Крым-2003: параллельный взгляд

© Irina S.

Скромные трудовые будни.

Где-то в самом начале месяца июня или того пуще – в конце мая я совершала очередной трудовой подвиг, а именно – работала за четверых, разгребая денно и нощно матрёшек, брелки, платки и фарфоровых кукол, без выходных, праздников и перерывов на обед. Сын Артём с мая находился на попечении бабушек и дедушек, потому мне ничего не мешало слиться в экстазе с работой.

Следовало признать, что состояние экстаза несколько затянулось, потому как мне всё чаще и чаще хотелось прилечь поспать прямо в метро или в булочной, стоя в очереди за обеденной плюшкой, а то и (особенно часто) – прямо на рабочем месте. Вторым тревожным звоночком стало появившееся безудержное желание ругаться матом, как коллеги-мужчины, в ожидании припозднившегося поставщика. Начальство в ответ на просьбы снять с меня часть нагрузки вежливо улыбалось и согласно кивало головой, как китайские болванчики. Время шло, нагрузка не уменьшалась, а спать хотелось всё сильнее…

Наконец, победно упав в метро в глубокий обморок (10 минут!!! Мой личный рекорд!!!), разорвав при этом любимые брюки и вымазавшись, как бомж, я поняла, что так жить нельзя. В тот же день я ушла в «творческий отпуск», пообещав зализать раны, зашить брюки и найти за время отпуска пару-тройку новых поставщиков. Ну да, ну да… как бы не так!

Я честно собиралась ничего не делать. Лежать на диване, смотреть телевизор и плевать в потолок косточками от черешен. Кошелёк приятно грела денежная заначка, дитё было пристроено и безумно счастливо в деревне, одним словом – чУдная, славная, холостяцкая жизнь, наполненная походами по магазинам, расписыванием нового стула, болтанием с друзьями и поеданием всяких вкусностей.

Одно маленькое дополнение – побездельничать я собиралась ровно месяц. Потом намеревалась резво найти новую работу и, соответственно, на неё выйти. Чтобы к концу августа уже втянуться в рабочий ритм и привезти ребёнка. И вот я уже во второй раз на этой странице говорю – ну да, ну да… как бы не так!

Змей-искуситель.

Однажды тихим июньским вечером я обнаружила в необъятной паутине интернета некоего Виктора… За первые два дня виртуальных асечных разговоров мной был потрачен недельный интернет-трафик. Ну да бог с ним, с трафиком, главное, что собеседник оказался весьма интересен. Обсудив прочитанные книги, фотоаппараты, некие тонкости футбола и сбора грибов, прочитав пару отчётов о футбольных поездках и просмотрев несколько десятков присланных фотографий, я стала склоняться к мысли, что и правда – есть ещё в интернете люди, с которыми можно приятно поговорить не только на темы типа «Что ты думаешь о групповом сексе?»

Одним словом, только я расслабилась, как на третий день разговоров, почти сразу после грибных воспоминаний, ровно в 1:05 (бред, полночный бред…) мне был задан вопрос – поеду ли я с ним в Крым?

Хм…. Как говорится, тут и сел старик!

Есть такое мнение, что человек перед своей смертью, словно как при быстрой перемотке киноплёнки, видит всю свою жизнь. У меня произошло что-то похожее, с той лишь разницей, что за последующие секунды я мгновенно оценила все плюсы и минусы этой поездки, а также возможность сего безумия для моего мирного и размеренного существования, и выдала утвердительный ответ. Типа, да, поеду.

Может показаться, что я согласилась без раздумий. Но если мы вернёмся к первоисточникам, то увидим, что думала я целую минуту, причём, очень серьёзно! Видимо, к этому меня приучила моя сумасшедшая работа, когда надо было за пару секунд принять решение – берём мы 15 ящиков бересты или нет, зная, что береста нужна позарез, а денег на её оплату нет, и прокричать ответ нервничающему поставщику. Так или иначе, ответ я прокричала (читай – простучала на клавиатуре). И Виктор, почему-то, совсем не удивился. Или удивился, но чуть-чуть… Не будем столь скрупулезно вникать во все эти тонкости, кто как удивился и удивился ли вообще. Скажу только то, что мысли об авантюрности друг друга у нас в тот момент были наверняка взаимными…

Только потом были выяснены такие мелочи, как куда, когда и сколько стоят путёвки. И уж совсем «потом» – отосланы мои дополнительные «ответные» фотографии.

После всего этого я стала чувствовать, что мой отпуск несколько затянется… Ещё на пару месяцев. Появилось отчётливое чувство, что именно в Крым мне и нужно было съездить этим летом, и именно для этого дела припасена денежная заначка. И раз уж всё так удачно складывается, то почему бы мне действительно не поехать? Хотя, с другой стороны, надо было искать работу… Если б Виктор знал, какую титаническую мозговую работу я провела в те дни, он бы с ужасом забрал своё предложение обратно.

Хотя… ничего бы у него не вышло. Потому что мой измученный матрёшками организм требовал перемену обстановки и приятную компанию. Искушение было слишком велико.

Свидание вслепую.

Спустя где-то дней 10 или вроде того пришла пора покупать путёвки. Честно говоря, с каждым днём ситуация всё больше и больше напоминала мне какой-то анекдот, который вертелся в голове, но никак не вспоминался… Не менее анекдотично прозвучала фраза Виктора, когда он приглашал меня поехать выкупать путёвки: «Заодно и познакомимся». Сие было недалеко от правды, потому как из всех фотографий некий образ, конечно же, вырисовывался, но часто люди бывают совершенно не похожи на себя самих… Особенно авантюристы!

Но на это обстоятельство я мало обратила внимания, так как накануне случилось совершенно замечательное событие, которое мы самым тщательнейшим образом отметили в кругу своих друзей и знакомых – мой официальный развод. Эта муть наконец-то закончилась, а вместе с ней – вся бумажная волокита, куча убитых намертво нервных клеток и прочего, прочего, прочего. Поэтому, малость помятая и с лёгким похмельем, я понеслась на встречу с человеком, о котором я знала только то, что он будет в шортах и с разбитым коленом.

Свои первые впечатления я оставлю при себе. Скажу только, что каким-то чудом были куплены и билеты на поезд, и путёвки. И в билетах даже была нижняя полка (вообще великая роскошь в разгар сезона!).

А потом было ожидание отъезда, переживания насчёт плохой погоды и лечение кучи болезней, просто набросившихся на меня буквально ниоткуда. Сто лет не болела ничем, кроме ОРЗ, а тут вдруг умудрилась подхватить невообразимой красоты «букет» всяких болячек. Последним аккордом стала ангина, неожиданно подкравшаяся ко мне буквально за три дня до отъезда. Ангиной мне раздуло шею так, что я стала похожа на индюка. Врач категорически кричала и топала ногами в ответ на мои робкие вопросы «А когда мне можно будет купаться?» и говорила, что меня спасёт только строгий режим антибиотиков, и никаких поездок!

Но авантюрный настрой уже был неистребим, и я, запасшись кучей лекарств «на всякий пожарный» и прихватив с собой медицинский полис, двинула на вокзал.

Корзина, картина, картонка…

Поездка началась не очень удачно. Во-первых, в метро я порезала палец и минут пять боролась с желанием организма упасть в обморок. При этом я держала сумки, а со всех сторон напирал народ. Во-вторых, я забыла дома на столе вкуснейшие груши, дальнейшая судьба которых мне виделась предельно ясно – тухнуть, тухнуть и тухнуть… В третьих, меня, как всегда, принесло на вокзал раньше времени, и я стояла и нервничала – а там ли я вообще стою, а этот ли поезд, и почему, вообще, не отвечает у Виктора мобильный телефон???

Впрочем, скоро все проблемы разрешились в одно мгновение, потому что я увидела… чемодан. При виде этого красно-синего чудовища мне захотелось немедленно прикрыть ногами свои скромные сумочки, мол а это вообще не мои вещи… В голову сразу полезли мрачные мысли: «А не мало ли я взяла с собой вечерних платьев? Может, надо было всё-таки взять своё любимое норковое манто? На случай каких-нибудь особенных холодов…» Но, взяв себя в руки, я решила, что в самом крайнем случае, попрошу телеграфным переводом денег у подруги и куплю манто уже на месте.

Совершенно естественным в такой ситуации оказалось то, что ехать нам выпало в 13-м вагоне. Милый молодой человек в лице проводника радостно заявил, собирая билеты, что у нашего вагона есть один минус, зато и один плюс (ну надо же!). Интересоваться подробностями было страшно, но необходимо… Так же радостно проводник нам поведал, что чая в нашем вагоне не будет за неимением бойлера, зато у нас есть кондиционер! И не обманул – всю дорогу Виктору приходилось ходить за кипятком в соседний вагон, рискуя пролить кипяток себе на ноги и на головы копошащихся под ногами детей. Забегая вперёд, скажу, что за время пути ни один ребёнок не пострадал.

Кондиционер работал. Иногда даже очень активно… Из подушек и одеял летели пух и перья, поэтому когда Витя начинал гнездиться на своей верхней полке, он напоминал Матушку-Метелицу, любовно высевавшую снег на головы живущих внизу горожан.

Первая половина пути была немного скучновата. По традиции был проведён торжественный путевой завтрак, больше напоминавший обед, с обязательными варёными яйцами, помидорами и бутербродами с колбасой. Прочитаны и ехидно прокомментированы висевшие в коридоре «Правила» для пассажиров. Осмотрены из окна дождливые окрестности с гаданиями – как там с погодой в Крыму? Витя предусмотрительно захватил распечатку художниковских «тихих и лирических повестей», которая изрядно нас повеселила.

На всех остановках Витя развлекал меня тем, что пытался купить фотоплёнку. Но наш поезд по какой-то непонятной причине упорно отказывался прибывать на первый путь, посему фотоплёнка была куплена только в Феодосии.

По вагонам бродили дядьки с кошельками (на продажу), тетки с мороженым и газетами. На остановках продавали стандартный вокзальный набор – семечки, пиво, рыба, лимонад.

На подъездах к Украине всем раздали бумажки, которые оказались чем-то типа таможенной декларации. Их надо было заполнить РАЗБОРЧИВО, что оказалось весьма сложно сделать во время движения поезда. Витя по-пионерски справился с этим заданием первым, после чего все остальные обитатели купе послушно, как несчастные двоечники, переписали у него по образцу и подобию.

День близился к завершению…

…Как умру – похороните на Украйне милой…

Не знаю, почему, но эти строчки вертелись у меня в голове с того самого момента, как мы въехали на территорию Украины. Мой мобильный телефон радостно пропищал приветствие, мол «Ура-ура, приветствуем Вас на Украине! Ваш международный роуминг заработал в полную силу». Вообще, за всё время пребывания в Крыму мой телефон просто отлично держал сеть, и не было ни одного места, где с МТС были бы какие-то проблемы. Надо заметить, что даже в моей родной квартире (пардон, в районе туалета) сеть держится просто отвратно…

Таможенники оказались усталыми дядьками, довольно быстро прошедшими по вагонам и проштамповавшими заполненные нами бумажки.

