместимость что ли… Единственное, что я отметил – она совершенно не мой тип женщины. То есть абсолютно! Однако, забегая вперед, скажу, что во всем остальном мне со спутницей повезло: Ира оказалась превосходным собеседником и в целом очень интересным человеком, неординарной и яркой личностью, несмотря на наличие весьма причудливых тараканов в голове, каких и положено иметь по-настоящему творческой личности…

Как ни странно, билеты до Феодосии удалось взять абсолютно без проблем, причем в одном купе и даже с одной нижней полкой. Именно с одной, а не с двумя – в силу чего железнодорожные кассирши на меня смотрят, как на диковинку, ибо я всегда прошу для себя верхнее место.

После вокзала наш путь лежал в турагенство «Роза ветров», где мы выкупили заранее забронированную мной путевку. Теперь оставалось только ждать заветной даты 14 августа.

И вот этот день настал!


День 1. Четверг, 14 августа.

Поезд с Киевского вокзала отходил в 9:00. Все вещи были мной уложены накануне – осталось только схватить чемодан, накинуть на плечи рюкзак – и в путь! Однако желания с таким чемоданом переться на автобус, а потом в метро, у меня не было. Поймав машину, я дал указание водителю мчать на Киевский вокзал. «Попробуем», – ответил он тоном, не вселявшим абсолютно никакой уверенности.

У метро «Войковская» мы попали в пробку. В это время у таксиста зазвонил телефон, и он неожиданно принял заказ на доставку машины в район «Водного стадиона». Извинившись, он высадил меня у «Войковской». Так я нахаляву доехал до метро, на котором в час пик добираться до вокзала было хоть и не так комфортно, все же значительно быстрее, чем на машине.

Около вагона меня уже ждала Ира. Купив в киоске пару бутылок воды, мы погрузились в поезд. Номер нашего вагона – тринадцатый – с самого начала наводил на мрачные мысли и предчувствия. Подтвердились они, когда мы попросили у проводника чай.

– Понимаете, какое дело… в каждом вагоне есть свои плюсы и минусы, – начал он очень издалека, но в переводе на русский язык это могло означать только то, что чая нет и не будет. – К сожалению, у нас в вагоне сломался титан, но зато… – проводник многозначительно поднял вверх указательный палец и сделал изумительную паузу, в которую явно напрашивалась барабанная дробь, – зато у нас работает кондиционер!

«Интересно, а бывает так, чтобы одновременно в вагоне работали и титан, и кондиционер?» – пришла мне в голову мысль, которая потрясла меня своим новаторством. Чуть позже выяснилось, что радио в вагоне тоже приказало долго жить.

На стене внутри вагона висели «права и обязанности», в которых четко говорилось, что проводник обязан предоставить пассажирам горячий чай или кофе, а также широкий ассортимент кондитерских изделий. Очень напрашивался невинный, но с жестокой подковыркой вопрос проводнику: «А скажите, товарищ проводник, какие кондитерские изделия сегодня присутствуют в вашем широчайшем ассортименте?»

Кондиционер действительно работал здорово всю дорогу и оказался очень кстати. Не успели мы отъехать от дождливой Москвы и двух сотен километров, как в окно робко начало заглядывать солнышко, словно оповещая нас о том, что пора забыть о серых буднях и начинать вкушать заслуженный отпуск. В районе Тулы тучи рассеялись почти полностью, и ясное небо сопровождало нас до самой Феодосии.

Приблизительно половину пути поезд ехал по России, и последней станцией на ее территории был Белгород. На 10 минут раньше нас этот город покинул поезд Москва-Симферополь под звуки марша «Прощание славянки». Со всеми почестями, как полагается!

Около восьми часов вечера мы пересекли государственную незалэжную самостийную границу и попали в первый пункт на украинской земле – Казачья Лопань. Время – на час назад. В течение 40-минутной стоянки по вагонам шастали украинские пограничники. К этому моменту пассажиры должны были заполнить таможенную декларацию, которую пограничники усердно штамповали. Завершив эту нехитрую процедуру, нас благополучно, без лишних вопросов отправили дальше. Примечательно, что для въезда в Украину россиянам не нужны ни виза, ни даже заграничный паспорт. Обычного внутреннего российского паспорта достаточно.

Следующим развлечением для нас стал кроссворд в «Аргументах и фактах», на который мы набросились всем купе.

– Слово из четырех букв… Морской обитатель, чье мясо содержит много веществ, повышающих мужскую потенцию.

– Краб?

– Подходит!

– Надо как-то проверить.

– Сейчас проверим…

Через секунду до нас вдруг дошел глубинный смысл последней реплики, и вздрогнул наш вагон от хохота, ибо я был единственным лицом мужского пола в купе, а взгляды вокруг меня выражали лишь одно: «Ну, старик, не подведи!» Или мне это показалось?

На всех станциях сновали бабульки и молодежь, предлагавшие всевозможные угощения – от семечек до вареной картошки и малосольных огурчиков и от лимонада до пива. Особенно порадовала женщина, бегавшая по перрону в Харькове со словами «окорочка жареные девочки», произнося это на одном дыхании, абсолютно без знаков препинания. Где запятую-то ставить? Казнить нельзя помиловать. При этом обращение «девочки» адресовалось в том числе и мне, а в руках она держала палку колбасы и две сушеные рыбины. Окорочка жареные девочки…

За окном окончательно стемнело, и пришла пора стелить постели. Если само постельное белье было довольно сносным, то одеяла, судя по количеству пыли на них, помнили еще перхоть воинов времен Екатерины. Любое неосторожное обращение с этими предметами приводило к настоящему снегопаду в купе, и под слоем пыли и бог весть чего еще оказывалось все, находившееся в тот момент ниже уровня оделяла.


День 2. Пятница, 15 августа.

Проснулся я, когда поезд уже ехал по территории Крыма. По вагонам ходили люди и меняли рубли и доллары на гривны. Курс – 167 гривен за тысячу рублей. Здесь же я распрощался с первой штукой рублей и впервые в жизни прикоснулся к украинской гривне.

Следующая большая остановка – Джанкой. Здесь на перроне уже предлагали жилье у моря и такси в любую точку Крыма, а деньги меняли по курсу 173 гривны за тысячу рублей. Но меняла не внушил доверия, и я решил повременить с обменом остальных кровно заработанных. Зато меня, как последнего лоха, развела то ли на 600, то ли на 1600 рублей старая цыганка, причем я еще легко отделался, не расставшись по крайней мере со своим кошельком. За такую дерзость с моей стороны она щедро нажелала мне всяких сглазов, порч, а также импотенцию. Но нет, неведомы были старой карге чудодейственные силы крабьего мяса!

Из Джанкоя электрифицированная железнодорожная ветка ушла на Симферополь, а мы, прицепив дизельный тепловоз, тронулись к восточному побережью Крыма. Распространители прессы в поезде предложили информационную брошюру «всё о Крыме». В ней содержалась информация о ценах на проживание, питание, проезд и… секс-услуги в разных точках Крыма. Меня же интересовало, прежде всего, транспортное сообщение между Феодосией и Коктебелем. Самый удобный способ – теплоходом, ибо поезд прибывает практически на набережную. Брошюра сообщила нам, что теплоход отходит в 13:00. Моментально был составлен дальнейший план действий: приезжаем на вокзал в десять, сдаем вещи в камеру хранения и три часа свободного времени используем по своему усмотрению.

И вот мы прибыли на вокзал Феодосии! В трех шагах – Черное море с наслаждающимися палящим и греющим телеса солнечным светом загорающими отдыхающими. Все шло строго по плану до той минуты, когда мы собрались брать билеты на теплоход. Здесь нас постигло первое разочарование: рейсовые теплоходы из Феодосии давно не ходят, только экскурсионные. В час дня действительно был экскурсионный теплоход до Коктебеля, но стоил он по 27 гривен на каждого. Маршрутка за полторы гривны выглядела куда более соблазнительно, но в итоге мы взяли такси и сторговались на 30-ти гривнах за двоих.

Восхитительная погода особенно согревала душу и тело после дождливой и холодной Москвы. Мы окончательно убедились в нашем невероятном везении, когда таксист сообщил нам, что это первый погожий день за очень долгое время, и буквально накануне здесь было дождливо и холодно.

Что еще удивило в Феодосии – машины пропускают пешеходов! Как в Литве. Как в Европе. Как в Лос-Анджелесе. На мои восхищения таксист поведал историю, что когда-то здесь тоже никого никогда никуда не пропускали, но в какой-то момент городское правительство решило с этим бороться. На каждый перекресток было поставлено по три мента, которые нещадно штрафовали каждого, кто кого-то куда-то не пускал, и за три месяца проблема была решена: ментов давно уже не видать, но условный рефлекс закрепился прочно, и феодосийским пешеходам можно теперь не бояться автомобилей.

Езды от Феодосии до Коктебеля – менее получаса. Изумительный пейзаж в основном состоял из виноградников, раскинувшихся бесконечными цепями на холмах и низинах по обе стороны дороги. И вот после очередного поворота дороги, как из-под земли, вынырнул хребет Кара-Дага! Сердце учащенно забилось в груди. Чем ближе, тем сильнее. Я смотрел на эти горы и не верил, что я снова здесь, что я опять вижу эту красоту своими глазами! Я не мог поверить, что это не сон – в течение двенадцати долгих лет мне снилось Планерское, снилось Черное море, снился Кара-Даг, и вот я снова здесь, собственной персоной, через пять минут ступлю на эту сказочную землю! Винный завод «Коктебель»… Поворот на Орджоникидзе… Поворот на Тихую бухту… Стела поселка Коктебель… Улица Ленина… Турбаза «Приморье»… Пансионат «Голубой залив»… Приехали!

Пансионат "Голубой залив", корпус №2Уверенным шагом, как к себе домой, зашел я в корпус №2. Регистратура все та же, ничуть не изменившаяся с 1979 года. Любезная администраторша быстро оформила наше заселение, и вот мы в номере 343 в том же втором корпусе. Светлые обои, импортный холодильник, лоджия, два полотенца. Ванная выглядела совершенно «убитой», не запиралась, но наличие как горячей, так и холодной воды, несомненно, радовало.

Замок в ванной комнатеОднако радость оказалась преждевременной. После принятия мной душа пол оказался покрыт сантиметровым слоем воды, образуя самое настоящее болото. Я этого безобразия допустить не мог и пошел к администратору качать права. Нас переселили на номер выше, где все было то же самое, кроме ванной, которая оказалась еще более «убитой», с осыпавшейся от малейшего прикосновения кафельной плиткой, но зато она не текла так сильно. Для Иры же особенно было важно, чтобы дверь в ванную запиралась – видимо, я произвел на нее стойкое впечатление маньяка, питающегося исключительно крабьим мясом. Запираемость ванной она и решила проверить первым делом, но через секунду из заведения донесся ее истерический хохот. Я уж было испугался за здоровье своей сподвижницы, но оказавшись в ванне, последовал ее примеру. И впрямь, было от чего прийти в восторг: щеколда и отверстие для нее находились на разных уровнях! Вот это по-нашему, вот это по-советски!

Вид из окна нашего номераВ целом, пансионат (по крайней мере, корпус №2) произвел впечатление полной разрухи: сантехника течет, половина ламп не горит, двери не запираются. Опоры для занавесок в ванных выдраны с мясом из стены, кафельная плитка отслаивается. Черно-белые допотопные телевизоры 1970-х годов на этажах если и работают, то на последнем издыхании. Исключение составляют выходящие на море номера «люкс» с евроремонтом, где ничего не течет, есть цветной телевизор, холодильник, электрочайник и даже кондиционер! В остальном же можно подумать, что второй корпус уже начали сносить, но в последний момент передумали и решили оставить все как есть, не потрудившись залатать уже сделанные дыры. Особенно убого это смотрелось по контрасту с новыми роскошными корпусами соседствующей с пансионатом турбазы «Приморье».

Вид на Кара-Даг с пансионатского пляжаСобственный пляж пансионата, как и раньше, оказался очень чистым и ухоженным, с кабинками для переодевания и навесами для любителей тени, а теперь даже с модными пластиковыми лежаками. Здесь же отдельной огороженной полоской разместилась площадка с теннисными и бильярдными столами – искупавшись и позагорав, можно не отходя от кассы погонять шары кием или ракеткой – кому что более по вкусу.

Но особенно хочется отметить пансионатскую столовую и качество еды. Я много кошмарных историй слышал о питании в домах отдыха и пансионатах, да и воспоминания 13-летней давности еще не стерлись из памяти. Тогда мы ходили вечно голодные, ибо кухня была довольно скудной, однообразной и отнюдь не блистала качеством продукции. Как разительно все изменилось за эти годы! Ведь путь к сердцу мужчины лежит, в том числе, и через желудок. Так вот, «Голубой залив» мое сердце прочно завоевал – и даже текущие трубы и неработающий телевизор уже не казались таким непроходимым кошмаром. Завтрак состоял из нескольких блюд: закуска на выбор (салат или творог со сметаной или что-то подобное), горячее на выбор (мясо или рыба с гарниром, омлет, запеканка), каша (манная, овсяная, рисовая), чай или кофе или какао, а также булочка. На обед – закуска в виде овощного салата, суп на выбор (мясной, овощной или молочный), горячее на выбор из трех возможных блюд, одно из которых обязательно вегетарианское, компот. К обеду также подавались свежая зелень и очищенный чеснок, а к мясным блюдам на столе неизменно появлялся кетчуп. На ужин пансионат баловал своих посетителей крымским сухим вином (детям – сок), закуской, горячим блюдом на выбор с гарниром, чаем, кондитерским изделием (булочка, пирожное или зефир) и свежими фруктами (персики, яблоки или виноград в изобилии). Остаться голодным не представлялось возможным даже при очень большом желании, ибо кормили действительно как на убой. Довершали картину симпатичные и услужливые официанточки в коротких юбчонках и гармонирующих голубых передничках, готовые по малейшему намеку исполнить любой каприз посетителя. Или почти любой.

Сам Коктебель тоже изменился очень сильно за последние тринадцать лет, что не удивительно. Сразу бросилось в глаза огромное количество народу, снующее в основном по набережной. Этому способствовала масса развлечений, которых раньше не было. Здесь и мини-аквапарк для детей, и городок аттракционов, и бесконечные ряды палаток, в которых можно купить абсолютно всё, и стильно оформленные рестораны и кафе на любой вкус: русская, украинская, кавказская, азиатская, восточная кухни щедро представлены отдыхающим. Сами рестораны тоже развлекают посетителей каждый на свой лад: в одних – дискотеки, в других – стриптиз-шоу, в третьих – живая поп- или рок-музыка, в четвертых – караоке. Вечерами вся эта какофония звуков, наложенная на грохот аттракционов, шум прибоя и гудки теплоходов, создает удивительную курортную симфонию, внушающую состояние бесконечного блаженства, когда все мирские проблемы отходят на задний план и хочется просто наслаждаться этой гармонией, любуясь на прячущееся за хребтами Кара-Дага солнце и зияющей бесконечностью убегающее за горизонт Черное море.

Кто-то скажет, что Коктебель сегодня стал напоминать большой муравейник, и будет совершенно прав. Когда-то здесь было спокойнее, меньше застроек, больше свободного места, меньше суеты. Но ведь кому-то нравятся пустынные пляжи и одинокий домик у моря в полном отдалении. А мне больше по душе именно такие «муравейники», где жизнь кипит, где на каждом шагу что-то новое, интересное, неожиданное. Однако, даже несмотря на такую огромную массу народа, вода в море по-прежнему чистая, а на пансионатском пляже всегда можно найти свободное место.

Во второй половине дня мы решили прогуляться по поселку. Свободного пространства действительно стало меньше – оно теперь занято либо коммерческими киосками и магазинами, либо частными коттеджами. Моей любимой круглой клумбы больше не существует – на ее месте выстроен особнячок. Рынок тоже передвинут в другое место, но зато теперь располагается по обе стороны улицы Ленина. С одной стороны – овощи и фрукты, с другой – вино рекой, копченая и соленая рыба и всякие местные вкусности. Цены на рынке можно было разглядеть лишь в микроскоп – шутка ли, дыни по 1 гривне (6 рублей, или 20 центов) за килограмм, арбузы – 60 местных копеек за килограмм. Отменное крымское вино (в частности, Белый мускат красного камня) – по 10-15 гривен за пол-литровую бутылку, а разливное – по такой же цене, но уже за литр! Впрочем, разливное я не рискнул покупать, боясь наткнуться на подделку.

Тортики на любой вкус!На причале и на набережной, начиная с пяти часов вечера, местные кулинарные умелицы продают собственную выпечку. Здесь торты совершено на любой вкус: с медом, орехами, фруктами, сгущенкой – фантазии нет предела!

Окончив обход окрестностей, мы обнаружили, что привезенные с собой шлепанцы не вполне комфортно сидят на ноге: мои «вьетнамки» постоянно спадали и просто раздражали ногу, а Ира так вообще стерла себе ступни до крови. В ближайшем киоске мы купили по паре новых шлепанцев – Ира приобрела невероятно крутые и дорогие, а я взял массажные, с шипами – тоже, видимо, от большого ума. Дойдя до столовой, я понял, что до йоги я еще не дорос, и мне проще ходить босиком по горячему асфальту, да и Ира только усугубила свое положение. Да, с тапками просто беда…

Чуть позже мы отправились в плавание на теплоходе вдоль Кара-Дага. Поездка оказалась тратой времени, поскольку плыли мы на расстояние не менее 200 метров до гор, и солнце слепило в глаза так сильно, что практически ничего разглядеть нам так и не удалось.


День 3. Суббота, 16 августа

8:00 утра. Жарко. Больше не спится. На улице играет музыка – первые рестораны открываются на завтрак. Пока Ира не проснулась, я решил выйти проведать пляж, а заодно занять на нем место.

Пляж в этот ранний час был практически пуст. На море абсолютный штиль, вода такая прозрачная, что видны мальки даже в удалении от берега. Тянуло искупаться, но я по глупости своей оставил плавки в номере, а возвращаться обратно было лень. Вода на ощупь градуса 23. Зашел по колено в воду, вздохнул с сожалением и вылез обратно. Оставил большое полотенце, приложил его камнями и вернулся обратно в номер.

После завтрака мы купили очередную партию шлепанцев, и на этот раз, слава всевышнему, не прогадали – самое простое и дешевое решение оказалось наиболее удачным!

Сегодня же состоялся и наш первый поход на пляж. Удивило достаточное количество свободного места – можно было даже не занимать заранее. Немного позагорав, я решил наконец-то ощутить на теле живительную прохладу Черного моря. Однако галечный пляж – не для слабоногих, и к концу заезда я, наверное, мог бы уже ходить по раскаленным углям и прыгать на гвоздях. Но поначалу с непривычки до самой воды приходилось идти в шлепанцах, а там их снимать и быстро-быстро нырять.

Тем не менее, ни за что не променял бы гальку на песок. Во-первых, даже при волнении вода остается чистой и прозрачной и не приходится после купания выплевывать горы песка. А во-вторых, не нужно в течение всего дня вытряхивать песок из всех закоулков тела.

На контрасте с тихоокеанской водой черноморскую я сразу окрестил малосольной. Приятный нюанс, который позволяет нырять даже с открытыми глазами. Здесь же предлагались всевозможные водные развлечения: прокат катамаранов, катеров и водных мотоциклов, полет на параплане и даже ныряние с аквалангом.

По пляжу толпами ходили торговцы и предлагали отдыхающим широчайший ассортимент продуктов питания. Не выходя с пляжа, а лишь чуть-чуть приподняв голову и лениво вытащив из кармана гривну или две, можно было отведать семечек, орехов, горячей кукурузы с солью, пива, копченой рыбы, креветок, вареных раков, жареных и копченых мидий, воблы, малины, ежевики и клубники со взбитыми сливками. Когда торговцами торжественно провозглашались «шашлыки из мидий», я тщетно пытался себе представить эту картину. Шашлык в моем понимании – это большие куски мяса, нанизанные на шампур. Может, у них тут гигантские мидии-мутанты? Все оказалось намного прозаичнее: десятка полтора обычных маленьких мидий были нанизаны на деревянную палочку. Шашлыком назвать это язык не поворачивался, поэтому я ввел в обиход неологизм, прозвав этот кулинарный шедевр шашлычёночком. Кстати, на вкус шашлычёночек оказался отменный – пять таких порций можно было уплести за один присест, не испытывая при этом никаких угрызений совести. А продавщица, у которой мы чуть позже купили пачку семечек, пожелала нам «приятного щелканья». Оригинально!

Скала "Коготь Сатаны"Во второй половине дня мы предприняли вторую мини-вылазку из Коктебеля, но уже на маленьком катере отправившись на морскую экскурсию вдоль Кара-Дага. Вот это было то, что нужно! С тех пор, как осенью 1979 года Кара-Даг стал заповедником, туда был запрещен не только пеший вход, но и приближение к скалам по морю. Сегодня официально Кара-Даг все еще остается заповедником, но неофициально он приобрел статус национального парка, куда разрешен доступ организованной экскурсией. Наверное, не хватит никаких слов и даже фотографий, чтобы описать ощущение, которое испытываешь, когда видишь останки древнего потухшего вулкана с расстояния считанных метров. 150 миллионов лет назад здесь царствовала стихия, подводный вулкан бил из нескольких кратеров, закладывая основания этих причудливых скал. Видимо, наши предки были очень пессимистичным народом, судя по тому, что многие названия имеют то или иное отношение к дьяволу: чертов палец, коготь сатаны, черти, играющие в карты, мертвый город, чертов камин, ворота дьявола (более известные как Золотые ворота). Все это придает Кара-Дагу некий зловещий облик, но он, тем не менее, не перестает удивлять своим величием и красотой. Даже не являясь особо высоким – покрытая лесом гора Святая возвышается всего на 577 метров над уровнем моря, – своими необычными формами и структурой этот горный массив даст сто очков вперед любой заоблачной вершине.