Примерно сразу же после этой процедуры весь вагон погрузился в повальную спячку. Завтра утром – Крым!

Утро началось под бодрые крики денежных менял: «Гривны! Рубли! Доллары!». В вагоне изрядно прибавилось людей, предлагавших жильё и такси до места отдыха. Буквально каждые пять минут приходилось говорить: «Нет, спасибо», «Нет, не нужно». Витя приобрёл газетку, в которой отдельным пунктом в содержании были «интимные услуги» – что, где и почём за каждый вид услуг. Всё для блага отдыхающих!

Но особенно повеселил нас один дядечка. Тихо приоткрыв нашу дверь, он как-то изящно внедрил свою голову в образовавшуюся щель и интимно так, с придыханием, спросил: «Вам уже предлагали?». Повисла пауза… Я искренне решила, что вот оно – ТЕ САМЫЕ услуги, прямо с доставкой в купе. Смущало только то, что Вити в тот момент в купе не было, соответственно, «услуги» исключительно для женщин… Любопытство пересилило природную скромность: «Простите, ЧТО предлагали?» Ответ был прост и незатейлив, как сам дядька. «Машину…» – ответил он, немного смутившись. Видимо, нездоровый блеск в глазах трёх женщин его немного испугал.

Дальше ехали уже почти без приключений.

И вот наступил тот самый волнующий момент, когда все тапки и спортивные штаны уложены обратно в чемоданы, очки от солнца водружены туда, где им и полагается быть, еда съедена, бельё убрано. Народ из купе вывалился в коридор. Окна открыты почти что настежь, а там… солнце, солнце, бесконечное солнце! И голубое небо, такое же бесконечное! И женщины с табличками «Жильё у моря»! И бабушки с вёдрами яблок! И босоногие дети в одних только шортах и с выгоревшими волосами! И такое острое предвкушение чего-то необыкновенного, как в детстве, когда на Новый год ждёшь подарков.

Всё. Приехали!

Абсолютно голубой день.

Первым делом решили сдать багаж в камеру хранения. Витя ещё в поезде вычитал в газете, что из Феодосии в час дня ходит до Коктебеля теплоход. Время до отправления решили использовать по прямому назначению – исследовать окрестности. Оставив в камере хранения все сумки и чемодан, мы налегке отправились на прогулку. Лично меня поразил Феодосийский пляж – буквально в трёх метрах от железной дороги уже начиналась набережная. Ещё в паре-тройке метров дальше – сам пляж. Людей было полно, солнышко по-настоящему припекало, и мы сразу же пожалели, что оставили все пляжные принадлежности в багаже.

Ещё мы были немало удивлены тем, что все машины пропускают пешеходов. Где бы ни взбрело вам в голову перейти проезжую часть, можно было не сомневаться, что машины остановятся и терпеливо пропустят вперёд. Совершенно невероятное явление!

Через некоторое время выяснилось, что теплоходы уже давным-давно не ходят и придётся добираться на такси. На поиски которого мы и отправились.

Тут у меня начались неприятности. Ремешок у новых кожаных шлёпанцев натирал мне ногу. В поезде всё было нормально, а вот тут процесс пошёл. Надо было вернуться и переобуться во что-то более удобное, но день был таким замечательным, город – полным неожиданностей, что было лениво возвращаться из-за такого пустяка. Так я и ковыляла по Феодосии, словно раненый боец. Когда наконец-то нашли таксиста и загрузились в салон автомобиля, я первым делом достала свой заветный чемоданчик и начала бинтовать ноги. Появилось и первое осознанное желание – как только приедем в Коктебель, я сразу куплю себе нормальные шлёпанцы!

Ехать было недалеко, примерно с полчаса. Пейзажи по обеим сторонам дороги были просто потрясающими! Выгоревшая степь, виноградники, на горизонте – горы, и надо всем этим – голубое бездонное небо. Не сине-линялое, как обычно бывает летом в Москве. А именно насыщенного голубого цвета, как краска из акварельного набора «Ленинград». И стрёкот кузнечиков, хорошо различимый даже за автомобильным шумом.

Вити в салоне уже не было. Он был весь там – на пару километров впереди, уже в Коктебеле.

Остановились прямо у пансионата. Дотащили вещи до второго корпуса. Витя пошёл решать вопрос с поселением. Я рухнула на кресло – стёртые в кровь ноги устроили забастовку. Порадовала надпись прямо над входом – «Регистратура». Ну да, это прямо для меня, больного человека, как по заказу! Всё поселение заняло буквально пять минут. Ещё пять Витя бегал и выбирал номер. После чего мы на лифте поднялись на третий этаж.

Ну что я могу сказать… Типичный совковый номер. С люстрами, висящими вкривь и вкось, щелями у дверных косяков, сломанными тумбочками и сто лет не крашеными балконами. Но зато там был холодильник! Он почему-то особенно меня порадовал. И вид с балкона – буквально в минуте ходьбы от корпуса было оно – море! Тоже синее-синее и бесконечное! И горы вдали – в голубой дымке.

Ещё была горячая вода. Всегда. Это тоже приятно радовало. Однако радость наша была преждевременной. После того, как Витя всласть поплескался в душе, мне уже можно было не утруждать себя залезанием в эту душевую ёмкость. А принимать ванну, сидя на полу. Вода самым чудесным образом стекала из душа прямиком на кафель. Шторок там тоже не было, поэтому хлюпанье под ногами было весьма ощутимым. Результатом переговоров с администрацией стало наше переселение этажом выше. Там уже ничего не хлюпало, но отваливались дверцы у тумбочек и кафельная плитка со стен.

Вите понравилось переезжать. Он что-то там говорил про возможность ещё раз пойти к администрации и уж тогда абсолютно точно переселиться в люкс. Но мне не терпелось наконец-то выйти в город, осмотреть окрестности и купить шлёпанцы.

Витя тоже был чем-то недоволен в своей обуви. Поэтому в первую очередь мы направились покупать тапки. Первый же киоск оказался обувным! Там мы выбрали себе по паре. Поразили цены – значительно ниже московских. На радостях такой халявы я купила себе небесно-голубые, как крымское небо, мягкие замечательные шлёпанцы. Витя же пошёл ещё дальше – он, видимо, решил позаботиться о своём здоровье и купил тапки с пластиковыми мини-шипами на стельке. Типа это очень полезно – при ходьбе происходит массаж всех биологически активных точек стопы. Забегая вперёд, скажу, что впоследствии нам очень хотелось тёмной ночью спалить этот киоск вместе со всеми «замечательными шлёпанцами». Потому как они абсолютно ничего не массировали, а упорно натирали всё те же биологически активные точки при ходьбе. Витя в своих ходить вообще не мог… Только на следующий день мы, проходя по какой-то маленькой улочке, купили себе по паре чудных, простых и милых тапок. Мои стоили всего 8 гривен, против тех 38. Именно в этих шлёпанцах я и проходила почти весь отпуск.

Решены жилищные и обувные проблемы, пора было и подкрепиться. И мы направились в столовую. Столовая поразила своими размерами и чистотой. Столики на четверых, скатерти, салфетки, расставленные столовые приборы. Питание заказное, официантки всё приносят сами. Размеры порций тоже впечатляли. Съесть всё было просто невозможно (по крайней мере, для меня), поэтому большая часть моей порции все 12 дней отправлялась прямиком на съедение Виктору. Единственным минусом было довольно отвратное вино, которое давали каждый ужин. В первый день мы его выпили почти что залпом, но потом, отведав всяческих «Мускатов», больше не притрагивались. Вскоре придумали себе дополнительное развлечение. На столовых приборах – ножах, ложках и вилках зачем-то были выбиты цифры. Побеждал тот, чья общая сума цифр была больше. Почему-то везло всё время Виктору… Единственный раз я чуть было не победила с огромным отрывом, когда обнаружила на своём ноже номер «333». Но Витя заявил, что ничего подобного, что чеканщик был пьян и это просто тройка. Вот так всегда… мало того, что буквально был вскормлен на моих порциях, так у него ещё и все ножи краплёные.

Естественно, сходили на пляж. Я не рискнула купаться, т.к. ангина ещё давала о себе знать.

В тот же день были обследованы окрестности пансионата, Виктор провёл меня по местам «боевой славы», зашли на рынок, прошли мимо улочки, где они когда-то снимали домик. Впоследствии каждый раз, когда мы здесь проходили, Витя хитро спрашивал: «Я тебе, наверное, ещё не рассказывал, что вот именно здесь мы снимали домик?»

Вечером, прямо с пляжа, стихийно рванули на теплоходную экскурсию мимо Кара-Дага. Лично меня она совершенно не впечатлила, так как было довольно холодно, дул ветер, солнце светило прямо в глаза, и Кара-Даг был виден как одно огромное чёрное пятно. И вместо того, чтобы наслаждаться красотами природы, я то и дело озабоченно щупала свою шею и волновалась, как бы мои мурашки не переползли на сидящих рядом пассажиров.

Вечером вернулись в номер ужасно усталые. Только-только я подумала, как хорошо бы сейчас прилечь, в тишине и покое, как с улицы раздались свершено невозможные громкие звуки. Словно это трубил какой-то сумасшедший слон. Звуки не шли ни в какое сравнение с какофонией, которая доносилась с набережной. Как выяснилось, это трубило из городка аттракционов, который находился рядом с нашим корпусом. Впоследствии каждый вечер начинался этими звуками. И когда однажды мы вдруг их не услышали, то не на шутку разволновались, а не случилось ли чего?

Сон пришёл сразу. Мгновенно.

Маньяки наступают.

Следующий день прошёл в ленивом полёживании на пляже и поедании всяких вкусностей. Именно тогда впервые были опробованы шашлыки из мидий, которые Витя обозвал шашлычёночками. И действительно, на шашлык эта жалкая палочка как-то не тянула… Ничего так. Вкусно. Правда, однажды я увидела, как из одной мидии что-то торчит. Наивно полагая, что это какой-нибудь укроп, я поделилась наблюдениями с Витей. Ответ лишил меня всякого аппетита: «Это не укроп. Это они такие внутри». После этого есть мидии с их жуткими внутренностями мне немножко расхотелось…

Неожиданно возникла проблема с минералкой. Она вся была невкусная – солёно-кислая. В изобилии было мороженого. Но мы так наедались в столовой, что на мороженое мой организм только смотрел – есть не было сил.