Грот "Ревущий"Катерок прошел вдоль всего массива, мимо Лягушачьей и Сердоликовых бухт, с заходом в грот Ревущий, мимо грота Молодоженов, прошел в пугающей близости от Скалы-маяка и Скалы-паруса и завершил свой поход в Львиной бухте проходом через Золотые ворота и 15-минутной остановкой, чтобы желающие могли искупаться прямо с катера рядом с этой удивительной аркой, созданной природой. Все это сопровождалось вдохновенным рассказом экскурсовода о Кара-Даге и его истории.


День 4. Воскресенье, 17 августа

На часах 7:30 утра, и у меня снова ни в одном глазу. В этот раз я на пляж захватил плавки и шлепанцы и нырнул в абсолютно спокойную воду. Двадцать метров туда, двадцать обратно, неспешно на спинке вдоль берега, народу практически никого – день начался прекрасно!

Однако после завтрака набежали тучи и пошел теплый дождик. Впрочем, продолжался он недолго, и после обеда мы все же выбрались на пляж.

В столовой за нашим столом сменились соседи. Нашим новым сотрапезником оказался очень странный субъект, который, по-видимому, отчаянно искал общения. Правда, делал он это весьма необычным способом – постоянно что-то бубнил себе под нос, а потом уставился на нас совершенно безумными глазами и полуоткрытым ртом, видимо, в ожидании ответа. Не сговариваясь, мы с Ирой прозвали его маньяком. С этого дня каждую трапезу мы стремились закончить в максимально короткий срок, лишь бы не пересечься с ним за столом или хотя бы сократить время этого самого пересечения до минимума.

Базальтовая арка "Золотые ворота"Вечером, в 21:00 теплоход «Юрий Гарнаев» собрал всех желающих на дискотеку и отчалил на три часа в открытое море. Мы с Ирой заранее купили билеты на это мероприятие, но в последний момент умудрились разругаться, и на дискотеку я поехал один.

Теплоход был действительно роскошным! На первом этаже этого двухпалубного красавца располагался салон в стиле люкс с комфортабельными откидывающимися креслами. Второй этаж занимали бар-ресторан и танцевальная площадка. Передняя и задняя части судна были открытыми на обеих палубах, представляя собой превосходное место для романтического уединения. В разгар вечера, выйдя подышать свежим воздухом, я долго любовался мириадами звезд, млечным путем и огромным наглым Марсом, светившим в эти дни, как космический маяк. Вся эта небесная россыпь, невидимая среди огней цивилизации, теперь вдруг проявилась со всей отчетливостью вдали от берега, в открытом море, и, казалось, можно было дотянуться рукой и ощутить мягкое прикосновение этого манящего бархата, со всех сторон окутавшего теплую южную ночь.

Скала-левНа дискотеке я познакомился с наидушевнейшей компанией из Белгорода. Молодая супружеская пара и дядя молодой жены со своей супругой и ребенком оказались превосходными собеседниками и просто веселыми людьми без комплексов. Ребенок на протяжении всего вечера хвастался передо мной своей жвачкой, убеждая меня в превосходстве ее вкусовых качеств над вкусовыми качествами моей. Когда я свою жвачку все же выплюнул, это не осталось без внимания малыша: «Что, все-таки невкусная оказалась?»

Быстро «раздавив» бутыль крымского портвейна, мы вылезли на танцпол с целью подергать всевозможными конечностями. Единственным человеком из белгородской компании, которого я на следующий день был в состоянии вспомнить по имени, оказалась Оля – прекрасная половина молодой пары, чертовски привлекательная блондинка с густыми вьющимися волосами до плеч. Белые обтягивающие джинсы и легкий черный топик органично дополняли картину, выгодно подчеркивая ее сексапильную фигурку.

На первый же медленный танец она меня пригласила танцевать, немало тем самым удивив.

– А меня твой муж не зарежет часом? – попытался я снять все вопросы сразу.

– Да нет, что ты, у нас совершенно свободные отношения! – радостно провозгласила моя партнерша.

– То есть, можешь танцевать, с кем хочешь?

– И не только танцевать, – многозначительно и очень многообещающе заверила меня Оля и, словно в подтверждение своих слов, прижалась ко мне, запустив руку глубоко в рукав моей рубашки.

– Ну надо же… – только и смог я из себя выдавить, опасаясь, как бы сердце не выпрыгнуло из груди, а шаловливые гормоны не выдали моего состояния.

– Эх ты! А я-то думала, что москвичи все без комплексов…

– Конечно, абсолютно без комплексов! – поспешил я спасти свое лицо, а заодно и репутацию Москвы, – я и сам полностью одобряю такие отношения, но впервые встретил девушку, которая их проповедует!

На всякий случай я поспешил перевести разговор в менее скользкое русло.

Протанцевали мы с Олей практически весь вечер, но продолжение этой встрече я решил не давать, несмотря на огромный соблазн – лишние проблемы мне были совершенно ни к чему, тем более на отдыхе.

На берегу мы всей компанией еще около получаса посидели в небольшом восточного типа кафе, после чего тепло попрощались, пожелали друг другу удачи и пошли каждый своей дорогой, чтобы никогда больше не встретиться.


День 5. Понедельник, 18 августа

Мой организм не выдержал перехода на новую диету, обилие фруктов и мускатных вин. День для меня начался с долгосрочного сидячего заточения в заведении с отслаивающимися кафельными плитами и незапирающимся замком. Завтрак оказался очень кстати – яйца вкрутую и рисовая каша.

После завтрака мне малость полегчало, и мы решили предпринять первую самостоятельную вылазку. Целью была выбрана Тихая бухта с заходом на гору Волошина. Там, на самой ее вершине, похоронен писатель Максимиллиан Волошин (отсюда и название горы), долгое время живший и работавший в Коктебеле, где его дом-музей является одной из достопримечательностей поселка.

По дороге мы прошли мимо нудистского пляжа, сплошь заставленного палатками туристов. Однако как я ни вглядывался в его просторы, голыми почему-то были в основном мужики, и взгляд зацепить было решительно не за что и не за кого.

Приблизительно на половине пути стало ясно, что время для похода было выбрано крайне неудачное – беспощадное солнце палило изо всех сил, и захваченных с собой полутора литров воды на двоих оказалось явно недостаточно.

Спуск с горы ВолошинаОднако до вершины горы Волошина мы все же дошли, несмотря на все трудности. Волошин перед смертью завещал похоронить его здесь, под деревом, и украсить могилу камнями с морского дна. Могила действительно выполнена довольно необычно – обрамленная гранитом, она со всех сторон усыпана галькой. А вот дерево, которое еще 13 лет назад зеленело, теперь погибло, уныло выставив засохшие ветви продувающему ветру.

Вид на мыс Хамелеон с горы ВолошинаСпуск до Тихой бухты занял еще полчаса. Когда-то, в 1979-ом году, она представляла собой довольно заброшенное место, визитной карточкой которого были переходящий в мелкую гальку крупный песок, постоянный штиль и чистейшая теплая вода. Волнение и ветра Коктебельского залива блокируются далеко выдающимся в море мысом Хамелеон, названным так за необычное свойство менять свой цвет в течение дня. В 1979 году в Тихой бухте снимался фильм «Пираты XX века», и весь пляж был заставлен декорациями хижин и пальм. Сейчас Тихую бухту облюбовали туристы – вдоль всего побережья разбиты палатки. Впрочем, купающихся оказалось все же на удивление мало, и окунуться в море было одно удовольствие.

Добраться обратно своим ходом сил у нас уже не осталось. От ночной дискотеки мышцы на ногах прилично болели, а после только что проделанного пути ноги вообще отказывались ходить. Поймав такси, через 10 минут мы были уже в пансионатской столовой, как раз успев к обеду.

Тихая Бухта и мыс ХамелеонЕще в Тихой бухте я почувствовал себя неважно. В номере мое предположение подтвердилось, и выскочившие на градуснике 37,6 могли серьезно спутать все наши дальнейшие планы на оставшуюся неделю. Выпив аспирин, запив его смектой и надеясь, что все это лишь временное явление, остаток дня я провалялся в номере, сделав перерыв лишь на ужин. Все это время мы с Ирой развлекали друг друга историями из жизни. Считаю необходимым отдать должное своей спутнице, которая предусмотрительно привезла с собой целую аптечку лекарств на все случаи жизни, чем здорово помогла мне.


День 6. Вторник, 19 августа

Это был день неудачных покупок.

Обрадовавшись нормальной температуре и отличному самочувствию, мы сбегали на рынок и купили дыню. С трудом сдерживая себя от нетерпения, разрезали ее, вгрызлись зубами и… сразу же выплюнули. Совершенно пресная, абсолютно несъедобная. Однако я не намеревался сидеть на месте и решил пойти на рынок и в мягкой форме высказать свой «фи». Ира меня всеми правдами и неправдами пыталась удержать, но мне хотелось просто выразить продавщице все, что я думаю о ней и об ее дынях.

В итоге мы пошли на рынок вместе с Ирой, и я, сделав серьезное лицо, как бы между прочим заметил продавщице, что дыню она мне продала совершенно несъедобную. Что произошло дальше, меня поразило до глубины души. Продавщица меня сразу же вспомнила и, не потребовав никаких доказательств и даже не возразив, с готовностью предложила взамен… целых две дыни! Признаться, мы поначалу опешили. Первой опомнилась Ира, выбрав две самые шикарные на вид дыни с лотка. Впоследствии одна из них оказалась средней паршивости, а вторая – паршивости чуть ниже средней. На том наша дынная эпопея закончилась. Как нам потом поведали, в этом году дыня в Крыму вообще неудачная из-за очень малого количества солнечных дней.

Бог с ней, с дыней, решили мы, пойдем лучше загорать! И захотелось мне вдруг почитать чего-нибудь легкого и ненавязчивого. У входа на пляж книжный лоток предлагал довольно богатый выбор именно такого легкого чтива. Соблазнился я на две книжонки Чейза. Улегся поудобнее и с головой ушел в книгу. Вдруг на 35-ой странице нестыковка! Причина банальна – из книги оказались выдраны три листа! Я попытался обменять ее сразу же, не отходя от кассы, но другой такой же не оказалось. С другой стороны, я уже слишком увлекся этой книгой, чтобы поменять ее на другую, как мне предлагали. Так и остался с «оскопленной» книгой. Как ни странно, от отсутствия этих трех страниц восприятие произведения в целом не пострадало.

После обеда нам приспичило поиграть в бадминтон. Благо, в палатках на набережной продавались наборы для бадминтона, мы решили воспользоваться случаем и, расставшись с 12 гривнами, приобрели две деревянные ракетки и довольно приличный воланчик.