Кстати, о столовой. Придя на завтрак, мы обнаружили за нашим столом нового соседа. Через пять минут после того, как мы с ним поздоровались, нам показалось, что с ним, мягко говоря, что-то не то… Он ничего не ел, ковыряя еду вилкой, задавал какие-то вопросы совершенно невпопад, и так тихо, что казалось, будто бы он разговаривает сам с собой. И не сводил глаз с Виктора. Просто буравил его своим взглядом. Я сначала подумала, что… ну… бывают такие мужчины, которые не буравят взглядом женщин…. Но потом стало ясно, что тут всё намного хуже – человек был словно немного невменяем. Мы его сразу же окрестили Маньяком. Следующие 4 дня мы старались съедать всё как можно скорее. Я просто автоматически весь обед смотрела на входную дверь. Как только там появлялся Маньяк, мы старались поскорее дожевать всё оставшееся и убежать. Как потом выяснилось, товарищ прибыл из Германии. Пожалуй, я всё-таки ещё раз хорошенько подумаю, прежде чем ехать на Рождество к Оле в Кёльн…

Отдельно нужно сказать о рынке, на который мы пошли в поисках ножа для резки дыни. Это зрелище не для слабонервных. На довольно небольшой территории было такое нагромождение всяких вкусностей, что пройти мимо, ничего не купив, было просто невозможно. Дыни по гривне за штуку, отборные помидоры тоже по гривне, груши – по две-три и персики, персики, кругом персики!!! Винные ряды – это отдельный разговор. Бесконечные бутылки всех форм и размеров. Если ходить и дегустировать у каждого прилавка, то на своих двоих до пансионата можно и не дойти, поскольку наливали везде и всего, чего душа пожелает. Просто так, на «попробовать». Когда я увидела свой любимый «Белый мускат красного камня», мне стало плохо. В Москве он стоит 500 с лишним рублей. Там же – меньше 80… Естественно, купили. И ещё литровую бутылку вина на разлив, с приятным шоколадным привкусом. Если бы я знала, что на обратном пути нас будет встречать Витин друг, я бы прикупила гораздо больше всего этого великолепия…

А ещё прямо на нашей набережной было совершенно необычайное место, где каждый вечер торговали тортиками домашнего производства. Каждый день в пять часов вечера приходили женщины и выставляли их на продажу. Торты были разные и на любой вкус – и со сгущёнкой, и с медовым кремом, и со сливочным, и со всякими фруктами-орехами. Это была целая улочка, маленький рай для любителей сладкого. Пару раз мы тоже покупали по куску торта, но столовая сделала своё дело – куски в меня совершенно не лезли.

Есть!!! Первая НАСТОЯЩАЯ экскурсия.

А вечером мы поехали на вторую экскурсию к подножию Кара-Дага. Надо же было сохранять традицию – с первого раза у нас ничегошеньки не получалось. Если в первый раз мы просто проплыли туда-сюда, то на этот обещалось более близкое «подплытие» к подножию вулкана, заход в Золотые ворота и купание прямо там. И, надо сказать, мы не прогадали!

Началось всё с того, что мы опаздывали на катер. По набережной неслись, как сумасшедшие, едва не сшибая людей. Прибежали за минуту до отправления – уфффф, успели! Как оказалось, посадка только-только началась, катерок был небольшой, и народу тоже было мало. Загрузились. Подивились мастерству парнишки-экскурсовода, который лазал по катеру, как муха по потолку – прямо над водой, по узким-узким бортам. Поплыли.

Экскурсия была потрясающей! Во-первых, была очень камерная атмосфера. Складывалось такое ощущение, что экскурсовод рассказывает всё лично тебе. Катер проплывал очень близко от берега, можно было рассмотреть всё в подробностях. Я просто балдела от видов! Экскурсовод что-то там рассказывал про названия бухт, скал, уступов и т.п., но я ничего из этого не запомнила. Было настолько красиво, что совершенно не хотелось напрягаться и запоминать все эти названия. Из всех органов чувств у меня работало только одно – зрение. Воспринимать информацию ещё и на слух – это значило чего-то не увидеть. А смотреть было на что! Во-первых – это краски. Горы – серо-розовые, подсвеченные солнцем. Причудливые выступы, чайки, гордо стоящие на одиноких камнях, вода, менявшая свой цвет от изумрудно-синей до свинцовой, стайки маленьких белых медуз, поверхность гор – всё это было просто потрясающе красиво! Только когда подплыли почти вплотную к горам, ко мне вернулся слух.

Экскурсовод был в ударе. Размахивая руками, он оживлённо рассказывал историю за историей, легенду за легендой. Особенно всех порадовала история о Бухте Молодожёнов. Очень лирично он начал рассказ, про то, что если молодожёны хоть раз искупаются в этой бухте, издали напоминающей небольшой бассейн, то они всегда будут жить мирно и счастливо. Правда, потом добавил, хохотнув, что один из экскурсантов продолжил эту историю так: «…всегда будут жить мирно и счастливо. Только раздельно!» Чудненько!

Совершенно незаметно подплыли к Золотым Воротам. Естественно, нам рассказали очередную байку. Оказывается, если в тот момент, когда катер проходит внутри Золотых Ворот, бросить монетку так, чтобы она ударилась о скалы, и загадать при этом желание, то оно обязательно сбудется. Народ начал лихорадочно рыться по карманам и кошелькам. Ну, естественно, я не могла не воспользоваться моментом и не зашвырнуть чего-нибудь в море. Моя монетка полетела едва ли не первой. Звяк! И упала в море. Есть!!!!! Будем ждать…

Потом было купание прямо у Ворот. Мы не соблазнились. Я – по причине трусости, Витя – по причине отсутствия плавок.

Обратно плыли очень довольные. Задали несколько вопросов экскурсоводу по поводу возможности проникнуть во все эти бухточки, мимо которых мы проплывали. Очень хотелось туда попасть, но как оказалось – надо было брать разрешение в лесничестве. Ещё можно было пройти туда в составе экскурсии по Кара-Дагу. Мы сразу же взяли это на заметку.

Когда плыли обратно, было тоже очень красиво. Солнце уже опускалось за горную вершину, море было какого-то невероятного цвета плавленого золота. А Кара-Даг наоборот – темнел на глазах, превращаясь в огромную серо-фиолетовую каменную глыбу. Витя не сводил глаз с Сюрю-Кая. Несложно было догадаться, о чём он грезил.

Лучше гор может быть только пляж.

18 августа мы решили совершить тренировочный поход – подняться на гору Волошина. Впереди ожидалось ещё более серьёзное восхождение – Сюрю-Кая, поэтому это восхождение таковым даже не называлось. Так – горная прогулка. Взяв рюкзак и бутылку воды, отправились в путь. Сначала по набережной, до конца посёлка, потом – вдоль нудистского пляжа. Вода была выпита почти сразу. Солнце жарило вовсю. Как только подъём стал более крутым, идти стало ох как тяжко! От нагретой земли поднимался жар, сверху тоже нещадно палило. И ни единого дуновения ветерка. Кое-как я доползла до вершины. И вот только там в полной мере насладилась прохладой. То, что надо было принести от моря камушек и положить его на могилу Волошина, мы узнали только на следующей экскурсии, а потому просто побродили там и поснимали окрестности. А поснимать там действительно было что! Внизу виноградники, весь Коктебель как на ладони, длинная полоса пляжей, изумрудная вода. Красота!

Потом спустились в Тихую Бухту. Мнения о ней у нас с Витей разделились. Мне там понравилось намного больше, чем на нашем пансионатском пляже. Наверное, тем, что там было удивительно тихо и почти безлюдно. Можно было лечь на песок и просто спать. Витя же что-то бурчал насчёт этого вездесущего песка, который лезет куда надо и куда не надо.

Совершенно разомлев, я стала тихонько продвигать идею о том, что, может быть мы не пойдём на обед, а останемся тут? Но, видимо, Вите не терпелось поскорее увидеть Маньяка, и он всё-таки потащил меня по направлению к пансионату. На наше счастье мимо проезжал какой-то маленький и дребезжащий автомобильчик, и водитель доставил нас прямо на место.

Оставшуюся часть дня мы валялись в номере и занимались тем, что… мерили температуру моим электронным градусником. Вите чего-то поплохело. Мне тоже, потому как у меня сгорели коленки. Поэтому мы, как два пенсионера в санатории, лениво размешивали смекту, пили жаропонижающее, я – свои антибиотики и тавегил. Подбивала Виктора нарисовать температурный график и вывесить его в изножье кровати. Почему-то идея осталась невоплощённой… А жаль.

…Ничего против вас не имею,
Но свернуть я вам вынужден шею…

Следующие два дня мы вели себя прямо-таки как образцовые отдыхающие – совершали покупки. Я решила, что пора бы заняться тем, ради чего я, собственно, сюда и приехала. А именно – поеданием дынь. Великолепных, сочных, тающих во рту, ароматных медовых дынь! Радостно прискакав на рынок, мы выбрали дыньку и так же радостно поскакали в номер в предвкушении её сочности и медовости. Через минуту после того, как мы её разрезали, энтузиазм наш немного приутих. Дыня оказалась совершенно несъедобной – зелёной и тугой, как резина.

Витя начал рваться в бой. Ему срочно понадобилось поскакать опять на этот рынок и надеть дыню на голову горе-продавщице. Мне стало страшно. Во-первых, за продавщицу. А во-вторых, за то, что миролюбивый ход нашего отпуска может быть нарушен сидением Вити в местной тюрьме и моим ношением ему передачек. Пришлось собираться и идти следом за ним, ноя и стеная о миролюбии и смирении.

Дыню никуда надевать не пришлось. Продавщица оказалась прозорливой и как только увидела Витино доброе и милое выражение лица, сразу же предложила две любые дыни на выбор, совершенно бесплатно. Гордо выбрав дыни, мы так же гордо удалились. По пути купили ещё кучу всякого разного и, нагруженные, вернулись в номер.

Стоит ли говорить, что эти дыни оказались не намного лучше их несчастной предшественницы… Витя сдался быстро. А я, видимо, ещё по инерции, продолжала грызть эту зелёную мякоть, делая вид, что не всё так плохо и ЭТО даже вполне можно есть…

Вечером решили немного приободриться и поиграть в бадминтон. Купив ракетки и воланчик, двинули на спортивную площадку. Первым разочарованием было то, что все площадки с сетками были закрыты. Пришлось шагать на бывшую танцплощадку и играть там. Не проиграв и часа, игру мы скоропостижно завершили. При очередном замахе Витина ракетка переломилась прямо в воздухе…

Вот тут мне стало по-настоящему страшно. Я нисколько не сомневалась, что Витя сейчас пойдёт и разнесёт пол-Коктебеля вместе с этими проклятыми обувными и «ракеточными» палатками, прихватив заодно и часть рынка. Но обошлось. «Битва гигантов» закончилась вничью. Мило побеседовав и выслушав аргументы друг друга, стороны разошлись, так ни о чём и не договорившись.

С горя был свершён поход в библиотеку. Конечно, туда я не могла не зайти! Но… читать чего-то не очень хотелось, поэтому я вполне удовлетворилась книгой «Трое в лодке, не считая собаки», главным преимуществом которой было то, что её можно читать, открыв наугад на любой странице.

На следующий день нас ждала первая большая экскурсия. Вставать нужно было рано – в 7 часов отправление, а до этого нам надо было ещё позавтракать.

Первый блин, естественно, комом.