При первом же прикосновении обмотка на ручках обеих ракеток начала стремительно сползать. Попытки вернуть комплект продавцу или просто обменять ни к чему не привели: оказывается, продавать брак здесь считается в порядке вещей, потому так дешево и стоит это все. Впрочем, одолжив изоленту у пансионатского электрика, я устранил эту проблему, и мы направились на спортивную площадку. Однако спортгородок в это время дня еще был закрыт, и для игры мы в итоге выбрали бывшую танцплощадку пансионата. Увы, поиграть нам довелось всего полчаса – при очередном замахе моя ракетка просто рассыпалась на части. Так бесславно пришлось расстаться с идеей вести здоровый образ жизни.


День 7. Среда, 20 августа

Единственным примечательным событием этого дня было посещение пансионатской библиотеки – на удивление всеохватывающей и способной удовлетворить даже самый изысканный читательский вкус. В остальное время мы валялись на пляже, загорали, купались – в общем, занимались простым ничегонеделанием.


День 8. Четверг, 21 августа

Время отпуска перевалило за экватор, и пришла пора встать со своих, пардон, пятых точек и заняться активной деятельностью. Начать мы решили с сегодняшнего дня. Подъем в 6:30 утра.

День не задался с самого начала. Договорившись накануне, что нас в 7 часов покормят завтраком в близлежащем кафе, мы утром нашли там лишь спящую официантку. Зверски разбудив ее в такую рань, мы потребовали обещанный завтрак, который почему-то очень долго потом не желал как следует укладываться у меня в животе.

В половине восьмого нас ждал автобус, на котором мы должны были отправиться на экскурсию – «самую трудную, но самую интересную», по словам экскурсовода. Подбежали мы к нему, язык на плече, в последний момент. Правда, еще полчаса после этого все ждали каких-то Романовых. Несмотря на то, что семеро одного не ждут, а пятьдесят два – двоих тем более, автобус все же выехал с получасовым опозданием – не иначе, ждали не кого-нибудь, а прямых наследников царской династии, которые в итоге так и не явились.

Красный «Икарус» с тонированными стеклами и комфортабельными сидениями повез нас вдоль моря. Салон автобуса прекрасно продувался через открытые окна и люки без всяких кондиционеров. Ощущение бесконечного кайфа охватило меня.

Первыми же словами «Доброе утро, заиньки!» экскурсовод покорила сердца всех пассажиров автобуса. Своей манерой говорить она очень напоминала Валентину Леонтьеву. «Тетя Валя» – именно так я для себя и окрестил экскурсовода, моментально забыв ее настоящие имя и отчество. Поистине приводило в восхищение то, с какой душой и любовью она вела свои повествования – чувствовалось, что она сама получает от этого колоссальное удовольствие и что она безумно влюблена в Крым с его богатой многовековой историей. На мгновение мне показалось, что я вернулся в детство и смотрю передачу «В гостях у сказки».

Лет пятнадцать назад сердце мое сладко сжималось, когда в популярных тогда детективах Чейза упоминались Майами, Лонг-Бич, Лонг-Айленд, Беверли-Хиллз, Сан-Франциско, и не верилось, что скоро я это все увижу своими глазами! Удивительно, но сейчас точно таким же трепетом отзывались во мне другие названия: Алушта, Гурзуф, Ялта, Мисхор, Массандра, Алупка. А ведь именно туда, через Симферополь, сейчас лежал наш путь, на Южный берег Крыма! Экскурсия включала в себя подъем по канатной дороге на Ай-Петри на высоту свыше 1200 метров, посещение Воронцовского дворца и парка, а на посошок – визит к Ласточкиному гнезду.

Первая плановая остановка произошла в 9:15 в селе Богатом – для завтрака и туалета. Предусмотрительно подкрепившись заранее, мы с Ирой ограничились мороженым. Через 15 минут автобус начал движение, когда выяснилось, что четырех человек мы умудрились забыть. Пришлось возвращаться и подбирать их.

За увлекательным рассказом «тети Вали» пролетел еще один час пути. До Симферополя оставалось каких-то десять километров, когда оглушительный грохот вывел всех из умиротворенного состояния. С невероятным треском автобус подкатил к обочине и остановился. Я был уверен, что отвалилось колесо, однако, выйдя на улицу, обнаружил все колеса на месте. Зато за автобусом тянулся черный масляный след, который зародил серьезные сомнения в том, что мы отсюда в ближайшее время уедем. А вокруг – чисто поле и никаких признаков цивилизации, кроме придорожных телеграфных столбов и указателя поворота на Дмитрово.

Несостоявшиеся экскурсанты у сломанного "Икаруса"Водитель вернулся назад, к тому месту, где автобус изначально грохнул, и принес с собой обратно большую горсть запчастей. Изучив ситуацию под колесами, он поставил диагноз: сломался кардан. Экскурсия закончилась. Финита ля комедия.

На наше счастье мобильная связь работала, и «тетя Валя» связалась с фирмой, попросив прислать другой автобус. На том конце провода пообещали что-нибудь найти, но ждать придется два с половиной часа, пока это что-нибудь приползет из Феодосии. Ничего страшного, решили мы, график сдвинется на пару часов, ну вернемся мы обратно не в одиннадцать вечера, а в час ночи – большое дело!

В процессе ожидания народ развлекал себя как мог: кто пошел гулять, кто читал книги или газеты, кто просто спал в салоне, пока водители трудились под автобусом, пытаясь отремонтировать то, что от него осталось.

Через три часа ожидания раздался телефонный звонок: из фирмы нас «обрадовали» новостью, что найти другой автобус не удалось. Злые и голодные пассажиры готовы были разорвать в клочья бедную «тетю Валю», которая и к фирме-то прямого отношения не имела, работая, как она сама призналась, лишь «девочкой по вызову». Она, как могла, успокаивала несостоявшихся экскурсантов, пытаясь хоть чем-то помочь. Некоторые пассажиры стали «голосовать» и доехали обратно на попутных машинах. Оставшимся же, среди коих были и мы с Ирой, посчастливилось тормознуть рейсовый автобус, следовавший по маршруту «Симферополь-Феодосия-Коктебель». Лишь к пяти часам вечера он доставил нас «домой».

В довершение всех наших бед у нас порвался большой пакет, где находилось все то, что мы с собой брали в дорогу. Пришлось ползать по земле и собирать все выпавшее из него – а это отнюдь не прибавило хорошего настроения.

Целый день пропал впустую. А ведь так хорошо все начиналось…

Деньги за неудавшуюся поездку нам вернули почти безоговорочно. Однако решимость все же съездить на эту экскурсию в нас осталась, и мы купили уже с другой фирмой билеты на 25 августа. Не вняли мы предупреждению свыше, а зря…

Единственным обстоятельством, хоть как-то скрасившим потерянный день, стало убытие «маньяка» с нашего стола.


День 9. Пятница, 22 августа

До обеда традиционное валяние на пляже, а из столовой – прямиком в горы! Мы решили самостоятельно покорить пик Сюрю-Кая высотой 507 метров.

Пик Сюрю-Кая, вид из пансионатаЯвляясь частью карадагского заповедника, Сюрю-Кая был закрыт для посетителей. В 1990 году мы нехилой компанией в шесть человек сделали попытку туда пробраться, но охрана срубила наши амбициозные намерения примерно на высоте 100 метров. Единственный раз мне там довелось побывать в 1979 году, когда мы с папой совсем чуть-чуть не долезли до самого пика. В этот раз нас в Коктебеле уверяли, что на Сюрю-Кая можно спокойно ходить без всяких преград, хоть обгуляйся. Что ж, тем лучше! Рюкзак на плечи, три литра воды рюкзак, и – вперед!

"Штрафная" табличкаРовно в три часа дня мы начали путь в сторону вершины. Хотелось уложиться до наступления темноты, а в идеале – даже успеть на ужин. Первую часть пути мы прошагали довольно бодро. Но вот незадача: Сюрю-Кая, оказывается, все так же относится к заповедной зоне! Нас жестоко обманули, но, несмотря на Ирины сомнения, решено было продолжать путь. Первый предупредительный щит мы решили обойти стороной. Вскоре я узнал миндальные деревья, под которыми мы фотографировались всей компанией в 1990 году. Пройдя чуть дальше, мы вновь вышли на ту же дорогу, умудрившись срезать угол, и наткнулись на еще один щит. Здесь обойти было уже нельзя, и надо было срочно принимать решение: идти дальше или угомониться и повернуть назад. После недолгого совещания мы решили самым наглым образом нарушить запрет и под угрозой штрафа продолжать свой путь. Именно на этом месте нас тринадцать лет назад и завернул назад охранник на лошади.

Метров через сто нам встретился парнишка лет двадцати. Мы на всякий случай поинтересовались, свободно ли он прошел. Информация о том, что с него лесник содрал 50 гривен, нас не слишком обнадежила. Лучше бы не спрашивали. С этого момента Ира стала сильно нервничать, и под каждым кустом ей мерещился злой лесник с ружьем, топором и голодным псом.

Как собственной судьбы, роковой встречи с лесником было не избежать – он вынырнул перед нами, как из-под земли. Ира схватила меня за руку и так сильно ее сжала, что у меня едва не затрещали пальцы. Я остановился и смотрел на Всемогущего Стража Гор, предоставив ему первым начать диалог.

– Здравствуйте, молодые люди! Куда путь держим?

– Да вот, к вершине хотим подняться.

– Вообще-то здесь заповедная зона, там и щиты повсюду стоят. Я наблюдал за вами, и заметил, что вы тоже меня видели.

– Да, мы старались эти щиты боком обходить и за них не заступать, – попытался я схитрить.

Здесь решила вмешаться Ира:

– Нам в Коктебеле вообще сказали, что здесь нет никакого заповедника, и можно свободно гулять, потому что Сюрю-Кая не относится к Кара-Дагу.

– Ну, я не знаю, зачем вас там вводят в заблуждение. Это всё заповедная зона…

– Я здесь был, на этой вершине, 25 лет назад, так хотелось повторить восхождение, – углубился я зачем-то в воспоминания, – тогда можно было свободно ходить…

– Тогда можно было, а теперь нет…

Этот бесполезный разговор начинал утомлять.

– А какой размер штрафов? Может быть, мы заплатим штраф, и Вы нас пропустите? – решил я взять быка за рога.

– Ну… – лесник безуспешно пытался изобразить на лице муки совести, – обычно двадцать гривен с человека…

Ха! А парнишку-то развели на бабки!

Я порылся в кармане и вытащил все, что у нас на тот момент с собой было – 29 гривен.

– Вот, больше нет…

– Может быть, в порядке исключения пропустите нас? – жалость в голосе Ирочки могла бы вышибить слезу даже из самого Кара-Дага.

Лесник еще раз сделал вид, что обдумывает невероятно трудное для себя решение, но в итоге не устоял перед соблазном и принял наше добровольное пожертвование.

– Только не сорите, не бросайте бутылки, не жгите ничего. И главное, не ходите туда дальше, – лесник сделал движение рукой в сторону покрытой лесом горы Святой и хребтов Кара-Дага, – а то некоторые идут дальше, там у них спрашивают, кто вас сюда пустил, и мне потом попадает.

– А здесь больше никого не будет? – решил я на всякий случай уточнить.

– Нет, здесь только я один, – подтвердил лесник.

Мы пообещали вести себя культурно и, покорив пик Сюрю-Кая, сразу же вернуться обратно. Последнее, что пришлось сделать, это Ире по просьбе лесника надеть мою майку камуфляжного цвета, чтобы не светиться своим белым, «как маяк», топиком. Я же продолжил свой путь с голым торсом.

Напоследок мы набрались наглости и спросили лесника, сколько времени до вершины и как туда добраться. Он описал все так подробно, что заблудиться даже при очень большом желании и наличии тяжелой формы топографического кретинизма с осложнениями было бы проблематично.

Ягоды кизила сами просятся в рот!Метров через пятьдесят открытое пространство закончилось, и дорога нырнула в лес. После непродолжительного пологого спуска тропинка резко повернула вверх. Ветки деревьев склонялись так низко, что идти приходилось нагнувшись. Однако быстро пройти мимо них все равно не получалось – темно-красные спелые ягоды кизила манили к себе и словно сами просились в рот, который, казалось, достаточно было лишь раскрыть, чтобы сочные плоды посыпались в него.

Чувствовалось, что пропускают сюда далеко не всех, ибо практически девственная чистота леса поражала воображение. Пару раз поблизости вздрагивали кусты – карадагская фауна обступала нас со всех сторон. Конечно, меньше всего сейчас хотелось бы встретиться нос к носу с диким кабаном, кои здесь водятся в достаточном количестве.

Причудливая скалаДвадцать минут мы шли по лесной тропинке в полусогнутом состоянии. Наконец, среди деревьев появился долгожданный просвет, и нашим взорам предстала возвышающаяся над нами причудливой формы глыба. Чтобы продолжить свой путь, надо было к ней пробраться по практически отвесной дороге. Это был, пожалуй, самый трудный участок пути. О том, как мы будем обратно спускаться, даже думать не хотелось. Цепляясь за выступы и коряги, мы выбрались к этой скале и продолжили свой путь дальше по тропинке, которая была хоть и довольно пологой, но проходила почти над пропастью, что придавало восхождению особый экстрим. Выше, еще выше. Уже видна цель, до вершины Сюрю-Кая рукой подать. Пройдя еще метров сто через лес, мы оказались у подножья самой высокой скалы на нашем пути. Я был полон решимости на нее вскарабкаться, однако Ира испугалась за меня. Чтобы не нервировать ее, я залез только до половины. Впрочем, я и сам решил не рисковать. Несмотря на то, что порода, из которой состоят эти скалы, очень шершавая, с массой выступов, да еще и относительно пологая с того края, где я планировал подняться, с другой стороны скала абсолютно отвесная, и зацепиться там в случае чего просто не за что.

Весь Коктебель - как на ладони!Отсюда, с высоты птичьего полета, у нас было время насладиться видом. Далеко внизу расположился Коктебель, и наш пансионатский корпус выглядел маленьким игрушечным домиком. Необыкновенная красота моря и гор, ярко освещенных послеполуденным солнцем, захватывала дух. Коктебельский залив, мыс Хамелеон, Тихая бухта, поселок Орджоникидзе – все это одновременно теперь было на виду. Казалось, весь мир лежит передо мной, как на ладони. А над головой светило уже нежаркое в это время дня солнце, и со всех сторон продувал теплый ветер. Никакими словами не передать это удивительное ощущение полета и легкости во всем теле.

На часах 17:30 – восхождение заняло два с половиной часа. Но, как всегда, я испортил всю идиллию, напомнив Ире, что у нас есть все предпосылки успеть на ужин.

Казалось, до вершины рукой податьКак ни печально, когда находишься в горах, то ориентируешься совершенно по-другому, нежели когда смотришь на эти же горы снизу. С расстояния нескольких километров не видна объемность скал, но зато довольно четко оценивается относительная высота одних вершин по сравнению с другими. Наверху же все происходит с точностью до наоборот – то что снизу казалось в одной плоскости, на самом деле разделено сотнями метров в глубину, зато разница высот ощущается заметно хуже. Находясь почти на самой вершине, я видел какие-то скалы вдали, но не придал им должного внимания. А зря. По мере спуска оказалось, что мы поднялись не совсем туда, куда собирались, и до вершины Сюрю-Кая так и не дошли, причем довольно приличное расстояние. Собственно, это теперь означает только одно: есть к чему стремиться в будущем – я не успокоюсь, пока не поднимусь на самый верх, пока не оставлю на самом пике какую-нибудь память о себе. Например, знамя ЦСКА.

На обратном пути мы встретили улыбчивого лесника и еще раз от души поблагодарили его за доставленное удовольствие. Думаю, мне и ста гривен было бы не жалко, чтобы ощутить адреналин в крови при подъеме на новую вершину, хоть ее высота и насчитывает всего каких-то несчастных полкилометра. Прав, ох как прав был Высоцкий!

Спуск, как и следовало ожидать, был намного труднее подъема – особенно там, где нужно было спускаться по почти отвесной плоскости. Цепляясь за те же деревья, коряги, выступы, иногда поскальзываясь и получая по всему телу ссадины и раны, мы, тем не менее, успешно спустились, уложившись в два часа. Нам не только удалость попасть на ужин, но мы даже успели зайти в номер, кинуть вещи, переодеться и залатать полученные раны. Что еще более удивительно, я совершенно не чувствовал себя уставшим и готов был, наверное, прошагать еще столько же. Пожалуй, за две недели отдыха этот поход произвел на меня самое сильное впечатление.

День 10. Суббота, 23 августа

Сегодня – пешая экскурсия на Кара-Даг с организованной группой. В 7:00 выезд на автобусе до поселка Курортное, а оттуда пешком через горы возвращение в Коктебель – как раз к обеду.

День начался с того, что мы проспали. Будильник по какой-то неведомой причине не сработал, я продрал глаза лишь в 6:37 и разбудил Иру. Собравшись за 45 секунд, как в армии, мы вихрем вылетели из номера.

Автобус ЛАЗ собрал всех экскурсантов, и через пятнадцать минут дороги мы оказались в Курортном, где экспресс-методом посетили музей флоры и фауны Кара-Дага. С нас собрали по пятнадцать гривен на входной билет в заповедник, и мы начали восхождение.

Несмотря на то, что при покупке экскурсионных билетов всех предупреждали о том, что нужно надеть удобную для ходьбы обувь, многие экскурсанты пришли в шлепанцах. Но и это еще не все: некоторые особенно «думающие» представительницы слабого пола вообще догадались явиться на каблуках – в самый раз по горам лазить!

Билет в заповедникПо сравнению с тем, что мы предприняли накануне, этот подъем казался легкой прогулкой. Однако панорама сверху открывалась гораздо более живописная: здесь был вид и на дальние горы, и на Лисью бухту, находящуюся за Курортным, и на скалы по другую сторону хребтов. Но интереснее всего было именно пройти по тем горам, рядом с которыми несколькими днями раньше мы проплывали на катере. Те же Золотые ворота, но вид сверху, образование скал Мертвого города, Пряничный конь и, наконец, самая впечатляющая из всех – Чертов палец! Вблизи эта гигантская скала завораживает и потрясает воображение своим размером, величием и какой-то невероятной энергетикой. Экскурсантам же было разрешено даже дотронуться до нее и загадать желание.

Вид на Лисью бухтуЗаповедник действительно выглядел как заповедник, несмотря на многочисленные экскурсии по нему. Скалы не огорожены, на каждом шагу не висят предупреждающие об опасности щиты вроде «осторожно, отвесные скалы». Единственная мера предосторожности – устное предупреждение экскурсовода о том, что лучше не подходить к самому краю. Кто не слушает, сам виноват. Подозреваю, что в Америке, если подобная экскурсия вообще могла бы иметь место, то каждая скала была бы огорожена, везде бы висели таблички с предупреждениями, перед восхождением надо было бы подписать с десяток бумаг и контрактов, а перила и деревянные ступеньки встречались бы на каждом склоне. И обязательно автомат с кока-колой на вершине как венец всему!

Золотые воротаДолгий и нудный путь вниз пролегал не по горам, а по бетонной дороге. Шла она под углом примерно в 10 градусов и стала, как ни странно, самым утомительным отрезком маршрута. Весь спуск занял почти два часа, и пока мы дошли до пансионата, мы еле таскали ноги – хотелось поскорее принять горизонтальное положение, хотя бы на полчаса.

Скала Чертов палецПосле обеда мы сделали попытку посетить пляж, но набежали тучи, которые в совокупности с сильным ветром делали дальнейшее пребывание там не вполне комфортным.

Вечером мы взяли билеты на концерт какого-то ансамбля фанерщиков, называвших себя «Веселые ребята» – тех самых, знаменитых в 80-е годы, поющих про тётю с дядей. Начало концерта задержалось на час по «техническим причинам». Но в итоге четверка ребят вышла на сцену и исполнила десяток самых популярных шлягеров. Народ радостно подпевал, а особо смелые даже вышли танцевать. На такой мажорной ноте и закончился десятый день отдыха.


День 11. Воскресенье, 24 августа

И вновь ранний подъем – сегодня экскурсия в Бахчисарай. Микроавтобус «Форд» уже ждал нас, и мы оказались самыми последними. В 8:30 мы отъехали от Коктебеля, во второй раз проезжая по трассе, соединяющей Феодосию и Симферополь. Снова нам поведали о том, что это древний путь, по которому давным-давно ходили еще верблюды с товаром и перегонялись рабы-славяне.

Снова остановка в Богатом на завтрак, снова мы затарились мороженым. Роковое место с поворотом на Дмитрово в этот раз проскочили без приключений. И вот он, Симферополь, столица Крыма! Как ни странно, практически все надписи на русском языке, а если и встречалось что на «ридной мове», то в основном рекламные щиты.

Симферополь мы проехали насквозь – с востока на запад. Еще через два часа были в Бахчисарае, где состоялся наш обход Ханского дворца. Ну что можно сказать… Очень неплохо жили ханы в те времена! Да и комнаты для гарема по своему размаху превосходили большинство современных жилищ. А еще говорят, на Востоке к женщине нет уважения. Что же нам, грешным, говорить тогда?

Терраса ханского дворцаА вот Фонтан слёз, воспетый Пушкиным в «Бахчисарайском фонтане», несколько разочаровал. Видимо, я ожидал увидеть нечто грандиозное, а оказалось, что его и фонтаном-то назвать можно с большой натяжкой – так, ручеек. Очень красивый, но совершенно не фонтан в нашем обычном понимании этого слова.

Крепость Чуфут-КалеСледующей частью программы было посещение Свято-Успенского православного монастыря и крепости «Чуфут-Кале», что в переводе означает «Иудейская крепость». Название свое она получила из-за того, что в те времена ее занимали караимы, которых татары считали иудеями.