День не задался с самого утра. Прискакав утром к кафе, где мы накануне договорились с официанткой, что нам утром приготовят завтрак, обнаружили полное отсутствие и людей, и завтрака. Официантка спала. Пришлось срочно её будить, так же быстро жевать яичницу и бутерброды и потом нестись с бешеной скоростью к автобусу. По пути развалился наш пакет со всякими тапками, орешками и прочей ерундой. Так, с бутербродами в зубах и с ерундой в руках мы и подбежали к автобусу.

Как оказалось, торопились мы совершено зря. Ещё 40 минут мы ждали неких Романовых. Через 20 минут стало понятно, что им лучше вообще не появляться, так как в автобусе стало назревать поистине народное волнение. Так и не дождавшись этих представителей царской династии, мы отправились в путь. Дорога предстояла долгая. Обратно мы должны были вернуться примерно в 23 часа. Ехать было очень приятно и комфортно. Откинувшись на спинках сидений, мы слушали экскурсовода – милейшую женщину с приятным голосом. Витя сразу окрестил её «Тётя Валя» в честь незабвенной ведущей программы «В гостях у сказки».

Дорога бежала, один рассказ «Тёти Вали» сменялся другим. Когда она на время закончила своё повествование, мы достали орешки и тетрадку, чтоб играть во всякие «Морские бои». Совершенно незаметно пролетели три часа пути.

Часть пассажиров сладко спала, когда вдруг раздался жуткий грохот. Мне показалось, что грохочет где-то прямо под моим сиденьем, и что в следующую секунду я катапультируюсь. Автобус остановился.

Через некоторое время выяснилось, что у автобуса отвалился кардан. По асфальту тянулся чёрный масляный след, вокруг были только поля и немногочисленные деревья. Жарко, уже немного хочется есть, душа жаждет экскурсии и впечатлений.

Вот чего-чего, а впечатлений мы в тот день получили вволю. Экскурсовод связалась по мобильному с турфирмой, где нам пообещали прислать автобус, часа через три. Всё это время народ развлекал себя как мог. Лично я ударилась в плетение венка. Также был найден и беспощадно сфотографирован жёлтый гигантский паук. От скуки я начала ползать по кустам и обнаружила там совершенно потрясающие ветви. Они были сплошь покрыты ярко-оранжевым лишайником. Причём сами ветви имели весьма причудливый вид – изогнутые и с шипами. Они выглядели просто фантастически. Загубленный во мне икебанист вяло, но ощутимо, зашевелился…

Прошли обещанные три часа. Автобуса не было. Люди потихоньку начинали звереть. Кое-кому удалось уехать обратно на попутных машинах. У некоторых просто не было с собой денег, чтоб ловить машины на обратный путь. Экскурсовод как могла, всех утешала, но это уже не успокаивало. Наоборот, хотелось срочно пойти и кому-то набить морду лица. Таких желающих оказалось довольно много.

Когда же выяснилось, что никакой автобус за нами и не думали высылать, обстановка накалилась до предела.

Ситуацию спас рейсовый автобус, ехавший в нужном нам направлении. Водитель с изумлением следил за тем, как мокрые и злые люди штурмуют его салон. На нём и доехали до Коктебеля.

Но нам было мало! Нет бы тихо пойти домой, поспать там, помыться… Мы же первым делом рванули требовать деньги за несостоявшуюся экскурсию. Поохав и поахав, деньги нам все же вернули. И вот теперь – нет бы действительно успокоиться и пойти уже наконец-то в номер. Как бы не так! Мы, посовещавшись, решили всё-таки съездить на эту экскурсию ещё один раз, и отправились покупать новые билеты, уже на другое число. Там вошли в наше положение и продали второй билет как «детский», со скидкой в несколько гривен. Что дало Вите богатую пищу для глума на тему «Отцов и детей».

Вот таким форменным обломом закончилась первая «самая сложная, но очень интересная» экскурсия, как нам её активно разрекламировали в турагентстве. Но мы уже поняли, что с первого раза у нас ничего не получается, поэтому надежда, естественно, и не думала умирать. И, припрятав подальше заветные билетики, мы отправились на ужин.

…И горы встают у него на пути
И он по горам начинает ползти…

И вот наступил великий день – 22 августа. Именно сегодня должно было совершиться то самое, ради чего сюда и приехал Витя (по крайней мере, такова была его официальная версия), а именно – подъём на Сюрю-Кая. В далёком 1979 году, когда я о горах знала только то, что по ним ползал добрый Доктор Айболит, Вите уже посчастливилось туда подняться вместе с отцом. Потом, спустя несколько лет, была ещё одна попытка, которая так и завершилась ничем у самого подножья горы. Естественно, сейчас он был полон решимости добраться до самого пика.

Я, признаться, тоже была настроена довольно решительно. Его желание туда залезть оказалось довольно заразительным, тем более, что по горам я не лазила ещё ни разу.

Одним словом, было решено, что сразу после обеда, когда станет не так жарко, мы тронемся в путь.

А пока мы отправились на пляж, благо народу было не очень много, и делать было абсолютно нечего. Именно там и приключилась история, которая вместо Сюрю-Кая чуть не отправила нас прямиком в лазарет… Я тихо-мирно загорала. Витя купался. Накупавшись, он вылез из воды и направился к нашим полотенцам. И, видно, проснулась в нём эдакая игривость, и захотелось ему пошалить. Тут ещё я совершенно опрометчиво сказала что-то про то, что жарко очень… Далее последовало совершенно необъяснимое явление. Витина голова почему-то решила, что самое замечательное, что можно сделать сейчас – это отряхнуть мокрые волосы прямо на меня. Что она незамедлительно исполнила с величайшим мастерством – и на меня обрушились ужжжжжжжжасно холодные потоки воды. Моя голова отреагировала не менее замечательно – навстречу Витиной голове она отправила мою ногу, дабы хоть чем-то защититься от такого безобразия…

Встреча была неизбежна и оказалась очень страстной – я изо всех сил треснула Витю коленом по переднему зубу!

Это было нечто… Вите было плохо. Про то, как было плохо мне, лучше и не говорить. А то я от одних только воспоминаний упаду в обморок.

Свалившись обратно на полотенце и зажмурив от страха и боли глаза, я видела разбросанные по пляжу Витины зубы, свою окровавленную коленку с зияющей в ней дырой, врачей с жуткими инструментами для починки челюстей и зашивания ног. Каким-то неимоверным усилием воли я запретила себе падать в обморок и открыла глаза. Витин зуб был на месте, моё колено – тоже. Рана была, но маленькая. Так, укус маленького дикого хорька. Или маленького гремучего змея. Или мышоночка…

Ещё некоторое время мы зализывали свои раны. Потом поползли на обед.

Сразу же после еды мы стартовали. Зубы, колени – всё стало неважно, т.к. впереди было нечто великое – восхождение на гору.

С собой взяли две двухлитровые бутылки воды, фотоаппараты, и пластыри. Так… на всякий случай.

Пошли пешком по направлению к автостанции. Как идти дальше, представляли довольно туманно, т.к. с последнего Витиного приезда прошло много времени, и здесь появились новые постройки. Прошли мимо рынка, мимо той улочки где «мы снимали домик», через частные дома и вышли в чисто поле.

Поле было шикарно! Ярко-жёлтая, просто золотая степь на фоне такого же ярко-синего моря! Потрясающе, у меня просто захватило дух! К горам вела тропинка. Настоящая такая, протоптанная, вполне обитаемая тропинка. Мы обрадовались, потому что до последнего сомневались в том, что сюда можно было беспрепятственно пройти. Все предыдущие дни мы пытались это выяснить, расспрашивая местных жителей. И получали ответ, что Сюрю-Кая не относится к заповеднику, и ходить тут можно сколько влезет! Вид этой тропинки вселил в нас дополнительную радость. И мы резво поскакали вперёд.

Витя, как отменная гончая, «взял след». Он нёсся вперёд, несмотря на бутылки в рюкзаке и степные колючки. Мне кажется, не болтайся у него под ногами такой горе-турист как я, он бы в таком темпе бороздил эту степь, а потом, пожалуй, и сами горы. И избороздил бы их вдоль и поперёк за полчаса. Но сзади ковыляла я, поэтому ему пришлось немного усмирить свой пыл и, как говорит мой автомобильно-помешаный сын, немного сбавить скорость.

Умный в гору не пойдёт…

Идти было довольно легко. На душе всё пело и ликовало. До тех пор, пока мы не уткнулись носом в табличку, объявляющую, что это заповедник, и дальше идти категорически нельзя. Я немного помрачнела… Витя предложил забить на все таблички и прикинуться полными идиотами – пойти в обход, туда, где табличек нет. А в случае чего, сказать, что никаких табличек и в глаза не видали и уж тем более – ни по каким запрещённым тропинкам не ходили. Так и решили поступить.

Но перед тем как пойти в обход, Витя решил сфотографироваться у этой таблички. Встал, приготовился… Я наводила фотоаппарат на резкость. И вдруг буквально краем глаза заметила вдалеке какое-то движение. Присмотрелась – мааааленькая фигурка. Стоит неподвижно и, скорей всего, тоже смотрит на нас. Это был он – гроза всех тех, кто прикидывается идиотами – лесник! Мы сделали вид, что никого не видели. Тихо и спокойно сфотографировались, сложили фотоаппарат в рюкзак и нагло и медленно пошли по обходной тропинке. Могу себе представить лесниковское негодование!

Буквально через несколько минут из-за кустов вышел какой-то человек. Я сразу же малодушно попрощалась с жизнью, потому как была уверена, что он незамедлительно достанет из-за спины обрез и пристрелит нас не сходя с места. Но это был какой-то совершенно безобидного вида товарищ типа «Студент». Вздохнув от облегчения, мы приступили к пыткам.

Выяснилось, что лесник содрал с него за право прохода на территорию аж… 50 гривен! Я приуныла… Витя взял с собой только 40, и 11 из них мы уже потратили…

Как бы то ни было, пришлось идти дальше.

И когда вдруг в двух сантиметрах от нас я услышала вкрадчивый голос: «Молодые люди, куда это вы направляетесь?», то чуть не умерла от разрыва сердца! Лесник подкрался именно в тот момент, когда я уже расслабилась и понадеялась, что он нас потерял из виду.

И началось… Нам пришлось прослушать краткую лекцию о том, что сюда нельзя, совсем нельзя, никому нельзя и точка! Что нас нагло обманули, сказав, что Сюрю-Кая не относится к заповедной зоне. Что разворачивайтесь-ка вы, ребятки, и шагайте туда, откуда пришли.

После чего начались торги. Лесник скромно поведал, что обычно штраф составляет по 20 гривен с человека. Мы, с нашими жалкими остатками денег, мрачно хмыкнули. Пришлось сделать жалостливое лицо и пропищать, мол, не будет ли так любезен многоуважаемый джинн пропустить бедных путников, в виде исключения, всего за 29 гривен? (вот наглые!). И, к нашему величайшему удивлению, «джинн» согласился.