Перед тем, как начать подъем к монастырю и крепости, мы заказали обед в кафе. К нашему спуску он должен был быть готов.

Монашеские кельиЧем же примечательны крепость и монастырь? Прежде всего, тем, что они являются частью ландшафта: пещеры в скалах служат помещениями монастыря, а внешние стены выстраиваются только в случае необходимости. Особенно показательны в этом смысле монашеские кельи – крышей и внутренней стеной для них служат скалы, и достроены только внешняя стена с окнами и внутренние перегородки.

Крепость, находящаяся на самой вершине горы, является уникальным сооружением – прежде всего тем, что она построена не людьми, а природой. Единственным искусственным ее элементом является часть наружной стены – там, где была «дыра» в скалах. В средние века эта крепость слыла одной из самых неприступных в мире. С одной стороны к ней подходит петляющая дорога (по которой мы, экскурсанты, и поднялись), а кроме того, вход в крепость не заметен и угадывается лишь при непосредственном приближении к нему. С обратной стороны доступ к крепости блокируют отвесные скалы высотой более четырехсот метров, напоминающие Большой Каньон в Аризоне. Из архитектурных памятников лучше всего сохранилась датированная 1437 годом гробница с саркофагом государыни Джанике-Ханым, дочери знаменитого хана Тохтамыша.

К сожалению, безупречная до сих пор экскурсия в концовке была несколько омрачена, когда экскурсовод пыталась впарить нам какие-то крымские масла, а когда часть экскурсантов, разумеется, сразу слиняла, начала громко возмущаться таким вопиющим неуважением к собственной персоне.

Вход в Свято-Успенский монастырьСпускаясь, мы вновь прошли мимо монастыря, но на этот раз зашли в него. Я поставил свечку маме – ведь накануне исполнилось ровно пять лет, как она ушла от нас в лучший из миров…

Обед оказался очень кстати, ибо наши желудки к моменту спуска уже призывно урчали. Украинские щи, плов с бараниной и компот наполнили нас живительной силой. Купив напоследок сувениров и мороженое с маком (крымское ноу-хау?), мы погрузились в «Форд» и к семи часам вечера вернулись в Коктебель.


День 12. Понедельник, 25 августа

Сегодня последняя экскурсия – та, которая самая интересная, но самая сложная. Дубль два, так сказать. Обещали прислать большой автобус с кондиционером, туалетом и прочими удобствами.

Однако разочарованию нашему не было предела, когда пред нами предстал микроавтобус, хоть и большой, но неудобный. К тому же окна у него не открывались, а имелся в наличии лишь один люк. Когда он был открыт, из него очень сильно дуло, и было холодно, а когда он был закрыт, то становилось душно. Мне же как единственному мужчине в задней части автобуса приходилось каждые десять минут вскакивать и то открывать, то закрывать этот злосчастный люк. Причина такой «подставы» оказалась банальной: на большой автобус просто не набралось достаточно желающих.

Трасса Феодосия-Симферороль, оказывается, использовалась с древних времен для перевозки верблюдами товара и рабов-славян – кто бы мог подумать. Еще одна поездка по этой дороге, и я смог бы сам работать экскурсоводом.

Село Богатое я уже узнаю по нюху. На этот раз мы здесь решили позавтракать, но напоследок все же купили по мороженому – нарушать традицию нехорошо. Хотя тем фактом, что никого в этот раз не забыли, традиция уже была нарушена. Может, даже до Симферополя доедем?

Вот он, в который раз уже, злосчастный поворот на Дмитрово, и мы продолжаем наш путь! У Симферополя мы повернули налево и взяли курс на юг. Отсюда и до самой Ялты нас сопровождала троллейбусная трасса.

Воронцовский дворецПосле четырех с половиной часов пути мы, наконец-то, оказались на месте – у Воронцовского дворца. Отстояв маленькую очередь, мы проникли внутрь, объединившись с парой-тройкой других малых экскурсионных групп и образовав таким образом подобие небольшой толпы.

И тут я увидел её. «Ужас, летящий на крыльях ночи» – детская частушка по сравнению с тем, что предстало моему взору. Нашим экскурсоводом по музею была женщина из фильма ужасов. Увидев такую во сне, просыпаешься в холодном поту. Если вообще суждено после такого проснуться. Я бы даже не удивился, узнав, что она добирается до работы на бензометле. Однако ее змеевидной прической и ошалелым взглядом безумными глазами на выкате дело не ограничилось. Когда она двинулась с места, я увидел в ее руке зонт, на который она опиралась, а хромала она так, словно ей двигали какие-то потусторонние силы. Находиться в непосредственной близости от нее было просто страшно. Голос у этого исчадия ада оказался низкий, с хрипотцой, и ее первые слова «закрываем двери» не оставляли ни малейшего сомнения в том, что в конце экскурсии нас всех в лучшем случае сожгут на костре. Свое повествование эта женщина вела таким тоном, словно следующей ее фразой должно было стать что-то вроде: «и тут крышка гроба начала медленно открываться, и из нее показался труп…»

Скульптура "Девочка"Дабы поберечь нервные клетки, мы с Ирой отошли подальше от этого ужаса и просто ходили по залам музея, духовно и культурно обогащаясь. Особенно понравилась нам скульптура под незатейливым названием «Девочка», в которой удивительно тонко передано лукавое выражение лица юной проказницы!

Воронцовский парк и дворецСледующим по плану шло посещение Воронцовского парка, раскинувшегося при одноименном дворце. Чем-то он напомнил мне Никитский ботанический сад, только меньше по площади. Здесь растет самый высокий в Крыму кипарис, встречаются уникальные деревья, присутствует пруд с лебедями и есть даже удивительный застывший камнепад, называемый «каменоломни». Образовался он еще в Юрский период, когда после извержения вулкана не до конца застывшая лава в результате землетрясения была разбита на множество камней, которые с тех пор и лежат разбросанные в видимом беспорядке.

Далее наш путь лежал к горе Ай-Петри. Как назло, в этот день вторая по высоте вершина Крыма была еле различима за густым туманом. Наверх, на высоту свыше 1200 метров, нас должна была поднять канатная дорога. Любопытно, что идея построить здесь канатную дорогу возникла еще при Хрущеве, которого укачало, пока он доехал до вершины на автомобиле. Тогда же началось ее строительство. И вот когда все было практически закончено и проводились испытания, обнаружилась «маленькая» проблемка: канаты легли на скалы. Оказалось, что наши родные отечественные канаты слишком растяжимые. Поэтому новые канаты были заказаны аж в Швейцарии, и канатная дорога открылась лишь в 1988 году, соединив Мисхор с Ай-Петри.

Подъем на машине по петляющей дороге занимает почти два часа. Мы же преодолели это расстояние коротким путем всего за пятнадцать минут. В вагончик запускали по 35 человек, и всю дорогу шла война за места у окошка.

На вершине Ай-ПетриНаверху мы заказали обед в одном из ресторанчиков и дальше пошли пешком к самой вершине, к зубцам. В отличие от Сюрю-Кая, где туристы – редкость, при подъеме на Ай-Петри все камни оказались отшлифованы до блеска тысячами подошв экскурсантов и потому представляли собой достаточно скользкую поверхность. Приходилось хвататься за близстоящие деревья – кстати, тоже отполированные до такого же блеска экскурсантскими руками за долгие годы. На наше счастье туман к этому времени более или менее рассеялся, и далеко внизу можно было разглядеть Алупку, а еще дальше на восток – Аю-Даг (Медведь-гору).

Спустившись с вершины, мы пообедали заранее заказанными шашлыками и бесплатно продегустировали несколько сортов крымских вин – от сухого до мускатного. Затем – спуск по канатной дороге, и снова автобус.

Последняя короткая остановка имела место над обрывом на фоне Ласточкиного гнезда, которое, откровенно говоря, разочаровало. С другой стороны, я теперь могу с гордостью сказать: «я там был!» и поставить галочку.

К одиннадцати часам вечера мы были в Коктебеле. «Самая интересная» экскурсия закончилась. Хотя, если честно, то я ждал от нее большего. Не говоря уже о том, что после лишенного комфорта микроавтобуса спина просто отваливалась.


День 13. Вторник, 26 августа

Утро последнего дня мы решили провести на пляже, чтобы в последний раз насладиться южным солнцем, а после обеда рвануть на рынок и затариться дарами Крыма, а также подарками и сувенирами. Однако стоило нам появиться на пляже, как тучи затянули небо, поднялся ветер, и грянул дождь. Но, как говорится, ничто так не согревает, как мысль о том, что где-то кому-то еще холоднее. Посему мы позлорадствовали в адрес появившихся накануне бледнолицых, которым только предстояло отдыхать здесь – авось, им дожди все испортят.

В силу того, что первая половина дня пропала, осталось больше времени на закупки. И все равно не понимаю, почему я привез с собой в Москву только две бутылки коньяка «Коктебель» и только 3 бутылки мускатного вина. Заклинило, не иначе.

Также с собой я купил 4 кг груш и 2 кг персиков, рассчитывая закатать их на зиму. Но дома у меня не хватило терпения постигать азы консервирования, и часть груш была впоследствии пущена мной на компот, а остальные груши с персиками съедены в натуральном виде.

После ужина предстояла самая противная часть – сборы в дорогу. Как всегда, с первого раза ничего не влезало даже в мой большой чемодан. Однако, в конце концов, все вещи так или иначе были распиханы. Все готово к отправке домой.

…Этой же ночью произошло наше с Ириной грехопадение. То, чего я старательно избегал весь отпуск, в итоге случилось – это был тот случай, когда проще было сдаться, чем попытаться объяснить, почему не хочется, и тем самым нанести человеку серьезную обиду и больно ударить по самолюбию. Ира перестала быть просто спутницей, с которой я разделил отпуск, и стала чем-то бОльшим. И эта минутная слабость с моей стороны могла наложить весьма ощутимый отпечаток на мою дальнейшую жизнь. Тем более что в мои планы совершенно не входило завязывать с ней близкие отношения, мне она была интересна исключительно в качестве друга. Но, по-видимому, ее планы несколько отличались от моих…


День 14. Среда, 27 августа

Закат отпускаОтпуск закончился. Пора возвращаться. До 8:00 надо выехать из номера. Взяв вещи в охапку, мы двинулись ловить такси. За 30 гривен и 20 минут доехали до Феодосии.

В начале десятого мы сдали багаж в камеру хранения на вокзале. Времени в запасе – не просто вагон, а целый товарняк! Я специально взял обратный билет на поезд, отходящий в 17:00, чтобы целый день остался на Феодосию. Собирались посмотреть город, посетить музей Грина и картинную галерею Айвазовского, позагорать и искупаться, благо погода снова вернулась в летнее русло.

Первой задачей было позавтракать. В поисках мало-мальски приличного заведения мы забрели на какую-то боковую улочку, где увидели надпись «блинная». Горячие блинчики на завтрак – о такой роскоши мы даже и не мечтали! Заведение порадовало изумительно уютным, всего на четыре столика, вполне симпатичным, но без всяких ненужных «примочек», интерьером. Да и блины оказались отменные! Кроме этого, приятно удивили цены, а еда оказалось настолько вкусной, что мы потом и отобедали там же.

Но обед был потом, а сейчас наш путь лежал в храм высокого искусства. Помню, как в 1979 году меня мама водила в галерею Айвазовского. На меня, 9-летнего пацана, картины с изображением моря тогда произвели неизгладимое впечатление, и последние 25 лет я мечтал снова посетить этот духовный мир великого мариниста.

И вот она, заветная галерея! А над ее плотно закрытой дверью крупными буквами: «ВЫХОДНОЙ – СРЕДА». Сперва я, как баран на новые ворота, смотрел на эту надпись – видимо, надеясь, что сейчас рассеется галлюцинация, и я смогу войти. Но галлюцинация не рассеивалась, дверь не стала менее закрытой, а окружающая все это безобразие среда упорно отказывалась отступать. Отчаянию моему не было предела. Вся комичность ситуации дошла до меня несколько позже – ведь такое могло произойти только со мной!

С горя мы посетили музей Александра Грина и пошли узнавать насчет обзорной экскурсии по городу. Оказывается, все экскурсии отходят вечером, так что и здесь нас ждал облом.

Последней надеждой скоротать время был пляж. Однако и этому плану суждено было провалиться: выяснилось, что купальные принадлежности мы благополучно сдали в камеру хранения.

«Нет в жизни счастья» – решили мы и пошли на рынок. Не найдя там ничего достойного, вернулись на набережную, где наслаждались последними лучами южного солнца, уплетая шашлычёночки из копченых мидий, вареных раков и горячие початки кукурузы с солью…

В 17:00 поезд Феодосия-Москва помчал нас домой. Дорогие друзья! Никогда и ни за что не берите билеты на дополнительные поезда! Вы рискуете получить целый букет «удовольствий» в дороге. Два одеяла на купе вместо четырех. Периодически выходивший из строя туалет. Кроме всего, подвеска у вагона была расшатана до такой степени, что пару раз казалось, еще чуть-чуть, и мы слетим с рельс!

Благодаря прекрасным соседям в купе наше меню по дороге домой оказалось весьма разнообразным, ибо вагон-ресторан в нашем дополнительном, будь он неладен, поезде отсутствовал. Конечно, всегда есть бабульки на перронах, продающие картошку с курочкой и «окорочка жареные девочки», но какое же это разнообразие…


День 15. Четверг, 28 августа.

Ну вот мы и дома. Уже по сложившейся традиции Москва встретила нас холодной погодой с дождем.

В квартире меня ждал сюрприз – холодильник настолько зарос льдом, что морозилку я не смог открыть вообще. Видимо, моя подруга Алена, которую я оставлял поливать цветы и следить за квартирой, неплотно закрыла дверь холодильника. Я уже даже не говорю о сгнивших в его недрах продуктах. Зато цветы политы – и на том спасибо!

Но самое приятное – это то, что в почтовом ящике я обнаружил… ПУСТОТУ! Кроме пары рекламных листочков, вообще ничего – какое же это счастье! В Америке страшно было возвращаться из отпуска: почтовый ящик обычно ломился от всевозможных счетов, половина из которых уже была просрочена, массы идиотских никому не нужных писем, брошюр и прочей макулатуры. Вдобавок к потраченным в отпуске деньгам надо было еще срочно изыскивать финансы на оплату счетов. Какое счастье, что я теперь избавлен от этого ужаса!

Нет, что ни говори, но домой все же приятно возвращаться. Тем более в Москву. Даже из отпуска. Теперь уже до следующего года…

Пятница 13-ое

14 июня 2003 г., 15:25
Москва

Вчерашняя пятница, даже несмотря на то, что ознаменовалась 13-ым числом, стала для меня довольно плодотворной. Мою кухню довели, наконец, до состояния, располагающего к нахождению на ее территории более пяти минут. Два мужика, что называется, мастера на все руки, пришли в два часа дня, поменяли мойку, газовую плиту и установили столешницу, а в семь вечера отбыли, предварительно даже убрав за собой. Профессионализм и энергия этих ребят меня привели в восхищение, и я теперь буду их рекомендовать всем, кому нужны какие-то работы по дому.

В начале первого ночи состоялось еще одно интересное событие. Недели две назад я получил электронное послание от ведущего русскоязычного радиошоу «Линия жизни» в Нью-Йорке. Олег, так звали ведущего, хотел побеседовать со мной в прямом эфире о моем возвращения на Родину, по следам интервью в «Комсомолке» год назад. То приснопамятное «интервью» абсолютно не являлось таковым, а было, по сути, совокупностью цитат, надерганных из моей первой статьи и набросков книги, приправленных неутешительным выводом, что «вашей Америке скоро придет кирдык», говоря словами Данилы Багрова из фильма «Брат».

Честно говоря, для меня такое приглашение явилось сюрпризом, ибо до сих пор эмигрантские писаки и мастера теле- и радио-эфирного словесного поноса ограничивались перемыванием моих косточек между собой и втаптывали меня в грязь, не утруждая себя не только попытками выслушать другую сторону (то есть, меня), но даже и связаться со мной. Это вполне естественно, поскольку им гораздо проще друг друга погладить по головке и похлопать по плечу, сойдясь на мысли, что Фридман – сволочь, неудачник, диссидент и предатель, чем выслушивать какие-то возражения с моей стороны, и не дай бог еще аргументированные! В этом смысле Олег заслуживает всяческого уважения за то, что он поднялся на уровень выше своих горе-коллег. Разумеется, я с удовольствием принял его предложение поучаствовать в передаче.

В ноль часов пятнадцать минут раздался телефонный звонок, и наша беседа в прямом эфире началась. Первая часть была посвящена разговору Олега со мной, в котором я в основном рассказывал историю своей эмиграции, ощущения и мысли об этом процессе, поворотный момент и собственно процесс возвращения. Вторая часть передачи была посвящена звонкам радиослушателей. Вот здесь-то и началось самое интересное. Справедливости ради, отмечу, что пара человек меня поддержала, и было очень приятно услышать лестные слова в мой адрес. Однако большинство звонков сводилось к тому, что неужели я не вижу, как в России плохо? Оказывается, антисемитизм здесь процветает, и на каждом углу мою жидовскую морду чуть ли не пинками пытаются отправить в Израиль. Странно, что я как-то этого не заметил. Плохо смотрел, наверное… Особенно убедительно это звучало из уст тех, кто не был в России лет по десять-пятнадцать. Еще один особо проницательный слушатель «раскусил» меня сходу – оказывается, я работаю на Лубянку! Как ни шифровался я, все равно узнали – вот незадача-то… Порой удивительно, что люди мыслят категориями десяти-, а то и двадцатилетней давности, при этом зачастую основывая свои суждения на информации из эмигрантской прессы. Именно с такими «кадрами» иметь дело труднее всего. Но так или иначе, ничего нового я не услышал, а опыт общения с «противниками» в течение последних пяти лет после выхода в свет «Другой стороны Америки» научил меня держать спокойствие и не реагировать на провокации. Сам Олег старался по возможности держать в дискуссиях нейтралитет, несмотря на то, что представлял он эмигрантскую сторону диалога, и скрывать свои предпочтения у него не всегда получалось.

Сейчас, мысленно прокручивая в уме передачу, я прихожу к выводам, что какие-то вещи я все же недосказал, и на некоторые вопросы я должен был ответить чуть-чуть по-другому. Но на то он и прямой эфир, что второй шанс в нем не дается. В целом, можно сказать, что мое боевое эфирное крещение прошло успешно. Теперь с нетерпением жду, когда Олег мне вышлет обещанную запись этой передачи.

О соседях, горячей воде и тополином пухе

9 июня 2003 г., 15:00
Москва

Сегодня в 9 часов утра меня будит звонок в дверь. Открываю – стоит мужик, которого я впервые в жизни вижу. Между нами происходит следующий диалог:

– Здравствуйте! Я пришел, чтобы отдать долг…

– ???

– Ну, пятьдесят рублей… Я разве не у Вас занимал?

– Вообще-то нет…

Пауза. И тут он выдает вопрос, который меня поверг в состояние абсолютного экстаза:

– Я Ваш сосед. А Вы не знаете, у кого я мог занять 50 рублей?

 

 

11 июня 2003 г., 22:09
Москва

 

Пришел домой уставший и потный после очередной игры в футбол, как всегда, с мыслями о горячей ванне. Эх, лучше бы я мечтал не о горячей, а о теплой. Когда мечты сбываются настолько буквально, иногда становится не по себе, ибо сейчас из обоих кранов течет горячая вода, а холодной нет и в помине. В ЖЭК дозвониться в такое время – гиблое дело. Набрал ванну кипятка, теперь жду, пока остынет…

 

 

12 июня 2003 г., 16:24
Москва

– Вот такое х**вое лето
(Из анекдота)

Кажется, лето закончилось, не успев начаться. Побаловав нас жарким маем, погода вновь дала сбой, всплакнув дождями и холодной погодой. О том, что на дворе июнь, напоминает лишь поздний закат, а также тополиный пух, летящий повсюду и забивающийся во все щели. Вчера один из моих друзей спросил меня, ходил ли я уже поджигать пух. Надо же, а я и забыл за двенадцать лет, что тополиный пух «полагается» жечь. Да, адаптация – дело непростое…

Взрослый возраст

30.04.2003, 00:35
Москва

Полчаса назад у меня начался возраст Христа. Хотя если честно, родился я в 23:20, так что до моего истинного рождения еще почти 23 часа. Но день настал, и я уже начал принимать поздравления! Первым меня поздравил отец, который позвонил из Вашингтона ровно в 00:03, чем очень приятно удивил меня и за что ему огромное спасибо!

Я же ко дню рождения сделал сам себе скромный подарок, а именно, приобрел домашний мини-кинотеатр Technics. Теперь осталось к нему подобрать большой телевизор.

Чуть раньше сегодня, а точнее уже вчера, состоялось мое второе боевое крещение – впервые после травмы я вышел играть в футбол на поле. Это было сумасшествие чистой воды, ибо «полем» назвать тот огород можно было с большой натяжкой. Роль поля исполнял грунт, щедро приправленный кочками по всей своей площади – просто праздник для голеностопов! А когда пошел дождь, весь этот грунт стал не только кочковатым, но еще и скользким. К этому остается добавить, что часом раньше я в процессе изготовления настойки для завтрашнего празднества периодически ее дегустировал, в силу чего приехал играть уже малость в кондиции. А если еще вспомнить, что накануне у меня болело горло, то сомнений уже не остается в том, что мой поступок, как саркастически отметила одна очаровательная особа, «очень взрослый и вполне достоин вступления в такой возраст»! Тем не менее, второе боевое крещение прошло успешно и без эксцессов.