Деньги перекочевали к нему в карман, а мы, пользуясь его добротой, расспросили всё про дорогу – как лучше идти и где начинать подъём. Лесник доброжелательно рассказал, а напоследок попросил меня вместо моего белого топика надеть что-нибудь менее заметное. Тут-то и пригодилась Витина майка, до этого сиротливо лежащая в рюкзаке. Мы были настолько рады, что, кажется, попроси он меня надеть вдобавок к майке ещё и Витины кроссовки, а Витю – мой топик и шорты – мы бы с радостью согласились. В погоне за восхождением все средства были хороши.

Ровно через несколько минут мы вступили под сень деревьев, в заросли кизила, и Кара-Даг огласился победным «Йеееееееееееееессссссс!!!!!!» Опасаться больше было нечего и некого!

И тут, собственно, началось само восхождение. Сначала мы шли по довольно приятной лесной тропинке. Она петляла между деревьями. Было не жарко, кругом, прямо над головой, свисали красные ягоды кизила, стояла просто потрясающая тишина. Было видно, что тут редко ступает нога человека, потому как трава и деревья выглядели совершено нетронутыми. Потом подъём стал немного круче, потом – ещё и ещё. Витя шагал довольно быстро, а я старалась не отставать. Но всё равно мой нетренированный организм давал о себе знать – приходилось несколько раз останавливаться для того, чтобы отдышаться. Наконец добрались до середины пути. Немного отдохнув, сфотографировавшись и восхитившись просто неземными красотами, мы двинулись дальше.

Как говорил Чуковский, «А горы всё выше, а горы всё круче». Именно так всё и было, потому что горы действительно стали круче, и в некоторых местах по ним приходилось пробираться чуть ли не ползком. На очередном рывке вверх я потянула мышцы бедра. Потом так и ковыляла, то и дело щупая свои мЫшИцы и убеждаясь в работоспособности ноги. Весь подъём занял примерно 2 часа. Не могу сказать, что это было очень уж тяжело. Но кое-где нам пришлось хорошенько попотеть, так как были места, где некуда было даже ногу поставить. Так, продираясь сквозь колючие ветки и обдирая ноги до крови, мы поднимались и поднимались.

Парочка лирических отступлений.

И вот она – вершина!

Передать чувства словами невозможно. Ты стоишь на высоте больше 500 метров над уровнем моря! Весь Коктебель – внизу, маленькие игрушечные домики и деревья. Людей не видно вообще. Вдалеке – горы и, насколько хватает взгляда – море!!! А наверху – небо. И начинается оно прямо здесь, буквально у твоих ног. Кажется, что раскинь руки в стороны, как крылья – и точно полетишь, как какой-нибудь альбатрос! Сердце выскакивает из груди, и полное отключение разума – работают только органы чувств: зрение, слух, осязание. Только видишь, чувствуешь запах нагретых камней и ощущаешь на лице тёплый морской ветер. Изредка доносятся из Коктебеля крики петухов, шум машин. Но здесь эти звуки воспринимаются чем-то совершенно чужим и потусторонним. Здесь совершено другой мир, совершенно иное измерение…

Потрясающе…

Мы поднялись, как нам показалось, на самый верх. Естественно нельзя было не сфотографироваться. Но впоследствии, посмотрев на получившиеся фотографии, я поняла, что это никакими снимками не передать. Это как не передать с помощью телевизора запах и вкус.

И вот там, прямо на самой вершине, я совершила преступление – не пустила Витю долезть до пика горы. Он сначала бил копытом, фыркал на все мои возражения и уверял, что он, как горная лошадь, с шипами на копытах, резво вскочит на самый пик, я его быстренько сфотографирую, и так же резво и изящно он соскочит обратно. На что я мрачно заметила, что если этот несчастный Тыгдынский Конь сорвётся и свалится с обрыва в пропасть, мне будет совершенно всё равно – изящно он будет лететь вниз или нет. А я на всю оставшуюся жизнь буду обречена на сны в виде фильмов-ужасов. Конь подумал и, вздохнув, согласился. Правда, он всё-таки немного поднялся по этой скале, завис где-то между подножьем и вершиной и даже попытался попозировать для снимка. А потом, когда мы уже спускались обратно, горестно сокрушался, что как же так, голова его садовая, он не догадался что-нибудь оставить на этой вершине в память о своём восхождении! Например… Ну?!? Угадайте – что?!?! Ну что же вы???? Уфффф, правильно – знамя ЦСКА!

Прошло некоторое время. Уходить не хотелось. Мне хотелось свить тут гнездо, построить маленький домик, сплести лачужку из веток деревьев и остаться тут насовсем. Питаться дикими плодами, пить чистую родниковую воду, слушать божественное пение птиц, каждое утро любоваться восходом солнца и пребывать в полном душевном спокойствии.

Идиллическую картину разрушил Витя. Он напомнил, что нам надо успеть к ужину. На долю секунды я даже пожалела, что не разрешила ему залезть на этот проклятый пик…

Пришлось возвращаться на грешную землю и начинать спуск. Как бы странно это ни казалось, но спускаться оказалось намного сложнее, чем подниматься. Тут приходилось внимательно смотреть под ноги, чтоб не споткнуться и не полететь прямиком в никуда. Время от времени мы по очереди оступались, или нога соскальзывала с камня, или песок под кроссовками начинал угрожающе осыпаться, и приходилось изо всех сил хвататься за ветки деревьев или просто за всё, что попадалось под руку. Тут то и пригодился пластырь…

Пока мы спускались, мне в голову пришла странная мысль. Почему-то очень захотелось что-нибудь крикнуть. Гикнуть эдак, во всю силу лёгких, на весь Коктебель, и на весь Кара-Даг! И не просто какое-нибудь «Эге-гееееей!», а что-нибудь поколоритнее. И, желательно, неприличное. М-даааа… Поделилась этой мыслёй с Витей. Он предложил гикнуть «ЦСКА-Чемпион!». Даааааа… ну, если это была самая неприличная фраза в Витином лексиконе, то я уж не знаю… мне сразу стало стыдно за себя.

Но тут Витя себя быстренько реабилитировал. С чувством, с толком, с расстановкой, набрав побольше воздуха в лёгкие и расправив плечи, Витя гаркнул на всю коктебельскую бухту! И содрогнулись горы от пошлости такой! И птицы поумирали прямо в полёте! И уши мои свернулись в трубочку и долго потом не могли развернуться. Бойтесь своих желаний, они могут неожиданно исполниться – в вечерней безмятежности разнеслось бодрое: «Отсоси у красно-синих! Хей! Хей!»

Я долго пыталась вернуть свою челюсть на место…

Вот так весело, мило и, главное, интеллигентно закончился наш поход на Сюрю-Кая. Впечатления были самые потрясающие. Отщёлкана пара плёнок. Поцарапаны и разодраны ноги и руки. Сгорели последние, несгоревшие ранее, участки кожи. Спустя два часа мы уже были в Коктебеле. Всю дорогу шли и оглядывались: «Вон там, ВОН ТАМ мы были!» – и сердце сладко замирало.

Неутолимая тяга к прекрасному.

Примерно где-то в середине нашего отдыха меня потянуло на эксперименты. На коктебельской набережной можно было найти почти всё, что угодно. Там продавали всякую всячину, рисовали картины, предлагали сфотографироваться с живым питоном, продавали билеты на экскурсии и всяческую еду. Мне же уже давно, с самого первого дня приезда, запало в душу такое невинное развлечение, как боди-арт. В нескольких местах набережной сидели ребята и с помощью хны, фломастеров и специальных красок рисовали на телах отдыхающих разные рисунки. Сначала я просто смотрела. Меня заинтересовал не конечный результат, а сам процесс – получалось действительно красиво. Но потом мне неудержимо захотелось поддаться соблазну и тоже изобразить на себе что-нибудь эдакое.

И вот однажды, когда Витя пошёл в очередной раз работать в интернет-кафе, я отправилась на пляж, дабы отдаться в руки чудо-мастеров. Чудо-мастеров на месте не оказалось. Я расстроенно побродила туда-сюда. Возвращаться без рисунка не хотелось, и, пройдя вглубь набережной, я обнаружила ещё одного рисовальщика. Страшный тощий дядька радостно начал мне показывать свои альбомы. Не знаю, какие ассоциации у него вызвала моя внешность, но он почему-то предложил мне нарисовать череп… М-да… От черепа я вежливо отказалась. Тогда мне были предложены всяческие гады типа скорпионов и змей, пошлые картинки с сердцами, пронзёнными стрелами, всяческие амурчики и дебильные зверушки.

Пришлось дяденьке популярно объяснить, что амурчики мне как-то не по вкусу, змеи мне тоже не к лицу, а с черепом меня, пожалуй, Витя из номера выгонит. Поэтому мне бы что-нибудь нейтрально-растительное, вот, например, такое – и изобразила ему карандашом на огрызке бумаги.

Ровно через 30 минут сей рисунок красовался у меня на спине, в вырезе купальника. Дядька предупредил, что купаться 2 часа нельзя и сказал такую фразу: «И ни об кого тереться спиной тоже нельзя!» Хм… как же так – сколько лет на свете прожила и ни об кого ни разу не потёрлась спиной! Безобразие!

И началось! Весь оставшийся отпуск к рисунку всё безбожно прилипало – полотенца, майки и постельное бельё. Я постоянно это отдирала а потом отмывала куски полотенца от самого рисунка. С помощью меня можно было замечательно воровать в магазинах некрупные предметы. Прилепиться спиной и медленно удалиться. Никто бы и не догадался… Рисунок постепенно смывался. Но своей липкости упорно не терял. И только накануне отъезда я жестоко оттёрла его мочалкой – надоел. Правда, появилась мысль найти тех молодых людей, у которых я изначально собиралась «нарисоваться». И специально к приезду в Москву нарисовать на себе какого-нибудь… «богомола» – сказал бы Витя. Но не сложилось. Ну да ладно!

Там ещё предлагали такую услугу, как плетение всевозможных косичек. Тоже думала попробовать… Но после боди-арта решила не рисковать.

Витя же тянулся к прекрасному иначе – он жаждал футбола. В его телевизионной программе было обведено красным фломастером – сборная России против сборной Израиля. В день матча мы решили, что как раз успеем его посмотреть в перерыве между пляжем и ужином. Типа придём в нужное время в корпус, включим телевизор и будем наслаждаться. Как бы не так…

Телевизор оказался занят. Какие-то тётеньки смотрели очередной сериал. Витя бегом рванул по другим этажам – нигде ничего не работало. Его воссоединение с прекрасным грозило с треском провалиться. Тогда я предложила побежать в соседний корпус и нагло оккупировать один из местных телевизоров. Там ситуация оказалась не намного лучше – там тоже всё было занято. Но вот урррра – на самом последнем этаже телевизор оказался свободен! Быстренько всё настроив и придвинув поближе кресла, мы уселись приобщаться к Великому.

На протяжении всего матча мимо нас ходили недовольные люди и, наверное, никак не могли дождаться, когда же мы закончим смотреть эту муть. Футбол и вправду оказался мутью – со счётом 1:2 наши проиграли израильтянам.

Восхождение второе

На следующий день после восхождения на Сюрю-Кая мы отправились на пешую экскурсию по Кара-Дагу. Мы должны были на автобусе доехать до Курортного, посетить Биостанцию, а потом с экскурсоводом пройти через Кара-Даг по туристской тропе.

Началось всё с того, что мы катастрофически проспали. Мой мобильник почему-то наотрез отказался звонить, и проснулись мы уже только в 6:40, за 20 минут до отправления автобуса. Собравшись с поистине бешеной скоростью, мы понеслись на остановку – естественно, не позавтракав.

Через 20 минут мы уже были в Курортном. Пока экскурсовод решала какие-то проблемы, мы купили по паре пирожков, потому как есть хотелось просто нестерпимо. Мой пирожок в итоге оказался совершенно неудобоварим.

В программе был музей флоры и фауны. То ли из-за отсутствия времени, то ли желания экскурсовода что-то рассказывать нас протащили по этому музею со скоростью света. Сколопендры, скорпионы и прочие жужелицы так и остались неизученными. Одним словом, на посещение этого музея мы потратили времени едва ли не меньше, чем на посещение местного туалета… Порадовало только то, что на выходе мы увидели милейшее существо – маленького филина (или сову?). Он спокойно сидел на ветке дерева и даже давал себя погладить. Женщина-экскурсовод объяснила, что его подобрали совсем крохотным, выкормили, и теперь он обречён жить вместе с людьми, так как в природе ему – верная гибель.

Сразу после музея началось восхождение на Кара-Даг. Мы, оглядев толпу, презрительно хмыкнули: «Ха! Да эти мелкие людишки и понятия не имеют, что такое настоящие горы и настоящее восхождение! То ли дело мы – Супер-Пупер-Скалолазы!» Честно говоря – распирало очень! Безумно хотелось похвастаться перед кем-нибудь – небрежно бросить в разговоре что-нибудь типа: «Да это что! Вот вчера мы лазили на воооон ту гору!». Но хвастаться было нельзя – не хотелось подводить лесника. Поэтому нам пришлось всю дорогу обмениваться мыслями только друг с другом. Плюс, к этому внутреннему превосходству над всеми остальными добавилось презрение – некоторые экскурсанты были, мягко говоря, не очень подходяще одеты – в шлёпанцах на босу ногу. «Ню-ню..» – ехидно хмыкнули мы и начали подъём.

Но идти, как ни странно, оказалось немного тяжеловато. Болели мышцы ног, особенно моя – потянутая на Сюрю-Кая, сказывался недосып в течение уже нескольких дней, и вообще – как-то было туговато.

Виды поражали своей живописностью. Всё, на что мы смотрели снизу во время прогулки на катере, сейчас представало перед нами в полной своей красе. Очень интересно было посмотреть сверху на Золотые Ворота – они были похожи на маааленькую загогулину. Но то ли я пресытилась впечатлениями, то ли нога давала о себе знать, но эта экскурсия почему-то не оставила после себя какого-то необычайного впечатления. Хотя, несомненно, сходи мы на неё чуть раньше, чем на Сюрю-Кая, и я была бы в восторге.

Из запомнившегося – растущий в изобилии голубой кермек. Это тот самый, который в Москве в цветочных ларьках добавляют для пышности в букеты. Растёт, зараза, просто так, совершенно нахалявууууууу…

Обратно спускались по пологой и… бетонной дороге. От однообразности дороги, безо всяких кочек и ям, ноги сразу же стали болеть. К тому же после мягкой земли шагать было жестковато, даже кроссовки совершенно не смягчали это безобразие. В итоге, спустившись в Коктебель, мы ужасно устали. Мои ноги так вообще – грозили вот-вот отвалиться.

Но ничего – мы даже сходили вечерком того же дня на концерт «Весёлых ребят». Несмотря на то, что по доброй российской традиции концерт задержали почти на час с лишним, было очень даже неплохо. Пели вживую, время от времени у них что-то там хрюкало и шипело в микрофонах, но в остальном было очень даже ничего. Мне понравилось. И чего мы не пошли танцевать – до сих пор не понимаю. Тормознули, не иначе. Ну ничего. Это, как вы уже успели заметить, с нами случалось регулярно.

Восток – дело тонкое.

24 августа мы отправились на вторую большую экскурсию – Бахчисарай, знаменитый тамошний фонтан, воспетый Пушкиным, плюс Свято-Успенский монастырь плюс крепость Чуфут-Кале (я вообще не понимаю, КАК Виктор запоминал все эти сумасшедшие названия. Честно признаюсь – они целиком списаны из его отчёта).

Опять проснулись ни свет ни заря и опять побежали на автобус. Естественно – опять же прибежали самые последние… Нашим экскурсоводом оказался смешной дядька, который говорил с огромным количеством ошибок, смешно ставя ударение в словах и то и дело повторяя одну и ту же фразу. Только он нас и веселил, потому как пейзаж за окном был уже знаком до мелочей, сам текст экскурсии – тоже, игры в «Балду» и «Морской бой» надоели до чёртиков, и микроавтобус был неудобный, и вообще – мы, похоже, начали излишне выпендриваться и придираться к мелочам!

Кое-как доехали до Симферополя. Проехали «насквозь» через весь город, поглазели в окна. До Бахчисарая осталось рукой подать, что было очень приятно, так как уже хотелось что-нибудь зажевать.

И вот, наконец-то он – Бахчисарай. Ещё когда мы покупали путёвки, нам всячески расхваливали Ханский Дворец – якобы, там такая роскошь, да такая красота, что мы просто сразу же упадём ниц и лишимся дара речи. Но ни того, ни другого с нами не случилось… Дворец… так себе дворец. Красиво, конечно, резная мебель и потолки, ковры-дорожки всякие, фонтанчики и всё такое. Но, видимо, ещё перед поездкой, при слове «дворец» мне представлялось нечто великое и огромное. Ханский дворец по сравнению с этим «великим и огромным» оказался просто летней дачкой.

Очень повезло с экскурсоводом. Милая, приятная женщина рассказывала всё подробно. Естественно, меня больше всего заинтересовало всё, что было связано с гаремом. Мне всегда казалось, что бедные безропотные женщины жили в этих жутких гаремах и активно угнетались наглыми, жирными, злобными ханами. Однако когда мы подошли к очередной постройке, которая оказалась «домом, который был подарен ханом одной из своих жён», закралось подозрение, что всё было не так уж плохо. После рассказов о том, что женщины зачастую носили на себе до 10 кг золота и драгоценностей, мне даже немножко захотелось в гарем… Посмотрев же на убранство гарема внутри, я окончательно утвердилась в мысли, что в этом что-то есть…

После гарема нам показали разные другие помещения и достопримечательности, в том числе и Бахчисарайский фонтан. «Фонтан» оказался жалкой струйкой воды, совершено неприметным и ничего особенного из себя не представляющим. Тем не менее, около него сразу же выстроилась очередь желающих сфотографироваться. Мы отчего-то не соблазнились.

Зато на улице росло совершенно невероятное дерево. Оно было похоже на лиану, причём не настоящую, а из… какого-нибудь пластика или раскрашенного гипса. Ветки причудливо извивались, словно змеи, и таким образом оплели всю стену. Вот жалко, что А.С.Пушкин не видел сие великолепие. Иначе он обязательно написал бы стихотворение на эту тему, а какой-то там фонтан его бы совершенно не вдохновил.

После экскурсии забежали в сувенирную лавку, после чего нас, как гусей, загнали опять в автобус.

Следующей остановкой был монастырь. Ещё в автобусе наш путающийся в словах экскурсовод, провёл рекламную кампанию. Начав издалека, он с горечью в голосе поведал о том, что в этих краях совершенно негде качественно и вкусно пообедать. Вот ведь беда! Что он искренне нам сочувствует и сожалеет о такой неприятности. А пообедать, откровенно говоря, уже почти хотелось… И вот когда народ стал ронять слюни прямо на обивку кресел, экскурсовод радостно сообщил, что только ради нас, по большому секрету, прямо-таки под страхом смертной казни, он откроет нам страшную тайну – есть, ЕСТЬ одно местечко!!!! И именно туда он нас отведёт, как только мы приедем на место. Якобы там можно будет заказать отменный обед, а на обратном от монастыря пути нас накормят до отвала.

Ну да… ну да… все сразу всё поняли! После этого мы быстренько просчитали, какой навар имеет этот дядька с каждого приведённого им экскурсанта.

Но деваться было некуда – обед заказали. Забегая вперёд скажу, что он на самом деле оказался очень вкусным и сытным, а стоил какие-то совершенно смешные деньги. Гривен 6, кажется…

И вот началось восхождение. Очередной экскурсовод в лице бодрой девушки резво повела нас вверх. Подъём бы пологим, по пути слушали экскурсию. Я была совершенно неподходяще одета – в длинной юбке. И почти всю дорогу наверх была озабочена вопросом – как бы поприличней обмотаться этой юбкой, чтоб она не мешалась под ногами.

Это действительно была очень необычная местность. Когда поднялись на самый верх, увидели пещеры. В одну из них удалось заглянуть – маленькая комнатка с двумя отверстиями – «окном» и «дверью» – прямо-таки однокомнатная квартира. Сразу подумалось, что хорошо бы сюда с палаткой, спальниками и костерком. За каменным «городом» простирались совершенно изумительные скалы. Прилепившись на какой-то маленький камушек, сфотографировались. Прямо-таки рисковали жизнью, можно сказать, т.к. камушек выглядел весьма опасным. Совет тем, кто жаждет избавиться от надоедливого мужа/жены/тёщи/свекрови – изумительное место, очень рекомендую.

Кстати, о мужьях и мужчинах вообще. Экскурсовод рассказала очередную романтическую легенду. Пересказывать содержание не стану – все они одинаковы. Заканчивалась легенда словами о том, что «…выросло дерево. И с тех пор, стоит только обнять его и загадать самое заветное желание, как оно обязательно сбудется». После чего экскурсовод предупредила, что легенда эта исключительно для женщин и что загадывать желание могут тоже только женщины. И с милой елейной улыбочкой напутствовала – «Только не загадывайте счёт в Швейцарском банке. Загадайте что-нибудь на тему любви» (ну да… чтоб проверить нельзя было).

И вот, сразу же после напутствия, к этому несчастному дереву резво побежали обниматься… мужчины!

ЧТО это было – я так и не поняла… То ли бедным мужчинам так любви не хватает, что они решили пренебречь такими тонкостями, то ли чтоб женщинам у этого дерева места не осталось, то ли… это были женщины, пуреодетые в мужчин.

После обниманий-фотографирований вернулись к монастырю.

Тут атмосфера была совсем иная. Что-то такое витало в воздухе, и не хотелось хохотать и дурачиться. Напились и умылись в роднике со святой водой, набрали с собой в бутылку.