Подарок судьбы

15.03.2003, 11:23
Москва

На свои 5 месяцев пребывания на Родине я получил шикарный подарок: дополз остаток моего багажа! Как нельзя более «кстати», аккурат к началу весны, прибыли зимняя куртка, кофты, свитера, водолазки, тёплые рубашки с длинным рукавом… И словно издеваясь надо мной, столбик термометра за окном показывает +6 градусов, а на безоблачном небосклоне светит ласковое весеннее солнце.

Что удивило больше всего… Почему-то в Америке я этого не замечал, но сейчас мне хочется кричать во весь голос: «Зачем мне столько одежды???!!!» Я даже не говорю о том, что мне ее класть и вешать некуда, но носить-то ее когда? Меня удивляло, что у моей супруги весь шкаф от пола до потолка был заставлен коробками с обувью в количестве примерно восьмисот девяноста трех пар, но сам-то я, оказывается, недалеко от нее ушел. И куда ж это все девать теперь? Как-то очень не хочется покупать еще один шкаф для одежды.

В числе полезных предметов в своем багаже я обнаружил мясорубку, роликовые коньки, пару футбольных мячей, даже насос для их накачки, а также массу книг.

Теперь можно с чистой совестью лететь в Лос-Анджелес, тем более что дел у меня там предостаточно. Надеюсь, что те 8 дней, что я для них отвел – с 8 по 16 апреля – мне хватит с лихвой, чтобы провернуть все запланированное.

Я стал писателем!

18.02.2003, 16:54
Москва

Сегодня подписан договор с издательством и получен аванс! Книга «Социалистические Штаты Америки» скоро должна появиться в магазинах!

Приплыли…

13.02.2003, 14:01
Москва

Почти пять месяцев плыл мой багаж через океан. Из двенадцати коробок вчера мне доставили первые восемь. Впрочем, по их состоянию и времени в пути создается впечатление, что они действительно плыли по воде через океан своим ходом. Однако должен отдать себе должное – упаковал я все настолько здорово, что даже несмотря на внешний совершенно непотребный вид коробок, внутри все оказалось в прекрасном состоянии – не побился ни один бокал, ни одна ваза, ни одна чашечка. Однако теперь проблема в другом. С одной стороны, конечно, хорошо, что вещи мои доползли. А с другой стороны, куда ж это все девать? Места нет ни одежду повесить, ни посуду поставить. Придется, видимо, покупать стенку и еще один шкаф. А может быть даже кухню новую…

Хочу на лыжах!

16.01.2003, 14:33
Москва

Нет, ну это просто издевательство! Более месяца в Москве была настоящая снежная зима, но стоило мне купить лыжи и именно на сегодня запланировать их апробирование, как столбик термометра нагло полез вверх, без раздумий преодолел отметку «0» и пополз дальше, уткнувшись в четвертое деление выше нуля. И что мне теперь прикажете делать? Водные лыжи покупать?

 

23.01.2003, 14:28
Москва

Полторы недели прошли, а зима и не думает возвращаться. Температура на улице плюсовая, а грязный снег со льдом требует предельной осторожности. Не далее как неделю назад мой приятель растянулся на этом льду и повредил себе мениск.

Лыжи мои все так же стоят в коридоре, уныло отвернувшись в угол. Обиделись, наверное? Что ж, очень их понимаю. А сделать ничего не могу. И даже если завтра грянет мороз, то этого будет мало – позарез нужен свежий слой снега!
Посмотрел я на днях фрагменты совместного российско-американского сериала «Русские в городе ангелов». Ну, по названию ясно, о чем фильм. Эх… Сердечко-то ёкает при виде знакомых районов, зданий, улиц, вывесок… Не так все просто в этой жизни. От себя-то не уйдешь… Одиннадцать лет накладывают определенный отпечаток, помимо нашей воли. Теперь я в этом нисколько не сомневаюсь.

…Почему филе окуня, которое я вчера купил, содержит такое неимоверное количество костей? Вот уж загадка на все времена…

 

24.01.2003, 14:51
Москва

Ну вот, подморозило немножко, и снег пошел! Зато я теперь простужен… Вот же непруха у меня с этими лыжами!

Очень хочется спать

04.01.2003, 17:16
Москва

Впервые с вечера 31 декабря у меня появилось время свободно вздохнуть. Безостановочное празднество на несколько дней приостановилось. И очень хочется спать…

Помнится, ровно год назад, собирая в Лос-Анджелесе друзей на Новый Год, я пообещал, что он будет моим последним в Америке. Слово я сдержал. А может быть, это просто желание, загаданное тогда под записанный на кассету бой курантов, сбылось? Как и должно было…

В отличие от прошлого откровенно проваленного нового года, когда к 2 часам ночи практически все уснули, а потом разъехались, в этот раз мы погуляли на славу, и веселье продолжалось аж до 8 часов утра!

Однако выспаться мне как следует не удалось, потому что 1 января я пошел к 5 часам вечера на день рождения к другу, результатом которого стал просмотр на домашнем кинотеатре фильма «Олигарх».

На следующий вечер, 2 января, у меня была встреча с бывшими одноклассниками, в числе которых были и те, с кем я не виделся с восьмого класса, то есть более 17 лет!

И наконец, вчера вечером я снова принимал гостей, заманив их к себе текилой и свежеприготовленным собственными силами обедом. Посидели славненько, и мои кулинарные труды в виде рассольника и запеченного мяса были оценены высшим баллом, а напоследок мы посмотрели «Восток есть восток».

Сегодня – день отдыха (ага, как бы не так… сейчас достирается белье, а его еще гладить, блин, надо!), а завтра – следующие гости. Утомительный праздник, этот ваш Новый Год…

Снегопад и немножко лирики…

31.12.2002, 16:44
Москва

Я ничего не имею против хорошего снегопада, как позавчера, с температурой -3°. Я также ничего не имею против крепкого 20-градусного мороза, как вчера. Но вот когда одно сочетается с другим, да еще и с порывистым северным ветром, как сегодня – здесь уж извините-подвинтесь! Я проклял все на свете, пока добрался из дома до рынка и обратно. Собственно, я сам виноват, оставив закупку продуктов к новому году на последний день. Но, уважаемая небесная канцелярия, нельзя же так издеваться над людьми!

 

Лирическое отступление

Вот и настали предпоследние сутки уходящего года. Это означает, что остатки зарплаты уходят на закупку продуктов, о существовании которых в природе как-то забывается в течение года, а у супруги начинается двухдневное заточение на кухне, чтобы прокормить толпы званных и не очень гостей в течение последующих двух недель. На спиртное деньги приходится вытаскивать уже из заначки, которая предназначалась на черный день. Вот уже в который раз подряд таким черным днем оказывается канун Нового Года. Кто бы мог подумать!

Новый Год – замечательное время, когда все диеты летят к черту, когда ничего больше не остается, как загадать желание похудеть, но только после 13-го января… в смысле, после 23 февраля… ну, имелось в виду после 8 марта… я хотел сказать, после лета… вот после 7 ноября точно! И какая сволочь придумала столько праздников? В свисающем поверх брюк в виде знака «бемоль» животе теперь еще и отчетливо проглядываются контуры печени. Интересно, а почему можно зашиться от спиртного, но нельзя зашиться от еды? От любой? Помнится, один американский фермер пытался приучить свою корову не есть. Опыт проходил исключительно успешно, и он уже почти приучил ее, но случилась такая неудача, она сдохла…

А жена тем временем с кухни в двадцатый раз просит вынести мусор. Такое впечатление, что примерно 80% из купленных продуктов уходит туда в виде картофельных очистков, яблочных огрызков, рыбьих хребтов, курьих костей, свиных рыл, шерстяных… стоп, это что? Честное слово, я не собирался выбрасывать нашего Котэ, он сам туда полез за очистками! А потом удивляемся, откуда берутся пирожки из котят.

Вот и 31 число подкралось незаметно, как всем известный сами знаете кто. К уже сидящему в печенках призыву «вынеси мусор» прибавляются новые: «пропылесось полы», «вымой ванну», «почини кран», «помой окно». И снова, как год назад, с пола исчезает сантиметровый слой пыли, и ты вспоминаешь, что у тебя уже, оказывается, давно не паркет, а ковролин. Ванна неожиданно оказывается белого цвета, а не коричневого. Кран, как выясняется, служит для того, чтобы останавливать воду, а не для музыкального сопровождения сна. И, в конце концов, ты с удивлением смотришь в окно, где вместо вечного тумана, оказывается, стоят другие дома!

Тем временем дорога к мусоропроводу проходится с закрытыми глазами, движения становятся заученными до неприличия, и карьера мусорщика больше не кажется столь отталкивающей. На улице начинает темнеть, к аромату елки, наконец-то, примешивается запах с кухни, и начинаешь понимать, что остаток зарплаты ушел не только в очистки, огрызки, ошметки и хребты. В который год подряд мы желаем друг другу «С лёгким паром», и из телевизора снова слышится знакомая до боли песня сифилитика: «Мне нравится, что Вы больны не мной…».

И вот уже белая скатерть расстелена на столе, и приходится применять всю смекалку, расставляя салатницы так, чтобы осталось еще место собственно для тарелок. К половине одиннадцатого начинают подтягиваться гости. Хозяйка получает 10-минутную амнистию из своего двухсуточного заточения, чтобы поздоровкаться с гостями и чтобы муж вспомнил, как она выглядит. А ведь неплохо выглядит, черт побери… И вдруг понимаешь, что без этого человека Новый Год в лучшем случае превратился бы в обычную попойку с пересоленными пельменями в виде закуски…

Хозяйка садится за стол, и впервые за последние двое суток она может оглянуться по сторонам. Обычно первый тост всегда пьют за уходящий год. А я всегда пью первый тост за тех, кто превращает новогоднюю ночь в праздник. И черт с ними с бемолями, диезами и прочими скрипичными ключами. Сначала за наших драгоценных женщин! С вами невозможно жить, вы – чокнутые создания, вы не от мира сего, понятие «логика» для вас не существует. Но мы вас любим – может быть, именно за всё за это. За вас, любимые наши жены, невесты, сестры, мамы, бабушки, тещи, свекрови, дочки и просто подруги. Спасибо вам за то, что вы есть!

Шампанское нóлито, стрелки подходят к 12-ти. Президент, в очередной раз пообещав кого-то где-то замочить, произносит такие долгожданные слова: «С Новым Годом, дорогие россияне!» Пять… Четыре… Три… Два… Один… Бой курантов звучит, как музыка детства. В Новый Год мы все вновь становимся детьми. Мы хотим побыстрее лечь спать, чтобы ночь скорее промчалась, и, проснувшись утром, мы увидели подарки под елкой. Но звон бокалов возвращает нас к реальности. И мы снова готовы клясться в том, что станем лучше, что похудеем, что будем мыть ванну хотя бы 2 раза в год, что будем дарить нашим женщинам цветы не только в день рождения и день свадьбы, что, в конце концов, будем просто ЛЮДЬМИ! С Новым Годом!