Церковь была очень красивой. Глубоко врезанная в скалу, она возвышалась прямо над головой. Не зайти было невозможно. Тут-то моя длинная юбка и оказалась кстати. Не смотря на довольно либеральное отношение в этом монастыре к коротким юбкам и брюкам на женщинах, думаю, что в шортах войти в храм я всё-таки не рискнула бы…

Поднялись. Зашли. Тут описывать ничего не стану – ни к чему…

На обратном пути нас ждал обед. Пообедали с превеликим аппетитом. И вот когда мы уже садились в автобус, откопали в ларьке у мороженщицы настоящее сокровище!!! Сначала я не поверила своим глазам! Проморгавшись, убедилась, что видение не исчезло. Подозвала Витю. В четыре изумлённых глаза мы читали на этикетке с мороженым: «Маковый прикол. Молодёжь против наркотиков. Сливочное мороженое с маком». А внизу мееееленькими буковками приписано: «После трёх порций к вам придёт счастье!»

Вот оно!!!!! Вот оно – счастье!!!!!! Ну как было не купить?

В Коктебель вернулись к вечеру. По насыщенности впечатлений эта экскурсия вполне могла поспорить с Кара-Дагом за первое место.

«Самая интересная» всё-таки состоялась.

И вот наступил тот день, когда должна была состояться повторная экскурсия на Ай-Петри. Та самая, которую так некстати прервал отвалившийся от автобуса кардан.

Честно говоря, ехали с содроганием… В сотый раз прослушали историю Крыма, Кара-Дага и иже с ними. На подъезде к роковому месту зажали кулаки… уффф, всё в порядке, ничего не отвалилось.

Ехали в жутко неудобном микроавтобусе. Спинки у сидений были почти вертикальны, буйну голову приклонить было не к чему, спина ныла. Расстояние между сидениями было очень маленьким, ноги хронически не помещались. Мне ещё повезло – я сидела у окна и могла их кое-как пристроить. Вите оставалось либо терпеть, либо нагло выставить их в проход. Он терпел… К тому же, в салоне было очень душно, и каждые пять минут Вите приходилось ещё и вскакивать, чтоб открывать-закрывать потолочный люк.

За время дороги не произошло ровным счётом ничего интересного. В пути мы были больше 4 часов. Несмотря на пару остановок для отдыха, очень устали. В игре в «Балду» мы поистине достигли совершенства. За всё время отдыха в неё было сыграно несчётное число раз.

Наконец-то доехали! На полусогнутых ногах выползли из автобуса – кривые и помятые. Поковыляли за экскурсоводом.

Первым пунктом нашей программы был Воронцовский дворец. Шикаааарно, поистине шикааарно! Огромное здание. Всякие башенки-выступы-завиточки. Красивого оттенка камень, вымощенная территория, всё очень солидно.

Как оказалось, по этой красоте нельзя было ходить просто так. Надо было надеть тапки. Такие специальные, безразмерные, на верёвочках. Это надо было видеть!!! И стар и млад пытались прикрутить к своим ногам это безобразие. Если учесть, что происходило это в малюсеньком помещении, а народу было довольно много, и вся эта колышущаяся толпа пыталась что-то там поковырять в районе ног, картина была незабываемая. Это всё равно, что в набитом битком автобусе попытаться переобуться. Кое-как прилепив тапки к кроссовкам, мы пошли за толпой в зал, откуда должна была начаться экскурсия.

И тут с нами случился настоящий шок. В том зале нас уже терпеливо поджидало НЕЧТО. Раздался низкий скрипучий голос: «Закрываем двери». И голос этот не предвещал ничего хорошего… Сначала я подумала – вот же бывают такие колоритные люди – увидев один раз, запомнишь на всю жизнь. Мягко говоря, женщина была страшнА, как самый страшный фильм ужасов! Описать это весьма и весьма сложно. Ну мало ли людей на свете имеют физические недостатки и ходят с тросточкой? Мало ли людей не могут похвастаться внешней красотой? Но тут был совершенно особый случай… От этой дамы исходила какая-то жуткая аура, просто мурашки по спине и холод между лопаток… Вите повезло – он ни разу не встретился с нею взглядом. А мне вот не повезло – она то и дело буравила меня своими глазищами, словно говорила: «А вот тебяяяяяя я хорошоооооо запомнила!» Бррррррр!

Это НЕЧТО начало экскурсию. Время от времени ОНО с полушёпота резко переходило на громкий потусторонний крик. Вся толпа резко вздрагивала и поёживалась. В гробовом молчании раздавался только стук зонта, на который она опиралась, да стук наших испуганных сердец. Какие там вопросы, какая экскурсия – уйти бы живыми…

Мы забрались в самый дальний угол и, пользуясь тем, что нас было плохо видно, тайком щупали старинную мебель и ковыряли пальцами обивку стен. Когда добрались до оранжереи, вздохнули с облегчением – здесь хотя бы можно было спастись бегством в случае чего… сквозь стеклянные двери.

Так же тайком сфотографировали одну из статуй, которая нам очень понравилась.

После чего экскурсия переместилась на улицу. Мы сразу же воспользовались долгожданной свободой и поскорее убежали от этого монстра. Было интересно просто ходить и всё рассматривать, не опасаясь, что тебя на всю оставшуюся жизнь загипнотизируют или лишат спокойного сна.

А вот ботанический сад нам понравился куда как больше. Мы затесались под бок к экскурсоводу и всю дорогу пытали её различными вопросами. Посмотреть было на что! Мы и смотрели.

Первым делом расспросили её о том, растут ли в Крыму грибы. Узнав, что растут и что местные жители редко их собирают, презрительно хмыкнули…

Очень повеселила нас одна древняя бабулька, которая при малейшей попытке экскурсантов наступить на образцово-показательный газон, свистела в свисток.

Понравились маленькие водопады, где нужно было угадать, на какой ноте каждый из них журчит. Мнения, мягко говоря, разделились.

Впечатлил огромный развал большущих камней, где была сделана фотография «Виктор, чешущий колено».

На одном из кустов была обнаружена гигантская паутина, больше похожая на рыбацкую сеть. Хотели сфотографировать, но она не влезала в кадр.

А при выходе из парка увидели очень красивое явление – туман над горами. Густой, как белый кисель, и совершенно непрозрачный.

После красот, созданных руками человека, отправились смотреть на красоты, созданные самой природой – на Ай-Петри.

На гору нужно было подниматься с помощью канатной дороги. Я представляла себе хлипкие сиденья, колышущиеся от резких порывов ветра. Но в действительности дорога представляла собой два вагончика, вместимостью в 40 человек, которые ездили туда-сюда с интервалом в 15 минут. В очередной такой мы и ворвались, нагло растолкав народ локтями, чтоб успеть занять место у окна. Покачнувшись, вагончик поплыл вверх. Люди вели себя по-разному: кто-то верещал от страха, кто-то тупо смотрел за окно. Через 15 минут мы были уже на вершине горы.

А там… Мамочка родная – туман! Нет, не туман – туманище! Мы-то надеялись увидеть с высоты все окрестности, но видно было только белую туманную кашу. Экскурсовод подлила масла в огонь, сказав, что такое тут бывает редко… Ну да ладно. Жалко, конечно, но ничего не поделать. Нужно было ещё подняться на самую вершину. И вот тут-то от нашего разочарования не осталось и следа. Отдохнувшие после двух подряд восхождений, наши ноги сами понесли нас наверх! Идти было не сложно, но опасно. Камни были словно обледенелые – настолько их отполировали ногами многочисленные туристы. И можно было легко оступиться. Но мы-то (ну ещё бы!) уже знали в восхождениях толк и взлетели на вершину одними из первых!

Пока поднимались, туман немного рассеялся, стало видно дома далеко внизу, горы и даже море. Сверху было очень красиво! С одной стороны – обрыв, а с другой – панорама на склон Ай-Петри. На самой верхушке горы была установлена металлическая тренога. Не знаю, специально или нет она тут была поставлена, но она вся была увешана ленточками, поясами, обрывками материи. Это всё равно, что монетку бросить в воду на счастье, чтоб вернуться сюда вновь. Всё это разноцветье колыхалось от порывов ветра и выглядело очень экзотически.

Вокруг сновали люди. Как обезьяны, они ловко хватались руками за камни и зависали в самых неожиданных местах прямо над пропастью. Тащили упирающихся и размазывающих сопли усталых детей, дабы запечатлеть их на фоне сей достопримечательности. Мужчины гордо позировали, выпятив грудь колесом и сделав мужественные лица. Чтобы потом, попивая пивко в мужской компании, гордо предъявить фото и сказать: «Вишь где я был?! САМ залез!» Хотя, положив руку на сердце, фон был не ахти какой – сплошной туман. Поддавшись стадному инстинкту, сфотографировались и мы, рискуя сломать ноги и шею на скользких камнях, а потом начали спускаться вниз.

Когда мы ещё только поднялись на вершину и ожидали экскурсовода, Витя узрел неподалёку объявление «Выставка орудий инквизиции». Глаза сразу загорелись алым огнём. И вот уже после вершины он начал активно меня уговаривать сходить на эту экскурсию. Прямо-таки сыпал аргументами, что ему жизненно необходимо на это посмотреть, что он всю жизнь мечтал такое увидеть, и вообще…. Но времени было очень мало, а денег, ежели совсем честно – ещё меньше. И лично мне эта выставка представлялась набором всяческой дребедени типа кухонных топориков, выдаваемых за средневековые пыточные инструменты. Мы уже однажды ходили на такую же выставку, что-то там про звёздное небо. Где надеялись посмотреть в телескоп на Марс, а получили нудную лекцию и просмотр фотографий. Поэтому пришлось прибегнуть к запрещённому приёму – топнуть ногой и категорически заявить, что он может запытать меня прямо здесь, но на выставку я не пойду!

Вместо выставки мы пошли есть шашлык. Заказали его ещё до восхождения на гору, и вот теперь пришло время поедания. Вообще, было бы форменным позором прожить в Крыму 2 недели и ни разу не отведать шашлыка! К тому же, в нагрузку к шашлыку предлагали дегустацию крымских вин, от чего отказаться было совершенно невозможно. Так подкрепившись мясцом и винцом, двинулись в обратный путь.

Когда мы ещё были на самой вершине, заметили что вагончик канатной дороги неподвижно висит. Как потом выяснилось, отключали электроэнергию, и бедные люди болтались там какое-то время, совершенно не имея понятия, что же в действительности происходит. Так как движение временно было нарушено, на спуск выстроилась огромная длинная очередь. Вообще, очень много времени ушло на стояние в очередях и на дорогу. Идеальным вариантом было бы приезжать сюда и где-то оставаться на ночёвку. Потому как посмотреть было что, хотя бы слазить в местные пещеры, на которые тоже не хватило времени. Там же предлагали и конные и верблюжьи экскурсии, что тоже было очень соблазнительно. В седле я в последний раз сидела лет эдак 8 назад, и очень хотелось бы вспомнить уже почти забытые ощущения. Но опять мешало это хроническое отсутствие свободного времени, поэтому, печально оглянувшись на лошадей с верблюдами, мы отправились назад.

На обратном пути проехали мимо Ласточкиного Гнезда. Но можно было здесь и не останавливаться, так как видно его было едва-едва из-за тумана и большого до него расстояния.

Обратно ехали уже в темноте. В Крыму темнеет быстро, только-только мы разыграли очередную «балдёжную» партию, как пришлось прекратить. В ход пошли старые добрые «Города»: МосквА–АнадыРь–РигА – и так по кругу. Вернулись в Коктебель уже почти ночью. Доплелись до номера и рухнули без задних ног.

По большому счёту, экскурсия удалась хотя бы тем, что мы на неё всё же съездили!

День последний – печальный.

А весь следующий день проходил под знаком сборов…

Как то совершено незаметно всё закончилось. Вроде бы оставался ещё один день, но было понятно, что пора собирать чемоданы, покупать всё в дорогу, паковать всё это, распихивать… И от этого было очень грустно.

В последний раз сходили на пляж. Но погода нам решила устроить пакость – начал накрапывать противный мелкий дождичек. Пришлось возвращаться в номер и с тоской взирать на привычные уже окрестности с балкона.

После обеда решили пойти за покупками. Было решено купить фруктов, вина и всякой мелочёвки в дорогу. Придя на рынок, мы немного растерялись… Оказалось, что купить надо много – для друзей, для родственников, для знакомых, для что-то заказавших, для себя, в конце концов. И не только вина, а ещё и коньяка, и не по одной бутылке. Произведя в уме нехитрые математические вычисления, я поняла, что мне это ни за что не дотащить. Учитывая то, что приезжали мы в будний день, найти кого-то с машиной практически не представлялось возможным. Поэтому, буквально со слезами на глазах, были куплены всего три бутылки вина… Витя купил чуть больше. Но тоже – с неимоверной мУкой на лице.

Это было ужасно… Вот она – выставка орудий инквизиции… рядами стоят мучители… мускаты-коньяки-кагоры… переливаются красными своими боками… издеваютсяяяяааааааа… Жуть!

Вечером запихивали всё это по сумкам-чемоданам.

В последний раз сходили на ужин… Витя расчувствовался и накатал в «Книгу отзывов» длиннющую благодарность.

В последний раз посетили интернет-кафе, потерзали тормознущие компьютеры.

Вечером, когда совсем стемнело, в последний раз пошли прокатиться на каруселях.

Эх, хоть и надоела нам эта дуделка карусельная, которая трубила под нашими окнами каждый вечер, но так было жалко с ней расставаться!..

Было столько ещё не сделано… Так и не выбрались в Кара-Дагские бухты, не съездили на морскую рыбалку, в Судак, не поднялись ещё на один «пригорочек»… Как всегда, не хватило каких-то трёх лишних дней…

Последний рывок.

Утром встали рано. По правилам пансионата нам надо было выселиться до 8 утра. Всё собрали, убрали, вышли на улицу… А там, как назло, такая погодка – просто прелесть! Солнышко, голубое небо, птички пищат, бабочки крылышками бяк-бяк… А нам… хочешь-не хочешь – бяк-бяк на вокзал. Медленно и печально мы поплелись к выходу из пансионата. Навстречу шли люди с сумками. Мы мрачно провожали их взглядом – заааавидно было! Последний взгляд на набережную… До свидания, море! До свидания, пляж! Прощайте навеки киоски с тапками (чтоб вас сравняло с землёй)! Счастливо оставаться дяденьке – обменщику денег, с которым мы регулярно общались! Шашлычёночки, кукуруза, мороженое – не поминайте лихом! Прошли мимо нашего корпуса – последний взгляд на балкон – не остались ли сушиться какие-нибудь полотенца? Эх… не остались… Потом – мимо аттракционов – весело тут было… одна «дуделка» чего стоила! Мимо столовой: до свидания краплёным ножам, официанткам, «кондитерским изделиям в ассортименте», вечно падающему из рук мылу в умывальнике!..

И последний взгляд на Кара-Даг – щемящее чувство где-то в груди, и глаза отчего-то защипало… Это так… ничего – просто солнце слишком слепящее…

Такси поймали без проблем – Витя буквально отошёл на две минуты и вернулся уже с машиной. Последний взгляд назад – и всё, до свидания, Коктебель!

До Феодосии домчались быстро. Поезд наш отходил только вечером, поэтому у нас был целый день впереди. Решили просто побродить по городу, сходить в музей и картинную галерею.

Быстренько сдали вещи в камеру хранения и налегке отправились на прогулку.

Витя опять жаждал приобщения к прекрасному. Ему очень хотелось пойти в картинную галерею, посмотреть на работы Айвазовского. Мне, в общем-то, тоже, так как пора было уже тряхнуть стариной – припомнить, чему нас там обучали в художественной школе. Так сказать, блеснуть знанием живописи, оценить буйство красок, точность мазка и всё такое.

Первая же тётенька, у которой мы спросили, как пройти к галерее, указала нам дорогу. Оказалось, что это совсем близко, и мы, радостные, резво поскакали вперёд. Но какое разочарование нас жало!!! Меня-то ладно, но на Витю жалко было смотреть… Бедный маленький мальчик, у которого злые дяди – музейные надсмотрщики – отобрали конфетку. На дверях висел скромный белый листочек с надписью: «Выходной – среда». Витя никак не мог смириться с тем, что галерея закрыта. Совсем, окончательно и бесповоротно. Он ещё какое-то время тщетно разговаривал с дверью, пытаясь задавать ей какие-то вопросы типа «Почему???», «Отчего???» и всё такое прочее. Но дверь нагло молчала, а я поняла, что его надо срочно уводить. Иначе он сойдётся с дверью один на один.

С горя зашли в музей Грина. Но это было уже не то, совсем не то… Вместо того, чтоб тщательно изучать экспонаты, мы рассуждали о том, что «…хорошо бы вот такие канаты повесить дома, для лазания по ним кошек». Единственное, что мне понравилось, это оригиналы писем Грина. Какой же каллиграфический был тогда у людей почерк! Загляденье просто!

После духовного обогащения захотелось покушать… И отправились мы на поиски приличного заведения. И как назло ничего приличного не попадалось. Вернее, кафешек было полно, но то было всё слишком вычурно, то цены очень высокие, то слишком солнечная терраса, то скатерти не того цвета… Одним словом, когда мы вдруг совершенно случайно увидели на бетонной стене дома вывеску «Блинная» со стрелкой, показывающей куда-то за угол, мы одновременно интуитивно поняли – это ОНО! Рванули за угол, а там… в окне вывеска «Закрыто». Да что это такое – и здесь нам не повезло! Витя отправился на разведку. Зашёл, и вдруг смотрю – его рука поворачивает табличку на «Открыто». Ничего себе, думаю! Неужели самым наглым образом уговорил хозяев ради нас открыть заведение??? Оказалось, что они просто забыли про эту табличку, а в кафе уже обедало несколько человек.

Люди! Если вам когда-нибудь доведётся остановиться в Феодосии, настоятельно советую это место для обогащения своего организма продуктами питания! Тихо, мило, скромно, ЧИСТО (!!!) и, главное, – очень вкусно!!! ВНИМАНИЕ!!! НА ГОЛОДНЫЙ ЖЕЛУДОК НЕ ЧИТАТЬ!!! Блинчики со всевозможными начинками: с мясом, рисом, печёнкой, яйцом, сосисками, творогом, изюмом, орехами, с подливками в виде сметаны, сгущёнки и чего-то там ещё, уже не помню. Пекутся прямо при вас. Одним словом блины – ум отъешь! А цены-то просто смехотворные, примерно по 3 рубля за блинчик. Мы просто объелись. Мне – так вообще было плохо от обжорства! Позавтракав примерно на 60 рублей ЗА ДВОИХ, еле передвигая ноги, выползли из кафе, решив вернуться туда к обеду.

Потом сидели на набережной, лопали шашлычёночки, кукурузу и пили минералку. Вернулись в кафе пообедать – отменный борщец и котлетки! Потом просто гуляли. И так – до самого поезда.

Когда наконец-то подъехал наш поезд, стало совсем грустно. Неожиданно увидели проводника, который нам радостно рассказывал про отсутствие в вагоне кипятка. Поприветствовали, как родного.

У нас были очень неудобные билеты – в разных купе и на верхних полках. Надежды, на то, что кто-то согласиться поменяться местами, почти не было. Так и оказалось. В Витином купе ехала семейная пара с девочкой лет 10, а в моём – две тётечки: одна пенсионерка, другая чуть помоложе. Пришлось смириться с обстоятельствами…

Но нам повезло – Витя быстренько сдружился со своими соседями по купе, которые всю последующую дорогу активно нас кормили-поили и составляли компанию в разговорах.

Мои же бабульки оказались не так просты, как я о них подумала сначала. Полёживая на верхней полке, я невольно прислушивалась к их разговору. И узнала много интересного. Оказывается, одна из них была вхожа чуть ли не во все писательские дома, не говоря уже о дачах. Фамилий дама не называла или я их пропустила, пока спала. Сын у неё, оказывается, имеет шикарный загородный дом с прислугой, садовником и всё такое… Когда я рассказала об этом в Витином купе, мне посоветовали срочно вернуться и познакомиться с этой бабушкой поближе. Дальше – больше. Проснувшись ближе к вечеру, начала было слезать с полки и… чуть не упала. Бабуля сидела за столом и с аппетитом, так, что за ушами трещало, ела… чёрную икру алюминиевой столовой ложкой… Впервые в жизни я засомневалась – в своём ли я уме, собственно? Доев икру, она, как ни в чём не бывало, вытерла ложку о салфетку и продолжила разговор с собеседницей. Лица собеседницы мне увидеть не довелось, а жаль…

Вот так, с особами голубых кровей в купе, я и ехала до самой Москвы.

Москва встретила нас насупившись – холод, дождь и штормовое предупреждение. Ещё в Коктебеле договорились с Витиным приятелем, чтобы он нас встретил. Ох, как же мы пожалели, что купили так мало вина! Что за воспаление мозга на нас напало, но почему мы не докупили заветных бутылок уже будучи в Феодосии, для нас до сих пор остаётся неразрешимой загадкой…

Всё. Конец отпуска. Грязная слякотная Москва, мгновенно потёкший нос, ветровки, ботинки, брюки, спешка, людской водоворот, работа, заботы – опять всё вернулось на круги своя… Даже и не верится, что где-то там есть тёплое море, солнце, реки вина и горы… горы… горы.

И только поздно ночью, спустя пару дней, вышла на балкон. И вдруг увидела Марс – такой же большой и яркий, как в Коктебеле. Надо же – оказывается, в Москве он тоже иногда виден…

Сентябрь-октябрь 2003 г. Москва.

Вы можете следить за комментариями с помощью RSS 2.0-ленты. В можете оставить комментарий, или Трекбэк с вашего сайта.
Оставить комментарий

XHTML: Вы можете использовать следующие теги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>